Глава 29

Герман

У Полины замерзли ручки. А ее румяные щеки, чем-то напоминали два розовых персика. Она так задорно улыбается, подмигивает солнцу. А еще она очень похожа на Маргариту.

Мы поспешили, как можно скорее в дом. Сейчас попросим Анну сделать нам вкуснейшего чая с медом, лимоном и имбирем. Ее волшебный согревающий напиток способен отогреть даже замершее сердце Кая. Тем более Анна пожаловалась, что Полина плохо позавтракала. Это понятно, спешила слепить снеговика. Но, к сожалению, ничего не получилось. Снег лепится ужасно.

Я еще несколько раз поднимал голову, но она больше и не подходила к окну. Жаль... Жаль, что она никак не идет на контакт. Даже не могу понять, как она согласилась пойти в театр. Полина постоянно твердит, что Рите очень понравилось представление. Я только рад. Как приятно видеть две самые лучезарные улыбки. Ее и Поли.

Мы зашли в дом. Обтрусив с одежды снег, направились в гостиную. Раздевшись, Полина скромно присела на диван. Малышка несколько раз спрашивала, где мама.

- Сейчас попьем чаю и пойдем к ней. А хочешь, пойдем пить чай, прямо в ее рабочий кабинет?

- Ура! – восторженно закричала она. – Хочу!

Как обычно неожиданно появилась Анна и сразу принялась сообщать последние новости:

- К вам пришла Вероника. Она сейчас с Илоной Брониславовной поднялась на вверх, к Маргарите.

- Что? Что она здесь делает? – я не мог скрывать своего удивления. Как Веронике вообще пришло в голову заявиться ко мне домой.

- Сказала, что нужно обсудить сложный рабочий момент.

Пристально взглянул на камердинер и сразу направился на вверх.

Сам не знаю почему, сильно спешил. Мне жутко не хотелось, чтобы Вероника находилась здесь. В моем доме. Тем более вела диалоги с моей матерью. Ее неожиданное появление жутко злило меня. Никак не отпускала мысль: зачем она сюда пришла? Что ей нужно? Я спешил скорей все выяснить и пресечь, пока не зашло слишком далеко. Не нужно со мной шутить. Со мной шутки плохи.

Когда я поднялся на второй этаж, увидел, что по длинному коридору второго этажа, идет Вероника с моей матерью. На ее лице довольная улыбка. Они увидели меня и прибавили шаг.

- Здравствуй Герман!  - восторженно произнесла гостья.

- Думаю, нам стоит поговорить, наедине. Пройдем в кабинет?

Мило попрощавшись с моей матерью, она прошла со мной.

Как только за нами захлопнулась дверь, тут же налетел на нее с вопросами. Хотелось поговорить спокойно, без лишних эмоций. По всей видимости, не получиться.

- Что ты здесь делаешь? Зачем весь этот спектакль?

- Гер, я пришла к тебе, - она хотела подойти ко мне ближе, но я резко ее оттолкнул. Вероника вальяжной походкой прошла к столу, легко облокотившись на него своими пышными бедрами, мягко произнесла:

- Ты отдаляешься от меня, Гер.

- Да я к тебе приближаться не хочу! Ты заигралась. Мне неприятно видеть тебя в своем доме. Я тебя не звал.

- Все дело в ней, да? Собственно, как я и думала. Эта простушка не так проста, как тебе кажется. Вот чем она лучше меня? Чем? - теперь ее голос казался не таким уверенным, как минуту назад. Улыбка тоже исчезла с лица.

- Все! Уходи, не хочу тебя видеть.

- Гер, давай все обсудим, дай мне еще один шанс. Я обязательно докажу, что ты ошибался на счет нее.

- Я ошибался на счет тебя. Уходи! -  мне пришлось повысить тон.

- Зря ты так со мной. Я переживаю за тебя. Волнуюсь.

Не могу сдержаться, срываюсь. Подхожу ближе к ней, сильно хватаю за запястье и, смотрю прямо в ее большие глаза.

- Замолчи! Немедленно!

Понимаю, что не могу находиться так близко. Выводит из себя, раздражает, действует на нервы. Резко отстраняюсь, подхожу к двери и громко заявляю:

- Пошла вон!

- Я же для тебя все Гер…, - растерянно смотрит на меня слегка приоткрыв свои пухлые губы.

Стою на своем. Под моим тяжелым взглядом Вероника сдается и покидает кабинет.

Как только она вышла, оставив за собой длинный шлейф влажных духов, я тут же позвонил охране и попросил выпроводить незванную гостью со всеми почестями. Так же дал приказ, больше никогда не впускать ее на порог этого дома.

Представляю, что она могла наговорить. Хочу исправить ситуацию, как можно скорее. Выхожу из кабинета и слышу за своей спиной голос матери. Оборачиваюсь и вижу ее серьезное, строгое лицо.

- Герман! Думаю, нам тоже стоит поговорить.

Подхожу к ней ближе, не знаю с чего начать разговор:

- Мама…, - именно ее присутствие заставляет сменить гнев на милость.

- Думаю, мне придеться уволить Маргариту, после всего, что мне рассказала твоя помощница. Мой престиж, моя репутация…

- Она мне уже не помощница. Вероника говорит не правду. Я дважды, лично проверял документацию. Передо мной Рита чиста, как слеза. Всего лишь лживые слова. Зависть, ненависть. Я пока точно не могу сказать, какими принципами она руководствуется. Но это так. Я твой единственный сын, прошу поверь мне. Не стоит делать поспешных решений.

- Считаю, что это не слишком обоснованная причина.

- Есть обоснованная. Я люблю ее.