Глава 14

— Да, — шепчу, и Архип обрушивается на мои губы жадным поцелуем.

Я даже сама не помню, на что согласилась. Наверное, на горячий быстрый секс, раз он, подхватив меня за талию, поднимает над полом и тащит куда-то вглубь помещения.

Хлопает дверь, и мы оказываемся отрезанными от основного помещения.

У меня даже нет времени осмотреться, как Архип ставит меня на ноги, быстро задирает мою юбку и проникает пальцами под кружево трусиков.

Там уже мокро. В принципе, ожидаемо, учитывая, чей язык сейчас орудует у меня во рту.

— Мне через десять минут нужно встречать мэра, — бормочет Архип мне в губы.

— Тогда иди.

— Черта с два. Сначала я должен трахнуть тебя.

— Получится слишком быстро, я не успею кончить, — отвечаю торопливо, при этом уже расстегивая ремень на его брюках.

— Успеешь. От меня ты никогда не уйдешь без оргазма, — произносит он, помогая мне.

Оттягивает резинку боксеров, потом хватает меня за попку, и я взлетаю в воздух. Спина упирается в стену, а ноги обвиваются вокруг талии Архипа. Он отводит в сторону перешеек моих трусиков и безошибочно толкается прямо в меня. Проникает только головкой, а меня уже потряхивает.

— Какой ты самоуверенный, — дразню Земцова, и он резко всаживает свой член до упора.

Вскрикиваю, но Архип затыкает мне рот поцелуем.

Трахает так, словно мэр с журналистами через пару минут завалятся прямо сюда, в эту каморку. Я стону ему в рот, когда ствол Архипа, словно хорошо смазанный поршень, врывается в меня на бешеной скорости. Черт, да мы уже должны задымиться от такого трения! Еще немного, и начнем высекать огонь!

— Не трогай волосы! — рявкаю, когда одна его ладонь ложится на затылок.

— Командирша, — рычит он и кусает мою губу. — Готова полетать?

— Архип, я еще не…

Замолкаю, когда он, немного присев, меняет угол проникновения. Вскрикиваю, когда первый толчок приходится в самую чувствительную точку, и отпускаю себя.

Мои стоны смешиваются с рыком Архипа. Наши губы, словно склеенные, не могут оторваться друг от друга. О том, что происходит внизу живота, я вообще молчу. Потому что там адский пожарище, который заставляет мое тело дрожать. И, кажется, даже стопы горят от интенсивности ощущений.

— Полетели, — рычит Архип и опять ускоряется.

Тогда все мое тело замирает и дрожит, а в глазах темнеет, едва меня накрывает мощный — я бы даже назвала его сокрушительным — оргазм.

— Блядь, — шипит Архип, кончая одновременно со мной. — Моя девочка. Хер ты уйдешь от меня, — сипло добавляет он.

— О, боже, — усмехаюсь и откидываю голову на стену. — Я как тряпочка. Как мне теперь выйти к высшему свету?

— Здесь есть уборная, сможешь привести себя в порядок.

— У меня на лбу написано, что пару секунд назад я была жестко оттрахана.

— Написано, — довольно скалится Архип. — Теперь там каждый день будет такая надпись.

Улыбнувшись, качаю головой. Ну до чего же самоуверенный нахал!

Архип выходит из меня и ставит на ноги. Придерживая одной рукой свою рубашку, а второй — мой локоть, ведет по узкому коридору до двери со значком уборной. Заводит меня в женскую, а сам идет в мужскую.

Упершись руками в столик раковины, смотрю на себя в зеркало. Стойкая помада выдержала испытание, как и роскошная прическа. А вот одежда, конечно… печальное зрелище.

К счастью, платье обтягивает меня, как перчатка, так что поправить его не составит труда. Трусики в топку. В смысле, Архипу в карман. Пусть любуется на свою работу! У меня слишком маленький клатч, чтобы носить в нем белье. А на себе я оставить его не могу, потому что оно превратилось в кусок мокрого кружева.

Привожу себя в порядок, снимаю трусики. Потом наношу еще один слой помады, убеждаюсь, что прическа все же в идеальном состоянии, а потом выхожу из уборной. В коридоре пусто, но я слышу голоса из ложи.

Он просто так вышел и оставил меня тут одну? Ну, говнюк!

Шагаю на выход. Открыв дверь, замираю, упершись взглядом в мэра и его свиту. Архип разговаривает с главой города, спрятав одну руку в карман брюк.

Пару секунд оцениваю обстановку, а потом, прищурившись, топаю прямиком к Земцову. Подхожу, и мэр переключает внимание на меня.

— Добрый день, — здоровается, окидывая меня заинтересованным взглядом.

— Дмитрий Леонидович, познакомьтесь, моя невеста, Инга Довлатова.

На слове “невеста” мое лицо вытягивается.

Какая еще, нахрен, невеста?!

У него во время секса кровь так резко отлила от мозга, что он совсем не соображает, что говорит?

— Мне невероятно приятно, Инга, — расплывается в улыбке наш мэр и тянет ко мне руку.

Черт, у меня в одной клатч, а во второй…

Хватаю ладонь Архипа, вкладываю в нее трусики и тяну руку мэру. Пока он пожимает мою ладонь, Земцов со сдавленным смешком прячет мое белье в карман.

— Мне тоже приятно. Вы простите, но меня подруга заждалась.

— Конечно-конечно, — произносит Дмитрий Леонидович.

Не глядя на Земцова, разворачиваюсь и сваливаю из ложи, направляясь к подруге.

— Даже не хочу знать, где и как вы с Архипом разговаривали, — начинает Марго, когда я сажусь рядом.

— Помолчи секунду, — нахмурившись, произношу я и упираюсь взглядом в роскошную гриву белой лошади, которую ведут к стартовой линии.

Но я не вижу ни лошадь, ни наездницу, держащую животное под уздцы. Пытаюсь вкурить, откуда вообще эта “невеста” взялась. Зачем Архип меня так назвал? Просто из каких-то своих соображений? Типа чтобы мэр, который топит за семейные ценности, охотнее помогал Земцову?

Прищурившись, вспоминаю наш разговор до того, как мой мозг отключился из-за его головокружительных поцелуев.

Что-то про ребенка… донорство… Я же на него согласилась?

А потом меня окатывает такой волной жара, что я на мгновение слепну. В голове всплывает диалог и слова Архипа, и мне натурально становится плохо.

“Раз уж у тебя на меня такие планы, ты просто обязана выйти за меня замуж…”

“Согласна?”

И мой ответ: “Да”. Тихий, с придыханием, как будто…

Так я же не на замужество согласилась! На донорство и на секс! Но точно не…

Но я сказала “да” на его вопрос о замужестве.

— Согласна?

— На что?

— На все.

— Да.

— Инга? — зовет подруга, и я перевожу на нее практически невидящий взгляд. Моргаю, пока черты Марго не обретают четкость. — Все нормально?

— Я так попала, пипец просто, — выдавливаю из себя и оборачиваюсь.

За стеклом в ложе стоит Архип и, засунув руки в карманы, смотрит прямо на меня.

Но я же всегда могу отказаться, правда?..