Глава 3

Счастье — это когда предыдущий п **ец уже закончился, а следующий еще не начался.

Переход в Ариан прошел в штатном режиме.

Это я так успокаивала себя, глядя на хмурое небо, нависающее над головой тяжелыми свинцовыми тучами. Местное светило, имевшее красивый почти оранжевый спектр, отчаянно пыталось пробиться сквозь облака, но пока проигрывало с треском.

Чтобы не вызывать подозрений, было решено представить меня как знатную льеру Мирам Тьеру, путешествующую вместе с братом, льером Стешем Тьером, в столицу, чтобы принять участие в ежегодных отборах для вступления в славные ряды ордена Инквизиторов, перстней Единого.

Звучало как приговор. Но кто я такая, чтобы спорить с начальством?

Путешествовали верхом на лошадях в сопровождении четырех охранников. Одеты были по местной моде — все в черном. Рубахи с длинными рукавами и плотные штаны, такие же черные, как шерсть тварей с Изнанки. Дополняли гардероб плащи с застежкой на шее. Наши с «братом» наряды, естественно, были из дорогой ткани, а застежки на плащах серебряными, с местными полудрагоценными камнями по центру.

В общем, полностью соответствовали статусу и эпохе. На мне, разумеется, был маскировочный амулет, иначе первый же встречный местный сдал бы меня в отдел надзора мгновенно.

Ненавижу этот мир.

Помню, как попала сюда в первый раз. Вышла на опушке. Вокруг величественные сосны, с неизвестными деревьями, с широкой раскидистой кроной, и земля устлана цветами самой разнообразной расцветки. Все сверкало и переливалось, а местное светило имело красивый почти оранжевый спектр.

Когда я перешла на внутреннее зрение, то влюбилась в этот мир с первого взгляда. Все пространство пересекали силовые линии. Здесь были и тонкие и толстые потоки, и просто реки энергии, которые текли в самых разных направлениях. Первой мыслью было, что в подобном мире должны жить какие–то волшебные сказочные существа…

Но когда в первом же населенном пункте на меня ринулась толпа с криками «ведьма» и «повесить ее», вооруженная местным инвентарем, предназначенным для возделывания грядок, я поняла, что все не так сказочно, как я себе представляла.

Дальше больше, в первом же городе побывала на массовой казни одаренных.

В этом мире убивали без разбора, но предпочтение отдавали тем, кто не смог сдержать в себе силу. А как можно такое количество энергии держать в себе и не соблазниться применить ее по назначению?

Этак они скоро сожгут всех, а когда закончатся «все» начнут вешать сами себя…

Сумасшедший мир. Как они не понимают, что с подобной концентрации силы в пространстве здесь все наделены энергией в той или иной степени, да они ей просто пропитаны. Глупые создания.

Я и согласилась снова вернуться сюда только из–за того, что есть возможность поменять мировоззрение населения и жизнь этих одаренных к лучшему.

— Мирам, сестрица, а не сделать ли нам привал, — обратился ко мне льер Стешем, — Вон у того раскидистого грога вполне подходящая полянка.

— Стеш, а не слишком ли ты увлекся? — в свою очередь поинтересовалась я.

Стажер, назначенный на роль моего братца начал наглеть еще в Тартосе, когда мы проходили краткий курс выживания по миру.

Он садился на занятиях рядом со мной, постоянно предлагал узнать, друг друга лучше, чтобы не провалиться при первой же проверке на Ариане. Ждал меня после каждого занятия, предлагая проводить. Но там был Юрган, одного взгляда которого хватало, чтобы мой будущий «братец» его слушал и ретировался восвояси. Хотя никто не знал, что я дочь Легарта Лендера Тетрмана. Я предпочитала работать инкогнито, и уже тогда на мне был маскировочный амулет.

Поэтому иного выхода как объяснить все и сразу у меня не было. Не в том мы месте, чтобы, слишком романтическое отношение родного брата к сестре было понято не предвзято и не вызвало не нужных подозрений.

А, следовательно, необходимо сделать так, чтобы у стажера впредь не возникло даже мысли посмотреть на меня иначе, чем как на сестрицу…

— Стеш, лапа, давай договоримся, — сделала я последнюю попытку обойтись миром, — Ты напрочь забудешь, что когда–то в другом мире мы могли бы не быть родственниками? Давай ты, наконец, раз и навсегда перестанешь хотеть соблазнить свою родную сестру? — продолжала я, при этом выпуская совсем немного дар Наследницы, — И привала не будет, нам еще неделю через этот лес ехать, успеем наотдыхаться…

Вообще я использовала дар всего три раза, предпочитая добиваться своего другими путями, но в данной ситуации разжигать конфликт не в наших интересах.

К тому же в пространстве было столько силы, что не пользоваться ей было просто кощунственно. Я подозреваю, что даже наши амулеты не придется заряжать.

С остальными членами команды разногласий по вопросам, кто здесь главный, не возникало. Еще на Тартосе, Легарт Лендер Терман, всем четко объяснил у кого какая роль.

Дальше ехали молча, не прерываясь даже на поход по кустикам. Ничего, потерпят. Чем быстрее мы доберемся до места, тем скорее местная оппозиция свергнет власть Инквизиции… ну или хотя бы попытается.

Силой в этом мире обладают все поголовно, но, если ты служишь власти — ты праведник и угоден Единому. А если кокой крестьянин или не дай боги красивая молодая девушка, то это от Лукавого, а если еще и отказала местному представителю Инквизиции, то и вовсе гореть тебе на костре вместе со всей семьей. Вот и вынуждены местные красавицы все больше в любовницах у Инквизиторов пребывать.

Несмотря на свою наружную красоту, мир оказался гнилым изнутри, а точнее образ жизни, который навязали местным одаренным, был для меня неприемлемым. Поэтому я в ущерб своему отдыху и отправилась сюда, очередной раз народ спасать…

К вечеру второго дня мы въехали в лес.

Здешние деревья поражали воображение — величественные сосны соседствовали с широколистыми грогами, чьи кроны раскидывались на десятки метров. Земля была устлана цветами самых разнообразных расцветок — синие, фиолетовые, алые. Местное светило клонилось к закату, окрашивая все вокруг в золотисто-оранжевые тона.

Красиво. До зубовного скрежета красиво. Я знала цену этой красоте. Под ней скрывалась гниль, та самая, что пожирала этот мир изнутри.

Ко мне подъехал Вонак. Вернее, подъехал и просто смотрел, пока я не сообразила, что он ждет разрешения говорить. Немой язык жестов я знала плохо, поэтому он таскал с собой грифельную доску. Я кивнула. Вонак быстро нацарапал: «Слышу стук копыт. Лигах в пяти-шести. Движутся к нам».

Я остановила лошадь, поднимая руку. Отряд замер. Прислушалась.

Действительно — топот. Много всадников. Человек десять-двенадцать.

Приближающихся было человек десять, то, что все были людьми это сто процентов, в этом мире иных рас нет. А вот кто это был — вопрос. Ждать ли их приближение или сойти с дороги и не рисковать?

— Стеш, — обратилась я к брату, — Как ты думаешь, стоит рискнуть? — а обратилась я к нему, потому, что он местный и лучше всех знает реалии своего мира.

— Давай сойдем, — серьезно произнес он, — Это может быть и безобидный отряд местного вельможи с охраной, и инквизиторов, с которыми нам пока не нужно пересекаться.

— Хорошо, — согласилась я, — Давайте в лес, как раз Стешек хотел поваляться под раскидистыми ветвями местного деревца, соскучился за Родиной? — оглянувшись на братца не могла не съязвить я.

Парни сдержано хихикнули и направились за мной. Стеш только немного покраснел, но промолчал.

Устроились мы в нескольких сотнях метров от дороги, пока парни обустраивали лагерь и разводили огонь для каши, я решила посмотреть, кто это так куда–то спешит.

— Разбивайте лагерь, — приказала я. — Я гляну, кто там.

— Одна? — Стеш подался ко мне. — Может, кого-то с тобой?

— Я быстрее одна, — отрезала я и, не дожидаясь ответа, скользнула между деревьями.

Амулет работал исправно, делая меня невидимой для обычного глаза. Через несколько минут я сидела на толстой ветке старого дуба, нависающей прямо над дорогой.

Ждать пришлось недолго.

Они появились из-за поворота, черная лента всадников, растянувшаяся по пыльному тракту. Вороные кони, черные одежды, плотно закрывающие тела до подбородка, капюшоны, скрывающие лица. Инквизиция.

Я насчитала одиннадцать всадников. И куда это они так спешат, да еще и в таком количестве? Наверное, попался очень серьезный преступник. Да что там преступник, не иначе чем целая толпа преступников, иначе для чего столько–то перстней Единого. Насколько я знаю, в том направлении даже городов нет, небольшое поселение, с населением человек около пятьсот — шестьсот.

Мы специально выходили в малонаселенной местности, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Да и наша легенда соответствовала тому, что прибыли мы с братом из далекого далека, именно по этой дороге. В ста двадцати лигах от этого поселения и находится наш родовой замок.

— Вот же твари, — выдохнула я.

Когда отряд скрылся за поворотом, я спрыгнула с дерева и быстрым шагом вернулась к лагерю.

— Инквизиторы, — коротко бросила я в ответ на вопросительные взгляды. — Одиннадцать человек.

Мы пообедали и отправились дальше.

* * *

Следующий день встретил нас духотой. Местное светило палило немилосердно, даже сквозь плотную листву. Парни разделись до рубах, лошади тяжело дышали. Мы изнывали от жары не меньше остальных.

— Ладно, — сдалась я. — Давайте в лес. Слева чувствую воду. Сделаем привал на пару часов.

Идея была встречена с таким энтузиазмом, что я немного удивилась.

Озеро оказалось всего в лиге от тракта. Небольшое, но глубокое, с прозрачной водой, в которой отражалось небо. Парни попадали в воду, не снимая рубах, так хотелось остыть.

Я оставила их отмокать, а сама спустилась ниже по берегу, нашла густые кусты и наконец-то стащила с себя многочисленные слои одежды.

Вода обожгла холодом, но это было безумно приятно. Я нырнула с головой, чувствуя, как смывается дорожная пыль, усталость и напряжение. На несколько минут я позволила себе просто плыть, не думая ни о чем.

Вынырнула и замерла. Воздух изменился. Я принюхалась. Знакомый, до оскомины противный запах — ладан, железо, пот и страх.

Инквизиция? Что они забыли тут?

Я вылетела из воды, на ходу натягивая одежду. Волосы мокрыми прядями липли к спине, но на это было плевать. Клинки сами прыгнули в руки.

Слишком тихо. Я рванула к лагерю. Картина, открывшаяся мне, заставила внутренности сжаться в тугой узел.

Наша стоянка была оккупирована. Те самые инквизиторы, расположились с наглостью хозяев жизни. Один из них, здоровенный детина, вылизывал наш котелок, в котором тушились овощи с пойманной дичью. Двое других сидели на наших вещах, даже не думая вставать.

А мои парни… они стояли в стороне, бледные, напряженные, с руками на оружии, но не смеющие двинуться. И среди них, Стеш, который что-то говорил высокому мужчине в капюшоне, главному в этом отряде.

Видя творящийся произвол и наглость, с которой крепкие подтянутые мужчины себя вели на чужой стоянке, все внутри задрожало от еле сдерживаемой ярости. Эти сволочи, чувствовали себя властителями мира не меньше, раз даже с представителями не последнего рода страны не особо церемонились. Ведь наверняка Стеш им давно рассказал кто мы и что мы. Только почему никого не послали предупредить меня?

Убрав клинки в ножны и напустив на себя спокойный и почтительный вид, я вышла на открытую местность, позволяя меня заметить. Пара бравых инквизиторов, присвистнули и, облокотившись о дерево, вальяжно и нагло рассматривали меня с ног до головы. Чувствую, будут проблемы… у них, разумеется.

— И кто тут у нас? — произнес статный мужчина, так и не снявший даже капюшона, — О, ваша сестрица льер Тьеру?

— Мира, познакомься, — поспешно подойдя ко мне начал Стеш, — Морден, главный Инквизитор города Рурк собственной персоной, — при этом внимательно глядя мне в глаза, как будто пытаясь что–то сказать, но, не зная как.

Сообразив, что здесь нечисто, я, однако вежливо и сдержанно улыбнулась, и поклонилась, как положено знатной льере.

— Приятно видеть столь могущественного мордена, — льстиво произнесла я. Во всяком случае попыталась.

— Кто бы сомневался, — пренебрежительно усмехнулся мужчина.

Я сдерживала себя из последних сил. Данный конкретный Инквизитор даже представить не мог, как близко от своей смерти он в тот момент находился. Ему повезло, что я уравновешенная девушка и не люблю крайностей.

Братец что–то такое, заметив на моем лице, постарался спешно увести меня, заявив, что нам необходимо собираться в дорогу. На, что главный морден города Рурку заявил, что желает путешествовать до города совместно.

Стеш еще яростней стал уверять мужчину, как мы спешим, ведь отбор скоро начнется, и мы можем не успеть в столицу вовремя.

Я слушала, молча, сцепив зубы и в разговор мужчин не лезла. Инквизитор же разговаривал с братом, не отрывая своего слащаво–приторного взгляда от моей груди.

Нет, реально мужику надоела его ничтожная жизнь.

Возможно все бы обошлось, но начало происходить нечто странное.

Ударил гром. Не просто гром, а раскат такой силы, что лошади шарахнулись, а один из инквизиторов едва удержался в седле. Небо, еще минуту назад ясное, затянуло тучами с неестественной, пугающей быстротой.

А потом хлынул дождь. Нет, не дождь. Потоп. Вода обрушилась с небес сплошной стеной. Мир вокруг потонул в серой пелене, видимость упала до нескольких метров. Я задрала голову и замерла.

Капли… они зависали в воздухе.

На долю секунды, всего на мгновение, но я видела это отчетливо — капли останавливались, дрожали, словно колебались, лететь ли дальше. Воздух вибрировал, наполнился странным гулом, от которого закладывало уши. Пахло озоном и чем-то еще… чем-то древним, могущественным, пугающим.

Магия. Очень сильная магия. И источник ее был совсем рядом.

— Ты! — заорал Вайлор, тыча пальцем в сторону. — Это ты, тварь!

Инквизитор продолжил что–то кричать, но из–за шума дождя, я ничего не разобрала. А потом я увидела, как он тащит какой–то мешок, при этом пару раз пихнув его ногой.

И наконец, расслышала его последние слова:

— Готовьте виселицу, повесим эту ведьму на месте.

Я замерла и все внутри меня перевернулось. Оказывается, все это время у них была пленница. Действительно, они же за кем–то отправлялись, а теперь значит, возвращались обратно с трофеем.

Обвела взглядом своих парней, прикидывая наши шансы на победу в схватке с инквизиторами. Потому как оставлять им несчастную я не собиралась. И по ответным взглядам поняла, что меня целиком и полностью поддерживают.

Все стали незаметно готовиться к бою. Не то что бы мы были не готовы, но рассредоточиться и определить для себя цели было не лишним.

Тут главный Инквизитор, наконец, снял мешок с головы, так называемой ведьмы, и даже с такого расстояния и сквозь шум дождя услышала, как выругался Стеш.

Это была молоденькая напуганная девушка. И если даже гроза ее рук дело, а скорее всего это так, от испуга за свою жизнь и не такое можно сотворить, то еще и сильная одаренная или как они тут их называют — магичка.

Инквизитор обратил внимание, что мы никуда не поехали, а напротив устраиваемся поудобнее несмотря на не летную погоду.

— О вы еще здесь, что ж тем лучше, — почти удовлетворенно произнес он, — Люблю после казни немного развлечься… — и похабно заржал.

«Ага, уже отразвлекался, не повезло тебе сегодня», подумала я. Вслух же сказала совсем иное:

— Разве для ведьм не положен суд Единого?

Инквизитор снова рассмеялся:

— Вот сейчас он и состоится… — и принялся говорить, что–то на незнакомом языке.

Бросив взгляд на девушку, стоящую полностью промокшую и смотрящую на своего палача одновременно с ужасом, и вызовом. Такие мне нравятся, молодец не сдается.

Еще раз обвела взглядом свой немногочисленный отряд, взявший в кольцо инквизиторов. Свидетелей оставлять не в наших интересах, нам еще переворот совершать.

— Ведьма! — заорал Вайлор. — Готовьте виселицу! Повесим эту тварь на месте!

Девушка вздрогнула, и дождь хлынул с новой силой. Капли превратились в ледяные иглы, хлещущие по лицам. Воздух задрожал, загудел, и я поняла: еще немного, и она устроит тут настоящий потоп.

Мои парни, все до одного напряглись, готовые к бою. Я посмотрела на Стеша. Он смотрел на девушку. И в его глазах была боль.

— Сейчас! — рявкнула я.

Инквизиторы не успели даже дернуться.

Вонак метнулся первым, его меч описал дугу, и голова одного из черных всадников покатилась в грязь. Алан ударил ментально, двое инквизиторов застыли истуканами, не в силах пошевелиться. Дакка и Брун работали с флангов, чисто и профессионально.

Я взяла на себя главного.

Вайлор оказался непрост, увернулся от первого удара, выхватил клинок, попытался контратаковать. Но я была быстрее. Мой дамарийский клинок вошел ему в грудь как в масло — ровно, чисто, без заминки. Он замер, глядя на меня с недоверием. На губах выступила кровь.

— Женщина… — прохрипел он. — Не может…

— Может, — ответила я и выдернула клинок.

Он упал лицом в грязь. Бой занял меньше минуты. Одиннадцать трупов, наши все целы. Идеально.

— Заберите оружие, — скомандовала я. — И документы, если есть. Трупы все в кучу и сжечь.

Сама же подошла к девушке. Она стояла, вжимая голову в плечи, и дрожала так, что зубы стучали. Дождь вокруг нее постепенно стихал, терял силу. Она смотрела на меня и в этом взгляде было столько ужаса, надежды и отчаяния, что у меня внутри что-то перевернулось.

— Меня зовут Мира, — сказала я как можно спокойнее. — Не бойся. Тебя больше никто не обидит.

Я протянула руку. Девушка смотрела на мою руку так, будто это было что-то невероятное. Потом медленно, очень медленно подняла глаза.

— Лейла, — выдохнула она. — Меня зовут Лейла.

Рядом материализовался Стеш с сухим плащом в руках, где только взял, амулетчик хренов. Он бережно, словно она была сделана из хрусталя, накинул плащ ей на плечи.

— Девушка поедет с тобой, — сказала я ему. — И поговори там по дороге. Пусть перестанет лить на нас эту бесконечную воду, я только искупалась.

— Я… я не могу, — дрожащим голосом произнесла Лейла. — Пока… пока не успокоюсь.

— Понятно, — вздохнула я, оглядывая свою мокрую одежду. — Значит, будем мокнуть дальше.

Дождь постепенно стихал. А я смотрела на девушку и понимала, что эта встреча не случайна. Такая сила не должна пропадать. И уж точно не должна достаться инквизиции.

— Лейла, — позвала я, когда она немного пришла в себя. — А хочешь в другой мир?

Она подняла на меня удивленные фиолетовые глаза.

— Что?

— В другой мир. Где одаренных не жгут на кострах. Где твоя сила — это дар, а не проклятие. Где ты сможешь жить, не прячась.

— Разве… разве такое возможно? — прошептала она.

— Еще как возможно, — усмехнулась я. — Я же здесь. А я отсюда. То есть не отсюда. То есть…

— Она хочет сказать, — вмешался Стеш, — что мы не местные. И можем забрать тебя с собой, когда закончим дела.

Лейла переводила взгляд с меня на него и обратно. В ее глазах зажигалась надежда — робкая, неуверенная, но настоящая.

— Я… я подумаю, — сказала она наконец.

— Думай, — кивнула я. — Время есть.

Мы тронулись в путь. Лейла ехала на лошади вместе со Стешем, закутанная в сухой плащ. Я ехала рядом и думала о том, что отец будет доволен. Еще одна одаренная для Империи — это хорошо.

Но было в этой девушке что-то еще. Что-то, что заставляло мое чутье бить тревогу и одновременно петь от восторга. Она была не просто сильной. Она была особенной. А значит, миссия только начиналась.