ГЛАВА 20

Сознание возвращалось, а сил открыть глаза еще не было. Но я уже слышала:

- Красота какая все-таки. Это же надо. Мечта, а не волосы, – смешок Ярослава, – точно у всех тиснула? И что ты теперь делать будешь, как выкручиваться? Объяснишь происками соседей? Слушай, ничего с собой поделать не могу – дурацкий какой-то смех разбирает, – он опять хмыкнул и рассмеялся.

- Тебя бы на мое место, я бы посмотрел. Не знаю. Посоветуй что-нибудь. Аномалия там, местный фактор…так грамотные же все. Во всякую чушь не поверят. Ладно...Это сейчас не главное. По плану сейчас будем, по коду – гражданское население из городка – вон. В «Светиху», под охрану, пусть подлечатся. Маманю тоже, пусть Светке с детьми поможет.

- А в округ докладывать будешь?

- Нельзя. Я не объявляя. Поговорю с офицерами, пусть отправят как будто на отдых, по внезапно выделенным бесплатным путевкам. Тревожные чемоданчики у всех наготове. Дело получаса.

- Сам оплатишь?

- Ты оплатишь.

- А Настю? Настя, ты проснулась? Открой глазки, солнышко. Маманя, ты чего встала? Полежи еще, прилично же давонуло.

Моя кровать скрипнула, прогнулась. По волосам прошлась мягкая рука.

- За что бедному ребенку все это? Ей же двадцать пять только будет. Маленькая совсем, а столько навалилось враз… Как она, Яроня? Ты видишь это? Что это значит? Настенька, ты слышишь меня, деточка?

Меня не боялись, меня жалели. Урода, выродка, гадину с хвостом...Замершую в напряженном ожидании, меня стало отпускать. Я выдохнула, глаза открыла с трудом, сил не было. Заговорил Ярослав:

- Не знаю… Первый оборот все-таки и женщина… Если бы у них спросить у кого?

- Ну, ты даешь. Откуда же им знать? Мы, конечно, многого не знаем тоже, но если бы они сохранили способность к обороту, то точно пользовались бы. Где-то проскользнуло бы. Это же силища какая. Как нас с тобой скрутило? А ты ведь не просто сильный мужик, а леший. Про себя-то помнишь, про первый раз?

- Помню. Настя, для тебя рассказываю – я тоже первый раз обернулся, когда здорово психанул. Тогда и поняли, кто у бати наследник. А меня махануло до половины сосны, ветки по дороге башкой посшибал. Маманя перепугалась страшно – с головы всегда крови много. Так что – да, впечатляюще было.

- Слабость у тебя, пройдет это, Настенька. Он тоже тогда, считай, день провалялся, как неживой. Да голова покоцанная. И что мне с вами делать? Зачем нас-то отправляешь? Светланке нельзя нервничать и сумки таскать. Первое время сильно беречься нужно.

- Так я же на отдых вас, в дом отдыха. Поможешь. А Настю здесь оставим - скоро Роговцев объявится. Но я не этого боюсь. Настя, ты точно слышишь?

Я напряженно угукнула. Я монстр, жуткое чудовище. Если разговор пойдет об этом... Ни говорить сейчас, ни даже вспоминать не хотелось.

- Тут граница с Китаем. А у них на змеях, драконах вообще все повернуто. Есть легенда у них, не знаю, касается всей Поднебесной, или только данной местности, но мне местные китайцы рассказывали. Короче – в тот год, когда золотоволосая дева воссядет на основание земли, и косы свои искупает в соках земли этой, то появится вновь дракон и там, где он появится, начнется… ну, простыми словами – новая эра процветания и благоденствия. Многие богатства получит народ, населяющий эти земли, а может быть – государство. Но это будет громко и опасно для простых людей. Вот так где-то.

- А почему я? Какая из меня дева, вообще?– протянула, не понимая на самом деле.

- Я думал раньше, что у тебя в предках был кто-то из лесовиков, вот как мы. Потом, когда волосы твои золотые увидел – что из них кто-то, из витмаков. И просто проснулись гены, совпало так. А брачный обряд пробудил кровь. Но если бы только это, то не снились бы те сны – это же предупреждение, подготовка. Только Лес. Других вариантов нет. Ты посмотри, что они здесь делают с ним?

- Тут тоже живой?

- Частичка живого Леса есть в любом лесу.

- Выйти покричать?

- Я думаю, что это больше не поможет. Тебе и так дали передышку. Сейчас уже пришло время основного действа. Я думаю, что это Роговцев. У него должно получиться то, что он задумал. Немного наивно звучало, но кто говорит, что сценарий не будет меняться? Помогут, уже помогают. Вот тебя дали…

- Отвали, Юра. Я уже сказала. Быть инструментом не желаю.

- Да он любит тебя, глупая. Они крайне редко женятся на простых человеческих женщинах.

- Он и не женился. Он просто переспал. А жениться и детей делать планировал с другой.

- За него спланировали.

- Он был готов. Она очень красивая - мне далеко до нее, и я не думаю, что он испытывал бы отвращение к процессу. Для него это нормально – пожить с ней, потом со мной, потом еще кто подвернется. Измена не является для него таковой в принципе. Это норма, если есть оправдание, а его всегда можно найти. Я знаю, что этого простить не смогу. И свое унижение тоже не прощу, хотя это чисто моя глупость. Это от отчаяния, если бы меня не накрыло так, я бы не стала позориться. Не совсем еще…

- Тебя видели на том камне. Если предположить, что это и есть основание земли…

- Да, это оно.

- Откуда ты знаешь?

- Во сне было именно это место. Думаешь, чего я на него полезла? Мне нужно было осмотреться с привычного ракурса. А там эти мужики.

- Один наш и два местных. Это Луговой. У него жена в положении, дюже охочая до рыбы. Кстати, пошли, нужно звонить в санаторий, проплатить, а завтра утром – эвакуация. Спи, Настя, ты сегодня весь день не встанешь. Потом еще поговорим. Сейчас некогда.

Я спать не хотела. Лежала, смотрела на задумавшуюся Мышку. Она встрепенулась: - Ох, ты же не знаешь еще. Ой, Настенька, красота-то какая невиданная. Смотри, детка, какая редкость.

Она подняла что-то снизу и поднесла к моему лицу. Волосы, тот самый золотой цвет, но их стало больше. Они выросли, стали длиннее. Насколько – видно будет, когда встану.

- Ты, как Золотой Волос, вобрала в косу все золото с ближайшей округи. У Светланки цепочка с крестиком истаяла, кольцо обручальное. Юрка думает, что у всех так, весело им. А ничего веселого, на самом деле. Как-то людям объяснить все это нужно.

- Мам, ты не испугалась меня? Гадость все-таки редкостная…

- После Ярони уже не так страшно, знакомо, что ли? И хвост красивый, а ты… королева. Волосы плывут в воздухе, тянутся. Только сильно пригнуло - сила давит очень. Даже Ярослав подчинился. Его батя учил, как контролировать оборот. Так что он тебя обучит. Ты не переживай. Знаешь, если бы ты просто лесавкой оставалась, то могли бы и принудить, закон на стороне Роговцевых, конечно. А теперь они сами не знают, небось, что могут себе позволить с тобой. Не было у них женщин сотни лет, если не больше. А уж чтобы оборачивалась… так они про это пока и не знают. Ты спи, я помогу собраться Светланке. Себе отберу вещи на отдых. Утром вытурит, как пить дать. Если уж вбил себе в голову…

Утром, и правда, прибыли два микроавтобуса, в них погрузили женщин и детей. Возле водителей сели старшие машин, и народ убыл на отдых. Мне теперь предстояло кормить Юру, а скорее всего, и еще нескольких офицеров, жены которых уехали. Чем я и занялась с утра, поставив вариться мясо для борща. Без детворы на заставе стало тихо и спокойно.

Заскочил Юра, подтвердил: - Уехали. Я еще УАЗик сопровождения послал следом с бойцами, мало ли. А ты на обед особо не наготавливай. Жарко, кушать не хочется. Лучше на ужин посытнее чего сообрази. Со мной еще пять человек придут. Ты не против? А Ярослав с младшим личным составом, как положено.

- Юр, а на речку совсем-совсем нельзя? Или только на камень? Так купаться здорово было. Я в закрытом купальнике, если что. Давай вместе, а? И еще кого возьмем. Вот пообедаем и пойдем все, как тебе идея?

- Сходим, ладно. Мы вечерами бойцов тоже выводим туда купаться. Все ребятам разнообразие и удовольствие. А мы после обеда, запросто.

Купание вошло в привычку. Следующие пять дней, пообедав, мы вшестером шли освежиться. Я плотно плела косу и накрывала голову косынкой. Волосы отросли до середины спины и продолжали расти. Понемногу, но заметно для меня. Юра высказал предположение: - Из воды тянешь. Тут в реках есть золото и немало. Ты знаешь, что золотодобыча велась не только в Сибири, но и на Дальнем Востоке? А тут китайцы всегда мыли помаленьку. Только у нас артельно, во всяком случае – сейчас. А они поодиночке. Но если обнаружат богатые залежи, то обязательно доложат в госорганы. Сокрыть не посмеют – наказание будет страшным. Я, в общем-то, только «за» такие методы. У нас совсем обнаглели, ворюги. Лес гонят составами днем и ночью, и никому дела нет. А расстреляли бы парочку показательно, да семьи без гроша оставили, другие подумали бы.

- Жестокий вы, товарищ капитан. А сами?

- А мы лишку никогда не берем. В роскоши не купаемся. И я справедливый. Только так и нужно. Может, для того Роговцев и призван в Сибирь. С него начнется, кого-то подтолкнет, где-то нормальных мужиков к власти допустит. А, может, и сам сядет. Ладно, это все высокие материи, что у нас на ужин сегодня?

Лето здесь было изумительным, настоящим. В этом климате все цвело и зеленело. Пахло распаренной хвоей и тайгой. Было жарко, я раскрывала настежь кухонное окно и наблюдала, как на обход следовой полосы и проверку электроники каждый день два раза отправляются наряды бойцов. Это всегда церемония. Маленькая, привычная, но для меня трогательная до слез. Ребята выходили за КПП строем, с оружием, чеканя шаг. Там следовала команда «вольно», еще что-то и дальше они скрывались из поля зрения, отправляясь защищать границу. В эти наряды ходил и Ярослав. Он был самым здоровенным среди бойцов. С ним ростом и статью мог поспорить только брат.

Мне оказывал знаки внимания один из питающихся у меня офицеров – лейтенант Алферов. На обед и ужин всегда приносил хотя бы один цветочек. Вручал его и садился наблюдать, как я обслуживаю голодное воинство. После обеда благодарил, как и все, и мне даже показалось первый раз, что он начал движение, готовясь поцеловать мне руку. Но его что-то остановило, и больше таких попыток он не предпринимал. Парень был интересным. Несмотря на русскую фамилию, в нем, определенно, была доля восточной крови. Стройный, гибкий, как клинок, он исполнял дополнительные обязанности начальника физ.подготовки. Крутил солнце на турнике, отжимался вместе с бойцами, подтягивался на перекладине. Это впечатляло. Особенно, когда он снимал камуфлированную футболку и оставался только в форменных штанах. Все бойцы раздевались до пояса, но этот парень был вне конкуренции. Он ходил с бойцами в наряды, разбирал и чистил оружие на специальном столе на улице. Занимался строевой подготовкой с личным составом. Так получилось, что жизнь заставы проходила у меня перед глазами, когда я готовила. А я сейчас проводила на кухне много времени. Наблюдала сама, ловила взгляды в свою сторону. А потом спросила брата:

- Юра, а почему Алеша Алферов не форсирует ухаживания? Он мне нравится. Это ты запретил ему, что ты ему сказал?

- Сказал, что уши оборву и что ты замужем.

Я психанула: - Ты что – дурак? Каким таким я замужем? Ты думаешь, что говоришь, вообще? Мне что, теперь нельзя с нормальными людьми, что ли? Ты его от меня защищаешь потому, что я урод с хвостом? Мне теперь что – до конца дней без мужской ласки? Без детей?

- Защищаю. Но не от тебя, а от Роговцева. Он его уничтожит, если узнает. А парень, действительно - хороший. Его девушка не захотела ехать с ним на дальнюю заставу, сильно он переживал. Так что я его берегу. Все равно тебя ему не отдадут, что мучить парня зря?

- Я сама ему себя отдам. Вот прямо сегодня и отдам. Роговцев подвинется. Будем служить здесь, у тебя, я согласна. Я с Роговцевым не буду, ты слышал! Я прошла с ним через страх, ревность, унижение, он изменил мне…Просто не успел, Юра. Просто не успел и это не его заслуга. Он уже наготове был. А может – и уже. Почему мне нельзя попробовать построить отношения с нормальным, обыкновенным хорошим человеком? Я к этому и стремилась. Пусть забирает ваш Лес то, чем наградил. Я только рада буду. Ты меня всерьез для Роговцева бережешь? - Я просто кипела, я не понимала этого. – Ты за кого вообще, брат? Ты всерьез думаешь, что после его готовности зачать ребенка с другой женщиной...

- Я всерьез думаю, что ты взрослая и умная женщина. И если ты легла с ним в постель, то это что-то значит, Настя. И если ты его любишь (а ты его любишь), то это чувство тебе дорого, как и этот человек. Хотя я и предпочел бы, чтобы ты влюбилась в кого-то из наших. Ты плачешь о нем по ночам и это факт! Как бы ни душила тебя обида, он небезразличен тебе... Мы сумеем отстоять тебя! Мы ни в коем случае не допустим принуждения! Но какого черта ты отказываешься просто выслушать его? В общем ... так, Настенька - разберемся с ним, поставим точку в этой истории и делай тогда, что хочешь. Я совсем не против Алеши Алферова, а очень даже "за". Но сейчас Роговцев в своем праве и размажет парня по траве ровным слоем, если узнает об измене. Это реальность и думай своей головой перед тем, как рисковать жизнью хорошего человека просто из прихоти. Я все сказал. Надеюсь – ты услышала.

Я услышала. Но нравиться мне лейтенант Алферов стал только больше. Днем. Когда наступала чернильная южная темнота, на память приходили осторожные руки на моей спине, пробирающиеся мимо рубашки к лопаткам. Рваное дыхание сдерживающего себя изо всех сил мужчины, его тихий стон: - На-а-астя… Блаженство... и больше - счастье, которое он подарил мне той ночью. Я вспоминала это и ревела тогда, как корова. Иногда в голос. Юра никогда не приходил успокаивать меня, и я постепенно успокаивалась сама и засыпала.

А потом брат позвал меня в штаб и показал телефонограмму из округа – запрос на посещение территории, прилегающей к границе. И основание – воссоединение семьи. Конечно, на имя Роговцева Романа Львовича. Я показала брату неприличный жест и пошла на выход. Стыдно не было. Это относилось не к нему.

- Настя, вернись. Ну, что ты, как ребенок, в самом деле? Все равно придется поговорить . Просто скажешь ему, чтобы уматывал, поговорите и все. Ты чего? Мы рядом будем, в обиду не дадим.

- Он сто раз подходил говорить со мной. Фишка у него такая – говорить. Было только хуже. А сейчас станет ультиматум предъявлять, а я пошлю невежливо. Тебе стыдно будет за меня перед столичным…

- Хлыщем? – подсказал брат.

- Предателем. Я вполне проживу без него.

- Ага, я слышу, как ты ночами проживаешь.

- Так ты меня к Алеше не пустил? Не пустил. Раз уж я пошла под уклон и спала с чужим женихом, то почему бы по накатанной со свобод…

- Настя, ты меня достала! Бушуют гормоны? Есть проверенный способ. Своих людей я тебе в обиду не дам.

- Ты тоже такой! – Я выскочила опять... Вернулась. – Не вздумай пускать его сюда. Юра, пожалуйста. Это будет выглядеть, как твое разрешение на воссоединение, блин. Не смей! В тайгу уйду и сдохну там, обещаю. Или залезу на камень и буду сидеть там, пока… вот увидишь.

- Ладно…уговорила. Я и не собирался. Я бы вообще речь о нем не заводил, если бы ты сдуру не переспала с ним и не ревела каждую ночь. Просто держу ситуацию под контролем. Хотел посмотреть, что он еще предпримет.

- Во-во. А то придумали…