Глава 15

Когда Даша увидела, что Вадим занес кулак над лицом Егора, буря чувств поднялась в ее душе. И первая эмоция, которую она испытала, была, увы, радость. Ревнует! Значит, еще любит. Не так просто зачеркнуть три года отношений.

Потом радость сменилась злорадством. Так тебе, сволочь, и надо! Будешь знать, как девушками разбрасываться. Где-то в глубине души родилась жалость к Егору, который попал под раздачу совершенно случайно. Рявкнув на Вадима, она бросилась к охранникам.

— Ребята, сейчас будет драка. Остановите.

Она почти бежала за секьюрити, с тревогой посматривая на растерянного Егора и злого, как черт, Вадима, и в эту минуту в кармане зазвенел телефон. Даша не обратила на него внимания, но он трезвонил не останавливаясь. Поняв, что охранники разберутся в ситуации и без нее, она сделала два шага в сторону и ответила на вызов.

— Что случилось? Я не могу сейчас разговаривать, — сердито выпалила она, услышав голос подруги.

— Дашка, ты где? Срочно беги домой. У тебя родители будто с ума сошли.

— Что? Ты о чем?

— Мы с Машей приехали домой, и сначала за стенкой было тихо, а потом вдруг — крики, грохот разбитой посуды, и что-то тяжелое упало так сильно, что дом содрогнулся.

Дальше Даша не слушала. Она дрожащими пальцами набрала телефон Яндекс-такси и выскочила из торгового центра. В конце концов, не маленькие мужики, сами выяснят отношения. Домашние дела важнее.

Машина приехала быстро, но и эти минуты ожидания показались Даше часами. Она едва сдержалась, чтобы не накричать на водителя. Всю дорогу девушка набирала номер то отца, то матери, но они не отвечали. Остаток пути Даша сидела, сцепив в замок пальцы, и молилась: «Господи, пожалуйста, пусть с ними будет все хорошо. Господи!»

Она сунула таксисту деньги и убежала, не взяв сдачу, несмотря на то что он громко ее звал. По лестнице поднималась, перешагивая через две ступеньки. Когда открыла дверь, думала, что сердце остановится от страха и напряжения.

В квартире было тихо. Даша влетела в комнату — никого. На полу валялся вдребезги разбитый телевизор. Осколки хрустальной вазы усеяли весь ковер. Дрожа от ужаса, она распахнула дверь в спальню родителей — пусто. На полу валяется покрывало, простынь скручена так, будто на постели боролись звери. Одна подушка лежала в ногах, а другая вообще выглядывала из-под кровати.

— Мама, папа, вы где? — истерично выкрикнула она в панике, чувствуя, как по щекам катятся слезы.

Тишина была ей ответом.

Даша побежала на кухню и застыла, пораженная беспорядком, там творившимся. Везде, сколько охватывал взгляд, лежала разбитая посуда. Из нижнего шкафчика кто-то вывалил все банки с крупами, макаронами и сахаром, и теперь продукты, перемешанные в причудливый натюрморт, разными цветами украшали пол.

Девушка села на стул и разрыдалась. Она не понимала, что случилось и куда пропали родители. Даша снова набрала номер мамы — рингтон телефона раздался где-то в глубине квартиры. Даша, осторожно ступая по полу, пошла на звук и обнаружила мамин телефон под кроватью.

В дверь постучали. Даша бросилась в прихожую, но пришла перепуганная Настя. Подруга жила в соседней квартире, поэтому часто слышала все, что происходило у Кудрявцевых, а те — в ее семье.

— Ужас! Что они натворили!

— Пусть хоть все перебьют, лишь бы сами были живы, — плакала Даша.

— А где родители?

— Не знаю. Их дома нет. А вдруг они ранили друг друга?

— Не паникуй раньше времени! — оборвала ее страдания Настя. — Ты видела где-нибудь кровь?

— Нет, — всхлипывала Даша.

Смелая и решительная на работе, она совершенно не знала, что ей делать с неуправляемыми родителями, которые уже отметили серебряную свадьбу, а потом будто сошли с ума. В доме ни дня не было без ссор и скандалов, и все из-за этого проклятого магазинчика, который даже дохода приличного не приносил.

— Отцу звонила?

— Да, он тоже не отвечает.

— Набирай снова!

Теперь звонок раздался в кухне. Смартфон отца подруги обнаружили, когда раскопали горку гречневой крупы, смешанной с геркулесом.

— Ничего не понимаю! — простонала Даша. — Почему они не взяли телефоны?

— Да, загадка! Смотри, такое впечатление, что они их вообще выбросили.

— Согласна. Вот мне потому и страшно. В последнее время они не выпускали телефоны из рук: общались через СМС или через меня.

— О боже! Детский сад!

— Да, не знаешь даже, что лучше: самой долго оставаться ребенком или иметь инфантильных родителей.

— А вдруг это ограбление! — охнула Настя.

— Нет. Не может быть. Какой вор сначала все разобьет, а потом пойдет ценности искать? — засомневалась Даша, но эта мысль уже родилась и пустила корни в голове, наполняя сознание холодом.

— Тише, ключ!

Волна адреналина выплеснулась в кровь. Подруги прижались друг к другу и испуганно смотрели на входную дверь. Кто-то действительно ковырялся в замке. Дверь распахнулась, и Даша увидела улыбавшуюся маму, которая оглядывалась на отца и весело ему что-то говорила.

— Дашенька, ты уже дома! — заметил наконец дочку папа.

— Что все это значит? — крикнула Даша, выплескивая вместе со словами все накопившееся напряжение и страх.

— Ты только не переживай, — бросилась к ней мама.

Отец уронил сумки с продуктами на пол и тоже с виноватым видом подошел в дочке.

— Ну, так получилось. Не ругайся, — попытался он взять Дашу за руку, но она выдернула пальцы.

— Ты нам посоветовала разобраться по-настоящему, как истинные пары делают. Ну, вот… так уж получилось…

— Ну, вы, взрослые, даете! — присвистнула Настя. — Мы чуть с ума не сошли, когда этот погром увидели, а оказалось — выяснение отношений по-настоящему. Ужас! Ладно, подруга, я пошла!

Настя тихонько выскользнула за дверь. Даша смотрела на родителей и уже не понимала, плакать или смеяться. Настя права: как можно до такой степени накопить злость друг к другу, чтобы потом разом выплеснуть ее и разгромить всю квартиру?

— Садитесь! — приказала она родителям. — Рассказывайте. Из-за чего очередной сыр-бор разгорелся.

Даша взяла веник, очистила середину кухни от грязи и поставила стулья, чтобы близкие сели.

— Ну, — выдавила мама и посмотрела на отца, — мы опять начали разговор о ликвидации магазина. Сначала переписывались, потом зацепились словом, и понеслось…

— А крушить почему все начали?

— Это все твоя мама! Это она первая в меня сахарницей заехала. Смотри, на спине пятно отпечаталось. Если бы не успел убежать в коридор, наверняка она мне что-нибудь сломала бы.

Отец встал, снял футболку: на его спине действительно красовалось круглое красное пятно.

— О ужас! У вас крыша поехала?

— Немножко.

— А ты чем в маму зафутболил?

— Я? Ничем. Даша, как ты могла подумать! Я вообще не ожидал такой реакции на свои слова. Даже разозлиться не успел. Это мама у нас горячая.

— Сережа, я уже просила прощения. Я сама испугалась. Я кинула сахарницу просто так, не думала, что она в тебя попадет.

— А телевизор зачем разбили? — застонала Даша.

— Мы решили начать жизнь с нового листа, — гордо ответил папа и обнял маму.

— Точно. А еще мы хотим продать наш бизнес и поехать за границу.

— Куда?

— В Карловы Вары. Мы даже санаторий присмотрели.

— А почему именно туда?

— Центр Европы. Подлечим расшатанные нервы, съездим на экскурсии, а потом решим, что дальше делать.

— Вы мне оттуда братика или сестренку не планируете привезти? — грозно нахмурилась Даша.

— Ну что ты! У нас возраст!

— Ага! И вторая молодость отношений, кажется.

Родители опять смущенно переглянулись. Много ума не надо было, чтобы понять: примирение прошло по-настоящему, бурно, в супружеской постели.

— Ну что ж, дорогие мои родственники, делайте уборку. Надеюсь, в моей комнате все в порядке?

— Туда мы не успели добраться, — смущенно ответила мама.

— Ок! Я вам помогать не буду.

Даша ушла к себе в комнату и закрыла дверь. Третий день подряд она живет, как пороховой бочке. А все началось с предложения руки и сердца. Нет, чтобы она еще раз… хоть когда-нибудь… пусть все эти мужики катятся колбаской по Малой Спасской!

Девушка переоделась и, прислушиваясь к веселому смеху, доносившемуся из кухни, легла на кровать поверх покрывала. Желудок запел голодную песню. Даша только сейчас сообразила, что за всеми этими проблемами она совершенно забыла поесть.

Она тихонько встала и пошла в кухню. Голоса родителей доносились из спальни. Они так и не убрали беспорядок. Даша включила чайник, подмела пол, разобрала валявшиеся на полу пакеты с продуктами. Кажется, ужин ей сегодня не светит. Она перекусила бутербродами, умылась и легла в постель, не подозревая, что утро встретит ее новым сюрпризом.

***

Даша открыла глаза, с трудом вырываясь из сна. Ее губы горели от поцелуя, дыхание прерывалось, тело дрожало от только что пережитого оргазма. Что это было? Кто ее целовал до такой степени страстно, что она готова была, не задумываясь ни на секунду, отдаться?

Девушка попыталась вспомнить сон, но перед глазами мелькали лишь отдельные фрагменты. Вот она запрокидывает голову, подставляя лицо мужчине. А теперь он осторожно проводит языком по внутренней стороне губы. Нетерпеливые руки исследуют все изгибы ее тела, ныряют во впадинки и поднимаются на бугорки, заставляя желать партнера каждой клеточкой, каждым нервом. И крылья бабочки щекочут щеки.

Кто это? Точно не Вадим. Она бы узнала его. Неужели ей стали сниться эротические фантазии на пустом месте? Нет, не может быть! Даша никогда не была сексуально озабоченной особой. Все в рамках приличий.

«Господи, а может, поэтому меня Вадим и бросил?» — с ужасом подумала она и вскочила с постели. В дверь постучали.

— Доченька, ты на работу в какую смену сегодня идешь?

— В дневную. Уже встаю.

Даша вскочила, набросила халатик и побежала в ванную. Смех родителей доносился из кухни. Они о чем-то весело болтали. Из зала исчезли все признаки разгрома. Казалось, что ничего не изменилось, только место под телевизор зияло пустотой.

Девушка привела себя в порядок, оделась и вышла к родителям. Те мирно пили в кухне кофе. Как здорово, когда в твоей семье царят мир и спокойствие. Даша улыбнулась и села к столу.

— Ты во сколько должна быть на работе? — поинтересовалась мама, накладывая ей на тарелку омлет.

— В десять. А что случилось?

— Сходишь с нами в магазин? Папа предлагает часть товара забрать домой вместо разбитой посуды. А потом мы займемся документами на продажу.

— Вы сегодня решили не открываться?

— Посмотрим, может быть, откроем прощальную распродажу, — весело ответила мама. — Интересно же сделать такой маленький апокалипсис: разрушить нашу привычную жизнь до основания.

— Ага! А на обломках самовластья напишут наши имена, — пошутила Даша, прихлебывая кофе.

— Господи! Как девушка твоего поколения может помнить слова из старой революционной песни? — покачал головой папа. — Неужели так очевидно наше желание?

— Папуля, ты забыл? Твоя дочь в школе любила историю, участвовала в олимпиадах и даже хотела стать учителем.

— Конечно нет! — Отец встал и поцеловал Дашу в макушку. — Я знаю, что ты у меня умница. Все! Девочки, я жду вас во дворе. Поторопитесь.

— Пап, а на работу меня подкинешь?

— Посмотрим.

Семейство Кудрявцевых забралось в белый «Ниссан Кашкай» и отправилось в бутик, как принято сейчас называть маленькие специализированные лавки. Ехали недолго, два квартала. Когда Даша вошла в магазин, она даже испытала некоторое волнение. Десять лет своей жизни она провела внутри этого знания. Можно сказать, что здесь прошла ее юность и наступила зрелость. Девушка осмотрела витрины, прошлась вдоль прилавков, слегка касаясь пальцами то одного, то другого предмета.

«Как родители будут жить без этой работы?» — с содроганием подумала она. Это как ребенка, любимое детище выгнать из дома. Не получится так, что мамин каприз обернется для семьи крахом?

Одни вопросы. А еще где-то в уголке сознания сидела противненькая мысль: вдруг теперь ей, Даше, придется содержать семью? Судя по размаху катастрофы, родители спустят все деньги на отдыхе. А что дальше?

Даша встряхнула головой, отгоняя плохое предчувствие. Она хотела создать свою семью, а не опекать родителей-детей. Видимо, не судьба.

— Даша, посмотри на складе, что хочешь себе оставить?

— Ладно.

Даша направилась в глубину помещения, и вот уже стихли уличные шумы, прохлада и тишина легла покрывалом на плечи. Девушка заглянула в уголок, где часто делала уроки, готовилась к выпускным экзаменам. Ностальгия навалилась и придавила к полу. В уголках глаз закипели слезы.

Даша потрясла перед лицом ладонями (не дай бог, косметика поплывет), села на диванчик в углу и откинула голову на спинку. Она наблюдала за мухой, ползущей по потолку, и мечтала насладиться минутным покоем. Не получилось: из магазина донестись приглушенные голоса. Даша встрепенулась и прислушалась.

— Молодые люди, магазин сегодня не работает, — сказала кому-то мама.

«Наивная, — усмехнулась Даша. — Народ видит, что дверь открыта, вот и заходит поглазеть».

Что ответили покупатели, она не услышала, только какое-то «бу-бу», а вот нервное напряжение в громком голосе папы уловила сразу.

— Вы не понимаете, вас просят уйти!

Даше вскочила. Тревога мягкой лапкой коснулась сердца. Обычно покупатели понимали с первого раза, что им не рады, а эти оказались чересчур упертыми.

Она быстро миновала склад и вышла в торговый зал. Рядом с кассой стояли два молодых человека в дорогих костюмах. Глазом профессионала Даша сразу оценила наряд каждого на миллион с небольшим. И что такие лощеные господа забыли в их маленьком магазинчике?

А вдруг это? Сердце ухнуло в пятки и там устроилось удобнее. Даша так и слышала его скрип: «Не, хозяйка, я лучше здесь полежу, спокойнее. А вы с нервами сами там разбирайтесь!»

— Вы что-то хотели купить? — спросила она, и господа повернулись.

Естественно, предчувствие не обмануло хозяйку: перед ней стояли проклятый директор отеля и Егор. Оба выглядели слишком грозно. Хозяин кота еще нацепил очки с темными стеклами и вообще казался шпионом при выполнении миссии, которая невыполнима.

Ну конечно! Разве мог ее день начаться иначе? Кажется, судьба решительно настроена вести всех троих, (пардоньте, четверых, кота тоже нельзя сбрасывать со счетов), по одной дороге. Стоп, а куда деть Снежану и Вадима?

Даша потрясла головой: слишком много проблем на квадратный сантиметр мозга, не взорвался бы бедненький.

— А вот и наша Дарья Сергеевна! — воскликнул директор. — Даже не надеялись так быстро встретиться.

— Дочка, ты их знаешь? — спросила мама, уже с любопытством разглядывая гостей.

— Да. Мамочка, я хочу поговорить с этими господами наедине.

— Ну зачем же! Пусть родители тоже узнают, что натворила их дочь?

— Погодите, вы о чем сейчас говорите? — Даша недоуменно переводила взгляд с директора на Егора, который пока не произнес ни слова.

— Об этом!

Директор сорвал с друга очки, и Даша, а следом и родители, охнула. Пол-лица миллионера занимал огромный синяк. Глазки спрятались в валиках отеков, только ресницы-бабочки торчали веером наружу.

— Как же так? — всполошилась мама. — Даша, кто ударил молодого человека? Ты? Как ты могла?

— Мама, не я. Когда я мужчин била? Даже не знала, что ты обо мне такого мнения! — возмутилась Даша. — Егор Викторович, простите, пожалуйста, за вчерашнюю стычку. Я не думала, что он кулаки распустит.

— Вот вчера и надо было прощения просить, а ты сбежала! — накинулся на нее директор.

— Дим, ладно тебе. Не стану я из-за синяка разбираться?

— Тогда зачем мы сюда пришли?

Все уставились на Егора, который снова нацепил на нос очки, в ожидании ответа.

— Как пришли, так и уйдем! — резко ответил Егор и повернулся к выходу. — У меня дома ремонт, увидел магазинчик домашнего уюта, вот и заглянул. Пошли отсюда.

Даша нервно посмотрела на родителей, которые разглядывали гостей во все глаза. Она кожей чувствовала, что мама начнет сейчас задавать вопросы, но ошиблась: папа перекрыл дорогу Егору.

— Пожалуйста, извините нашу дочь, если вы пострадали из-за нее. У нас вчера возникла срочная семейная проблема. Дашенька бросилась спасать бестолковых родителей.

— Я понимаю и не сержусь. Приятно было познакомиться.

— Егор! Ты что, так и уйдешь? И простишь этой девице и чуть не погибшего Мэрфи, и разгром в квартире, и разбитое лицо? Ты сошел с ума!

— Вы о чем сейчас говорите? — оторопела Даша.

— Какой разгром? — хором воскликнули родители и переглянулись.

— А это вы у своей дочери — ходячей катастрофы — спросите, — не успокаивался директор, от которого попахивало вчерашним алкоголем. — Разрешите представиться: Дмитрий Борисович Золотов — работодатель вашей дочери. Но с сегодняшнего дня она в моем отеле не работает. Егор, мы уходим!

— Погодите, как не работает?

Отец схватил за рукав директора, тот с силой дернулся, и дорогущий костюм, плотно сидевший на худощавом теле, треснул по шву.

Все замерли.