Глава 17

Лорд Маргрейв оставшийся во дворце и уютно устроившийся с пледом на диване в собственном кабинете, был разбужен принцем, с озабоченным видом растолкавшим мага:

— Леди Ланика пропала! Она уже две ночи не была дома.

— Но почему об этом стало известно только сейчас? — окончательно проснулся Сол.

— Сперва слуги подумали, что леди тяжело переживает потерю мужа, решила погостить у тетушки, — ответил Люциус, меряя шагами кабинет. — А сегодня утром эта тетушка, леди Коринна Суррив, сама нагрянула с визитом и устроила переполох, не обнаружив Ланику.

— Слуг уже допросили? — поинтересовался Сол, приводя себя в порядок.

— Пока только леди Коринна успела поговорить с дворецким и личными служанками Ланики, но сам понимаешь, толковые вопросы она вряд ли задала.

— Едем! — скомандовал Сол, не слишком церемонясь с венценосной особой, в данный момент он обращался к другу, а не к принцу.

После тщательных расспросов удалось немного прояснить картину. Проверка шкатулок с драгоценностями и обыск кабинета Энтони показали, что исчезло всё ценное. Лорд Маргрейв активировал поиск по защитному перстню, который он когда-то выдавал Энтони для будущей супруги, но перстень нашелся слишком быстро, он лежал в ванной комнате, небрежно оставленный на краю раковины. Похоже, придется пошагово восстанавливать все события того дня, в течение которого леди Ланика так внезапно исчезла.

Одна из служанок, Райна, рассказала, что сопровождала хозяйку в банк и к ювелиру. А около полудня леди поехала в богадельню, прихватив старые неброские платья и сумку с едой для бедных.

Опросы ювелира и банковского служащего, общавшихся в тот день с леди Олминг, сперва удивили Солгрейда, но потом, вспомнив, какие планы на будущее он обрисовал Ланике в злосчастную ночь, он начал понимать её действия. Леди Олминг скрылась именно от него. Сперва он запугал её завуалированными обвинениями в убийстве мужа, как теперь выяснилось, абсолютно беспочвенными. Если уж на то пошло, сама Ланика могла стать жертвой, если бы фрукты почти сразу не унесли из покоев. А затем ещё и совершенно непристойное поведение с его стороны… Да любая скромная и воспитанная молоденькая женщина возмутится и постарается избежать предложенных им перспектив. Хотя той ночью он и видел, что успел побороть ее скромность, но для высокородной леди стать просто любовницей мага… О чем он думал?! Нет, даже то, что он был под действием колдовства, никак не может оправдать его безобразное поведение.

И ведь теперь из-за него Ланика может попасть в беду. Одинокая молодая женщина легко может стать добычей грабителей или кого похуже. Представив это «похуже», Солгрейд заскрипел зубами и почувствовал боль в ладонях. Опустив глаза, он обнаружил, что так крепко стиснул кулаки, что ногти впились почти до крови. Лорд Маргрейв пообещал себе, что сделает все возможное, чтобы найти леди Олминг и защищать ее всю оставшуюся жизнь, чтобы искупить вину.

Поиски, к которым привлекли состоящих на службе у короны осведомителей, почти ничего не дали. След леди Олминг терялся в квартале магазинов готового платья. Сиятельную леди там никто не смог припомнить, такие дамы в этот квартал за покупками не ходят. Оставалось надеяться на магические способы. Для поиска лорд Маргрейв забрал несколько личных вещей леди Олминг и обратился к магическим книгам, в поисках подсказок. Ему еще не приходилось пользоваться поисковой магией, если не считать периода обучения, но там давались самые общие навыки, от которых сейчас мало толка.

Прошло больше недели в бесплодных попытках обнаружить хоть какой-то след. Высокородной леди Ланики Олминг не смогли отыскать ни в одном из городов королевства. Ланика Суррив тоже нигде не объявлялась, а ведь были надежды, что она решит использовать свою девичью фамилию. Лорд Маргрейв совсем потерял покой и даже во сне искал Ланику. Она снилась ему такая, какой он видел её в первый раз, на свадебном торжестве, только Энтони рядом почему-то не было. И Солгрейд так же, как и тогда, пытался вглядеться в эту девушку, чтобы понять, почему так сложно оторвать взгляд, почему так хочется подойти и прикоснуться…

Такие сны выматывали душу. И без того стройный лорд Маргрейв похудел, на лице с заострившимися скулами его пронзительные серые глаза казались еще больше и еще пронзительней. Один из придворных магов, заметивший такие изменения, посоветовал обязательно съездить к наставнику, архимагу Гертаниусу. Опыта и знаний у того было не в пример больше всем магам столицы, так что совет был воспринят с благодарностью. Конечно, наставник, до сих пор преподающий в лучшей магической академии, поможет ему!

Собираясь в поездку, Солгрейд как-то упустил последние события во дворце, а тем временем принц уже успел пообщаться с Алессией и Эльниэллой. Недолгие свидания, вылившиеся в неспешную прогулку по дворцовому парку, были назначены на один день. А после прогулки его величество пригласил обеих леди и его высочество поужинать в узком кругу. Перед ужином король имел короткий разговор с принцем, после которого венценосные особы в наиприятнейшем настроении проследовали в малую обеденную залу. Тема разговора осталась неизвестной придворным, но за ужином король был особенно мил с леди Эльниэллой, а принц всё свое внимание отдал леди Алессии. Вскоре было объявлено, что свадьба принца, назначенная через три недели, станет не единственным торжеством. Его величество решил расстаться с привычным статусом вдовца и не скрывал своего восхищения будущей женой.

Узнав от принца новости, Сол только кивнул, никак не комментируя довольно неожиданный для всех поворот. Передав свои обязанности на время поездки главному магу короля, лорд Маргрейв покинул дворец.

Магическая академия находилась всего в одном дне пути от столицы, поэтому выехав утром, к вечеру Солгрейд уже говорил со своим наставником. Вкратце описав ситуацию, опустив события одной ночи, Сол попросил архимага о помощи в поисках беглянки. Удивленный маг не мог не поинтересоваться, зачем же нужно преследовать даму, если она желает скрыться. Но, услышав доводы Солгрейда об опасностях, поджидающих одинокую леди, с готовностью откликнулся на просьбу.

Предстояла тщательная и довольно длительная настройка на субъект поисков. Личные вещи Ланики, защитное кольцо, которое она носила с дня свадьбы, даже тот злосчастный браслет, всё было использовано для усиления связи. Архимаг Гертаниус с интересом повертел в руках браслет и бросил на бывшего ученика лукавый взгляд:

— Похоже, мне известны не все обстоятельства.

— Я не стал вдаваться в несущественные подробности, — вспыхнул Сол, не смущавшийся так уже много лет.

— Ну, я бы не назвал эти ПОДРОБНОСТИ несущественными, — улыбнулся Гертаниус. — Похоже именно на них придется обратить основное внимание.

— Что вы имеете в виду, наставник?

— Личные связи самые прочные, по этой нити проще всего найти интересующую тебя леди.

— Я же объяснил, что леди меня не интересует, ничего личного, просто она была женой друга и в память об Энтони…

— Себя ты, может быть, и обманул, — прервал Сола архимаг, — но меня ты вряд ли обманешь.

Ошарашенный Солгрейд не нашелся с ответом и решил не спорить с наставником.

Для начала, каким-то образом узнав про сны, Гертаниус решил усилить связь именно через них. Теперь перед сном Сол клал под подушку тот самый браслет, а по утрам часто обнаруживал, что сжимает его в пальцах. В каждую такую ночь он отчетливо видел Ланику и каждую ночь приближался к ней еще на один шаг. Спустя почти три недели он наконец-то подошел к Ланике из снов вплотную и взял ее за руку.

После этого удовлетворенный прогрессом архимаг вручил Солу старинное зеркальце в оправе из почти почерневшего серебра:

— Этот артефакт позволяет один раз в сутки увидеть на несколько минут человека, о котором ты много думаешь и к которому испытываешь чувства.

— Наставник, опять вы за своё! Я же объяснял. Просто долг памяти перед другом, ничего больше, — возмутился Сол.

— Ну, если только долг памяти, то этот артефакт не сработает. Проверь, тогда и обсудим твои «долги», — усмехнулся архимаг.

Солгрейд привычно нахмурился, но спорить не решился. Не только из уважения к наставнику, но и из-за того, что сам в последнее время уже не был уверен в собственной «бесчувственности». Завтра он проверит новый артефакт, тогда и поймет, а сегодня нужно возвращаться в столицу, слишком долго его не было. Да и свадьба Люциуса на днях.

Первое же испытание «волшебного зеркальца» прошло успешно — он увидел Ланику. Не зная, то ли радоваться этому успеху, то ли пугаться наличию тщательно избегаемых чувств, Солгрейд с интересом наблюдал за леди Олминг, расположившейся в маленькой домашней библиотеке с чашечкой чая и книгой, над которой она в данный момент склонилась. Артефакт позволил даже заглянуть через ее плечо, читала Ланика какую-то книгу про магию, написанную не магами и не для магов, хотя специальные магические фолианты и не попадают в руки обычных людей. А вот такие обывательские, развлекательные и насыщенные досужими выдумками книжонки во множестве продавались и даже неплохо покупались. Снабженные разноцветными картинками и изрядно перевранными историями о легендарных магах, у Сола они вызывали только презрительную усмешку. Но на этот раз ему почему-то стал приятен интерес Ланики к данной теме.

Свадебные торжества его величества и его высочества продлились несколько дней, не оставив лорду Маргрейву ни минуты свободного времени, поэтому зеркальцем он воспользовался почти через неделю после первого пробного раза. Днем не было времени, а по ночам… а по ночам он и так видел ее во снах.

И вот наконец суета закончилась, можно продолжить поиски и посмотреть, где же находится Ланика. На этот раз он обнаружил её на кухне какого-то скромного домика. И что еще больше поразило Сола, леди что-то готовила, мягко воркуя с ребенком на руках. Откуда у нее ребенок? Что она скрывала в своем прошлом? Неприятной волной Сола окутало ранее не изведанное им чувство. Он что, ревновал? Успокоившись, Солгрейд припомнил, что девушка воспитывалась в пансионе, откуда почти перед самой свадьбой была передана тетушке. Так что вряд ли это её ребенок. Да и Энтони упоминал, что Ланика была девственницей, она даже особую беседу с ним провела перед брачной ночью.

Немного успокоившись, Сол попытался оглядеться и понять, что это за дом и где он может находиться. Но вид из окна кухни ничем не помог, была видна узкая улочка, такие же скромные, утопающие в зелени домики, не похожие на дворцы и особняки знати. Одно было ясно — это не столица, да и на её окрестности местность походила мало. Других подсказок не нашлось и Сол сосредоточился на Ланике. В какой-то момент та даже обернулась и посмотрела прямо на Сола, потом нахмурилась и отвернулась к плите. Ловкими привычными движениями леди Олминг наливала жидкое тесто на сковороду, а потом переворачивала румяные блины. И Солу вдруг захотелось, чтобы именно для него она готовила, именно с ним говорила таким мягким и нежным голосом… Но тут всё исчезло и перед ним опять было просто зеркальце, отражающее странное выражение знакомого с детства лица.