Глава 16

— Ему крышка, — хохотнув, произносит Марго и делает глоток нового коктейля, который ей минуту назад принес официант. — Если нужно спрятать труп, ты в курсе, где меня искать.

— Знаешь, что поражает больше всего? — спрашиваю и наблюдаю за тем, как Архип с мэром и губернатором спускаются с пьедестала и направляются в сторону трибун. Такой самоуверенный, величественный. — Что он реально уверен, будто этим выпадом сможет заставить меня выйти за него замуж.

— То-то ему сюрприз будет, — хмыкает моя подруга.

— О, да, — улыбаюсь коварно. — Даже если до этого я могла бы допустить мысль о том, чтобы выбрать Архипа на роль отца моего ребенка, теперь я его ни за что к себе не подпущу.

— Я бы посмотрела на это, — смеется Марго. — Жаль, что нельзя наблюдать за вами как в реалити-шоу.

— Выбрось телевизор, — предостерегаю подругу. — Есть риск превратиться в домохозяйку.

Марго снова смеется и цедит свой напиток.

Архип, поднявшись в ложу, приземляется рядом. Я на него не смотрю.

— Понравилась моя речь? — спрашивает, а я продолжаю наблюдать за подготовкой к скачкам.

— А здесь можно делать ставки? — спрашиваю Марго.

— Все сегодняшние ставки пойдут на благотворительность, — вместо подруги отвечает Архип.

Игнорирую его слова.

Дальше праздник идет своим чередом. Архип едва ли разговаривает со мной. Его постоянно отвлекают. То новые гости подходят поздороваться, то персонал о чем-то спрашивает. Но каждый раз, когда возвращается, усаживается рядом со мной. Даже закидывает руку на спинку моего стула. Тогда я подаюсь немного вперед, не позволяя касаться кончиками пальцев моей спины.

Меня будоражат его прикосновения, и это плохо.

Но я дала себе обещание, что и близко не подпущу этого дьявола, потому что он решил подставить меня. Подумал, наверное, если огласит о нашей несуществующей помолвке во всеуслышание, я не смогу отвертеться.

После официальной части наступает время фуршета. Пока для него готовят все необходимое, гости болтают между собой. Мы с Марго отлучаемся в дамскую комнату, чтобы освежиться, а потом спускаемся вниз, где прямо на поле уже расставлены шатры, под которыми разместили столы. Официанты расставляют блюда с закусками и наливают напитки.

Мы с подругой медленно движемся к фуршетной зоне.

— Что думаешь делать с Архипом? — спрашивает она.

— Ничего, — пожимаю плечом. — Он сам надумал так поступить, ему одному и расхлебывать последствия. Я прямо жажду посмотреть на то, как он опозорится, когда все поймут, что наша помолвка — это лишь плод его фантазии.

— Ой, Инга, — вздыхает подруга. — Ты плохо знаешь Архипа. Он всегда получает желаемое.

— В нашем случае это зависит только от меня. А я согласия на свадьбу не давала.

— Так давала же.

— Разве то согласие? — фыркаю. — Любая сделка должна заключаться в трезвом уме и здравом рассудке. А гормонный дурман — это точно не о трезвости рассудка. Так что не считается.

— Черт, я бы правда посмотрела стрим с вашим противостоянием, — смеется подруга.

Весь оставшийся вечер Архипа продолжают постоянно дергать. Он подходит к нам с Марго только пару раз, но даже толком ничего не успевает сказать, как его снова отвлекают.

Ближе к десяти вечера, когда давно начавшийся концерт как раз набирает обороты, я прощаюсь с подругой и тихо сбегаю с праздника.

Ни в коем случае я не стану разыскивать Архипа, чтобы сказать “пока”. Наоборот, стараюсь уйти максимально незамеченной.

— Попросить подогнать для вас машину? — интересуется услужливая хостес, когда я покидаю ипподром.

— Благодарю, моя машина меня уже ждет.

Быстро добираюсь до черного джипа, за рулем которого сидит мой помощник Сергей. Запрыгиваю в тачку и поворачиваю голову в сторону входа на ипподром. Из него выходит Архип и осматривается по сторонам. Замечает мою машину и начинает идти в нашу сторону.

— Сереж, валим, — произношу быстро. — Бегом!

Машина срывается с места, унося меня от Земцова.

Знаю, что веду себя как ребенок. Но и Архип тоже хорош. Не загонял бы меня в это ярмо, я бы не стала сопротивляться. А так пускай ищет себе другую дурочку.

— Фух, — выдыхаю и откидываюсь на сиденье, когда мы отъезжаем от конного клуба на приличное расстояние.

— Домой? — спрашивает Сергей.

— Ага.

— Мне кажется, Архип Земцов хотел тебе что-то сказать.

— Он сегодня во всеуслышание назвал меня своей невестой.

— Видел в новостях.

— В каких еще новостях? — вскидываюсь я.

— В новостной ленте в соцсетях. Ты не видела? — удивляется он. — Соцсети гудят! Посмотри! Земцов же возглавлял список завидных холостяков города! Тебя там препарируют и ненавидят всей душой!

— Вот зараза, — шиплю я и разблокирую свой телефон. — Мне такой пиар сейчас вообще не в кассу.

Открываю соцсети и начинаю листать ленту. Она действительно пестрит новостями о нас. Более того, некоторые ушлые блогеры уже успели снять ролики со своим видением ситуации. Как будто меня волнует их “авторитетное” мнение.

Но есть в этом всем одна проблема… Скоро мне открывать новый клуб. И теперь я начинаю играть в рулетку, шансы в которой пятьдесят на пятьдесят. Этот пиар либо сыграет мне на руку, либо провалит мое начинание.

— Давай обратимся к Лизе, она поможет, — предлагает Сергей. Девочка, которая занимается моим продвижением, конечно, может исправить ситуацию, но…

— Пусть сначала оценит, выгодно ли мне в таком свете выступать в новостях. Если нет, тогда будем исправлять. Может, это даже сработает мне на руку.

Телефон в руках жужжит, и я читаю сообщение от Земцова:

“Сколько ни убегай, я догоню. Скоро увидимся”

У меня зудят кончики пальцев, так хочется напечатать ему ответ. Что-нибудь в стиле “черта с два” или “пошел ты”. Но я сдерживаюсь. Не от хорошего воспитания, вовсе нет. А просто потому, что даже если я ему сейчас отправлю эмодзи со средним пальцем, это станет свидетельством моего участия в диалоге. Пусть помучается мыслями о том, кто и куда меня увез на тонированной черной тачке. Это будет самым лучшим наказанием за своеволие Земцова.

Правда, на следующий день я уже не считаю идею такой классной. Более того, самое чувствительное место моего тела — то самое, которое так любит приключения, — подсказывает мне, что ответ “нет” Архип не примет. И будет делать все, чтобы я произнесла заветное “да”. Ну, или простонала свое согласие…