31. Питомник

Утром Матильда проснулась в хорошем настроении. Вчерашнее вспомнилось смутно, словно подернутое дымкой. Ничего не болело, а в голову пришла идея купить в кабинет диван. Чтобы, отвечая на звонки, важно на нем сидеть.

Представив себя, всю такую солидную, Матильда рассмеялась и довольно потянулась, случайно кого-то пнув. Повернув голову, девушка обнаружила сладко спящего Рика, которому ее пинок совершенно не помешал. Матильда погладила его по спине и с удивлением для себя обнаружила, что его худоба сменилась просто юношеской щуплостью. Ну да, в еде она их не ограничивала, и Рик ел не меньше Бу.

Обычно спавший достаточно чутко Рик не отреагировал и на поглаживания. Интересно, чем они вчера занимались, что он так устал?

Быстренько приняв душ и накинув одежду, Матильда вышла в коридор и ахнула.

Корабль сиял, отмытый буквально до стерильной чистоты, а парни, судя по тишине, спали.

В грузовом отсеке был вымыт даже потолок, хоть сейчас комиссию приводи.

Наслаждаясь почти забытой тишиной, Матильда сделала себе тонизирующий напиток и села в капитанское кресло, включила терминал и отыскала в сети контакты элитного рабского питомника, который специализировался именно на работе с генетическими линиями (только натуральное скрещивание!). Пересчитав время, Матильда поняла, что у них на планете сейчас разгар рабочего дня, и решила не откладывать дело.

На звонок ответил парень такой чарующей красоты, что даже сердце Матильды, уже прилично натренированное присутствием рядом красавцев, дрогнуло.

— Чем могу помочь? — приятным, но деловым, тоном осведомился он.

— Мое имя — капитан Матильда Ренко. Недавно я случайно обзавелась рабом, — Матильда продиктовала длинный набор цифр и букв, идентифицирующий Кирилла. — Заметила за ним кое-какие странности, а мне инструкции не выдали. В вашем питомнике мне могут помочь?

— Вы читали расценки на наши консультации?

— Да, конечно, и готова их оплатить в любом размере, — поспешно сказала Матильда. Никаких денег не жалко, лишь бы узнать, что в следующий раз Кирилл не вскипятит ей мозги, пытаясь уложить в постель или чего-то добиться. Можно было бы, конечно, избавиться от проблемы, перекинув ее Ване, но почему ее лучший друг должен страдать из-за нее?

— Соединяю со специалистом, — улыбнулся парень.

Буквально сразу же на экране появился седой мужчина, находившийся в самом обычном кабинете. Матильда против воли почувствовала разочарование. Она-то ожидала увидеть какого-то безумного ученого, в защитном медицинском костюме, в каком-нибудь антураже с кучей непонятных приборов.

— Меня зовут Никон Феодоракис. Приятно познакомиться, капитан Ренко. Насколько я понял, вы владелица раба с номером, — он протараторил идентификатор Кирилла без единой ошибки, не подглядывая в компьютер. — Его имя Кирилл, не так ли?

— Да, — изумленно сказала Матильда. — А… откуда вы знаете?

— Видите ли… Кирилл из нашего питомника, — сказал Никон. — Именно мы занимались разработкой его линии. Как правило, мы продаем детей в возрасте трех лет, когда уже понятно, пошло ли их развитие так, как нам требовалось, или же нет.

— А если нет, вы их убиваете? — испуганно спросила Матильда.

Феодоракис снисходительно улыбнулся.

— Конечно, нет. Это слишком нерационально. Продаем в питомники низкого класса. Лучшие, понятно, остаются у нас.

Матильда кивнула. Она уже успела ознакомиться с расценками на сперму или яйцеклетки рабов, принадлежащих питомнику Спанидис. На эти деньги лучше купить себе флайер.

— Мы отслеживаем наших питомцев, — сказал Никон, сжал тонкие губы, побарабанил пальцами по столу. — Должен вам признаться, Кирилла мы не успели перехватить. Впрочем, мы готовы выкупить его у вас за любую цену.

— Погодите! Что значит — не успели перехватить? Это как-то связано с его… способностями?

Феодоракис помрачнел.

— Вы уже с ними столкнулись, я правильно понимаю?

— Да, именно поэтому я вам и позвонила, но никак не думала, что Кирилл родился именно в вашем питомнике. Я очень плохо разбираюсь в идентификаторах рабов, мне объяснили только основы. Как я поняла, линию Кирилла усиливали по рыжине, но тогда как так получилось, что он… эээ… гипнозом владеет?

— Действительно, нас очень интересовал именно рыжий цвет волос, — согласился Никон. — Но… капитан Ренко, вы представляете количество человеческих генов?

— Много, да? — спросила Матильда. В этом она не разбиралась совершенно, знала только, что гены — это то, что передается ребенку от отца с матерью и делает всех членов клана Ренко похожими друг на друга.

Никон подавил смешок.

— Да, много. Очень много. Поэтому, заметив у прапрапрабабки Кирилла некие ментальные умения, их тоже решили усилить. Моим предшественникам показалось это довольно занимательным. Тогда еще не были запрещены генетические эксперименты, если вы понимаете, о чем я. Но наш питомник всегда строго выполняет законы.

Матильда кивнула. Еще бы, если там крутятся такие деньжищи, нарушать закон может быть опасно. Купит какой-нибудь толстосум жене выбранную яйцеклетку, а та — генетически измененная! Скандал будет страшный.

— Я слышала, что линия Кирилла считается нестабильной, — сказала Матильда.

Феодоракис тяжело вздохнул.

— Мы надеялись предотвратить эти слухи, — сказал он. — Для этого выкупали всех представителей линии… Поймите, Матильда, это не вина нынешнего руководства компании. Мои коллеги, увы, не учли, что усиление ментальных навыков может привести к такому результату.

— Какому такому? — потеряла терпение Матильда.

— Я не могу вам сказать точно, — признался Никон. — Большинство представителей этой линии мы успели купить до того, как их нестабильное состояние стало причиной проблем. Вы продадите нам Кирилла? Если вас интересуют рыжие, мы можем предложить вам несколько вариантов, в подарок. Матильда, судя по всему, вы владелица транспортной компании…

«Надо же, — подумала Матильда, — уже успел разыскать в сети информацию обо мне! Ну да, ему же нужно знать, на что давить».

— … вы должны понимать, насколько это выгодное предложение, — продолжал Феодоракис. — Мы покупаем у вас раба и дарим другого.

— А что будет с Кириллом? — спросила Матильда.

— Ничего, — излишне равнодушно пожал плечами Никон. — Будем его изучать.

— Ясно. И все же, чего ждать от Кирилла?

— Чего угодно. Возможно, вы слышали о цыганах?

— Конечно! — воскликнула Матильда.

Нет в галактике ни одного космолетчика, который не слышал бы о цыганах! Вечные странники, летающие на таких раздолбанных колымагах, что даже удивительно, как они еще поднимались в воздух! Цыгане почти никогда не приземлялись на планеты, но вот на космических станциях или обитаемых астероидах они были завсегдатаями. Когда на станцию врывалась разноцветная толпа, обреченные обитатели даже не пытались запираться или прятаться, все равно это не помогало. Цыгане облапошивали доверчивых и недоверчивых жителей, пополняли припасы и улетали, оставив после себя ощущение праздника и веселья. Только благодаря этому цыган любили, а некоторые даже привечали. В конце концов, что такое деньги против унылого существования в космосе? Зато от гостей можно было узнать сплетни со всей галактики.

— Значит, вы понимаете, что Кирилл сможет вами управлять как этого захочет?

«Кто ж ему даст, — подумала Матильда, — тут желающих на управление целая очередь».

— Вы понимаете, что он может?

— Не понимаю, — призналась Матильда. — Пока вы только угрожаете. Как бы там ни было, Кирилла я продавать не буду.

— Это пока, — вздохнул Никон. — И я вас не пугаю, а предупреждаю. Капитан Ренко, наш питомник всегда готов выкупить у вас Кирилла. Мы очень заботимся о своей репутации.

— Понятно. Спасибо за информацию, господин Феодоракис. Я подумаю. Всего доброго.

Матильда задумчиво почесала голову и позвонила Ване.

Тот уже не спал, сидел в кабинете с чашкой кофе и сравнивал данные с двух планшетов.

— Ваня, а как в сети отражаются мои парни? — спросила Матильда. — Если искать по идентификаторам.

— Как рабы, — тут же ответил Иван. — Но, чтобы получить право на такой поиска, нужно хорошенько раскошелиться. А что случилось?

— Вчера Кирилл выдал очередной номер. Я нашла в сети контакты питомника Спанидис, позвонила. Кто ж знал, что именно там родился Кирилл! Они предлагали его выкупить. Вот мне и стало интересно, как он отражается в сети для тех, кто имеет доступ к данным.

— Как раб, а ты — как его, и остальных тоже, владелица. Пока они не получили гражданских документов и состоят под нашей опекой, их защищает другой закон, согласно которому их данные в сеть вообще не поступают. Точно так же, как и данные любого ребенка до того, как он получит документы совершеннолетия. Тебе нужна помощь?

— Нет, просто хотела знать. Ваня, не беспокойся, все в порядке.

— Ну да, конечно. Окружила себя психами и говоришь — не беспокойся.

Матильда рассмеялась.

— Ваня, поверь, лучше мои психи чем один нормальный Зейн.

— Я сегодня приду, — почти угрожающе произнес Иван. — Прорвемся, Мотя.

Матильда выключила терминал и пошла к себе. Нужно будить парней.

Но у входа в каюту она наткнулась на Кирилла, скорчившегося у двери.

— Черти что, — выругалась Матильда. — Кирилл, что ты здесь делаешь?

— Я случайно услышал ваш разговор по терминалу, — сказал он, поднял залитое слезами лицо и посмотрел на Матильду. — Если вы меня продадите, они меня… ликвидируют. Все знают, что случается с выбраковкой. Ликвидируют.

— Раньше надо было думать, — с мстительным удовольствием произнесла Матильда. — Когда ты вчера меня раздеваться заставлял. Ты же слышал, что сказал Ваня, да? Я могу вылететь за пределы ФПП и продать тебя тайком. Питомнику выгодно это не афишировать, может, они мне даже справочку какую-нибудь сляпают, для отдела опеки. Мол, заболел редкой рабской болячкой и умер.

— Вы так не сделаете, — без особого убеждения сказал рыжий. — Вы не такая.

— Кирилл, я прилетела на Кайли, удрав со своей планеты без копейки в кармане. К моменту, как мы познакомились, у меня уже был свой корабль. Откуда ты знаешь, какая я? Поверь, если будет стоять выбор между тобой и моими целыми, незамутненными внушением, мозгами, я выберу их даже не сомневаясь. И совесть мучать не будет, даже если тебя ликвидируют у меня на глазах, — жестко сказала Матильда.

Кирилл искал в ее глазах хоть каплю лжи или хотя бы сомнения, но не нашел. Матильда действительно была готова сделать так, как обещала. Даже если его убьют у нее на глазах.

— Я понял, — сказал Кирилл тихо.

— Вот и отлично, — кивнула Матильда. — Иди умывайся, нас ждет встреча с госпожой Розитой.

* * *

Целый день Матильда вела себя так, будто ничего не случилось. Периодически ловила на себе встревоженные взгляды Шеля и Натаниэля, но делала вид, что ее это совершенно не волнует. Встретилась с владелицей кондитерской, которую приятно поразила чистота на корабле. Приняла груз и специальные холодильники для его хранения, купила у навигаторов расчеты для специальной трассы, позволяющей довезти пирожные как можно быстрее. Попрощалась с Ваней, потрясенным заказом Матильды до глубины души, и, конечно же, пожелал счастливого пути, попросив звонить при первой же возможности.

Приказала всем занять места на своих койках, пристегнувшись ремнями, сама села в капитанское кресло, и они с Риком начали предполетную подготовку. В третье кресло сел Шель, внимательно следивший за их работой. От идеи стать пилотом он не отказался, и Матильда купила ему сегодня простейший курс по управлению кораблем. Пусть попробует, если получится, то тогда уже они будут решать. Матильда была совершенно уверена в том, что пилотом нужно родиться, а не становиться им, как она, по необходимости, или как Шель — по желанию быть рядом с госпожой. Конечно, она водила корабль, но до изящной виртуозности настоящих пилотов или хотя бы до Зейна ей было ой как далеко.

Стоило «Надежде» оторваться от земли и набрать высоту, как на пределе доступа на терминал позвонил Бу.

— Матильда, я сделал нечто очень-очень плохое, — сказал он, не включая камеру.

— Проклятье, — сказала Матильда, тормозя двигатели. — Что на этот раз у нас стряслось?

— Я остался на Кайли, — виноватым голосом сказал Бу.

— Как на Кайли? — завопила Матильда, глядя на монитор. Данные четко показывали, что в каюте Бу есть человек. — А кто тогда с нами летит?

«Неужели Ваня все же решил удрать от своей жены и работы?» — мелькнула мысль, пока Матильда неслась в каюту Бу. Рик остался следить за приборами — «Сырок» бы такое резкое торможение не пережил, но и за новыми, толком неизученными двигателями стоило присмотреть.

За Матильдой бесшумной тенью следовал Шель. В каюту они заглянули одновременно.

— Это еще кто такой? — спросила Матильда, оторопело глядя на незнакомого мужчину.

— Илиас, — сказал Шель.

Илиас вскочил с койки и поклонился Матильде.

— Илиас? — Матильда посмотрела на Шеля. — То есть ты тоже участвовал в этой авантюре?

— Нет, — спокойно выдержал ее взгляд Шель. — Я с ним дрался. Это мой противник в финале боев.

— М-да, — сказала Матильда, поворачиваясь к пассажиру. — Вот это новости.

— Мэм, — крикнул Рик, — тут центр контроля полетов волнуется. Что делаем?

Матильда вернулась в кресло:

— Бу, ты еще здесь?

— Да, Матильда. Я не вернусь. Я оставил письмо, прочитайте, пожалуйста. Я… спасибо вам за все!

— Бу! Будевин! — кричала Матильда, но великан уже отключился. Грязно выругавшись, она позвонила Ване. — Бу остался на Кайли.

— Ясно, — сказал адвокат. — Займусь.

— Летим, — велела Матильда, клацая зубами от злости. — Когда вернемся, тогда я уже Бу прибью. Господи, вы что все на голову-то больные, а?

— Я — нет, — обиженно сказал Рик.

— Ты просто еще не вырос, — буркнула Матильда. — В этой обстановке мы с тобой тоже сойдем с ума, я уверена.

Глубокой ночью, когда корабль лег на курс, вся команда собралась в рубке. Письмо Бу передавалось из рук в руки, а сама Матильда сидела на подушках, подперев ладонью подбородок, и рассматривала Илиаса.

Он был просто глотком свежего воздуха в царстве непроходимых красавчиков. Самый обыкновенный мужчина, боец с мускулистым телом. Тяжеловатый подбородок, крупный, мясистый нос, светлые глаза, волосы неопределенного темного цвета, длиной до плеч. Чуть смугловатая кожа, то ли загорелая, то ли такая от природы.

В своем письме Бу писал, что ему понравилось подрабатывать массажем, и это поможет ему накопить денег на обучение в полицейской школе. Смысла болтаться по космосу он не видел, но боялся об этом сказать, зная, что для Матильды космос — смысл жизни. Бу клялся, что обязательно сразу же свяжется с Ваней, помня, что не имеет никаких документов, а Иван является его официальным опекуном.

В последнем абзаце он умолял Матильду простить его и приютить Илиаса, с которым он подружился во время работы в госпитале. Боец выложил все деньги, чтобы пройти курс лечения, потому что Шель его уделал разве что не до смерти, а наниматель тут же разорвал контракт.

— С каких пор Бу научился так писать? — мрачно спросил Кирилл.

— Поставил программу на планшет, перевел слова в текст, — фыркнул Рик.

— Госпожа капитан, я не доставлю вам проблем, — сказал Илиас. Голос у него был хриплым. — И драться ни с кем не буду, я не драчун, а наемник.

— Я это все понимаю, — сказала Матильда. — Но назови мне хотя бы три причины, по которым я не могу выбросить тебя сейчас в открытый космос.

— Первая — вас обо мне попросил Бу, — спокойно ответил Илиас. — Вторая — вам придется постараться, чтобы меня выбросить.

— Тебя Шель уже один раз победил, — напомнила Матильда.

— Тогда я не сражался за свою жизнь, — возразил наемник. — И, в-третьих, я могу вам пригодиться. Я один из лучших бойцов в галактике.

— И самый скромный, — фыркнула Матильда. — Зачем мне боец? Я мирная торговка.

— Никогда не знаешь, что пригодится, — философски пожал плечами Илиас.

— Натаниэль, подсчитай, сколько стоит перелет. Благотворительностью я заниматься не собираюсь.

— У меня нет денег, — сказал Илиас.

— Ничего, будешь должен, — припечатал Матильда. — Все, ужин и спать! Кстати, включите Илиаса в очередность дежурств по кухне.

От этой идеи наемник был явно не восторге, но ему хватило ума промолчать.

Рик остался на вахте, а Матильда отправилась спать, потянув за собой Шеля. Ей хотелось расслабиться, и она эгоистично надеялась на массаж.