Глава 17

До обеда так и просидела на балконе. Приходила в себя от новостей. Понимаю, что Нэйт взрослый мужчина и способен разобраться, чего он хочет от жизни. Понимаю, что не стоит догонять его и причинять добро. Понимаю, но не принимаю! Что за слабак! Даже не попробовав, уже отказался. Бесит прям! И по самолюбию очень бьет. И по сердцу режет. Вспомнилась чья-то цитата: «Бывает отдаешь кому-то душу…Полностью. В подарочной упаковке с бантиком. А потом ее возвращают. В мусорном пакете». Именно так себя и чувствовала. Права была моя бабка, когда говорила, что сердце нельзя дарить, его должны завоевать как трофей, после долгих сражений. Толку, что я готова сражаться за свои чувства, если Нэйт от своих отказывается. Детские травмы, они очень живучие. Интересно, а в этом мире есть психотерапевты?

Ладно. Все эта лирика не поможет мне с поисками убийцы. Поныла и хватит. Горничная сообщила, что вечером у нас с принцем выход в люди. Значит надо подготовиться. Заодно и отвлекусь от дум невеселых.

За подготовкой и суетой остаток дня прошел очень быстро. Когда зашел принц, я была готова.

— Ты сегодня восхитительна — тихие слова и поцелуй в руку. Глаза Стефана горят восторгом, конечно, мне это приятно. И очень греет, особенно в свете недавнего разговора со следователем. Улыбаюсь принцу, беру веер и мы собираемся выходить. Возле зеркала он останавливается. Становится позади меня, обнимает за талию.

— Смотри, какая мы красивая и гармоничная пара — говорит жарким шепотом мне в ухо.

Согласна. Хорошо смотримся. В зеркале во весь рост отражаюсь я — каштановые волосы красиво собраны, платье цвета переспелой вишни подчеркивает белую кожу, открывает длинную тонкую шею и щедро показывает грудь, спускаясь вниз элегантными складками. На руках длинные молочного цвета перчатки, на шее, в ушах и волосах жемчуг. По нормам двора — очень скромно. Мне немного некомфортно из-за глубокого декольте, но платье держится, как влитое, плюс две тонкие из газовой ткани бретели, слегка прикрывающие плечи, создают видимость достаточно прикрытого тела. Я до сих пор не привыкла, что в этом мире у меня выдающаяся грудь, все время хочется ее прикрыть и спрятать. Привыкла быть плоской и теперь мне кажется, что выпирает ну просто отовсюду.

Усмехаюсь своим мыслям и перевожу взгляд в зеркале на принца за моей спиной. А он только этого и ждал. Встречается со мной глазами, в которых полыхает пламя. Наклоняет голову, и я чувствую его горячие губы на своей шее, возле уха и ниже, ниже, туда, где шея переходит в плече и где бешено бьется пульс. Это такое искушение чувствовать его губы и одновременно видеть нас в зеркале, замечать, как расширяются зрачки моих глаз, как они становятся томными, как розовеет кожа и судорожно колышется грудь, рискуя все-таки вывалиться из декольте. Хоть и плавлюсь от его ласк, а пытаюсь протестовать, отодвинуться. Но мое предательское тело живет отдельно от мозгов. Оно как инструмент в умелых руках виртуоза, который задел только одну струну, но уже полилась музыка.

Принц останавливается сам, когда я издаю глубокий страстный стон. Улыбается и целует в затылок, посылая табун мурашек по всему позвоночнику.

— Ты даже лучше, чем я мог когда-либо мечтать. Пойдем.

Поворачивает меня к себе лицом, нежно едва-едва целует в губы, и мы выходим в коридор. Пока идем, немного прихожу в себя. Мне так кажется, но когда мы подходим к Бальной зале и на короткое мгновение я вижу свое отражение в зеркалах, то понимаю, что мое спокойствие — фикция. Все в моей внешности просто кричит о сексуальном возбуждении: глаза томные с широкими зрачками, кожа все еще розоватая, а сквозь ткань немного, но все-таки торчат соски. Елки…, что делать то? Это ж неприлично.

Принц, как будто подслушав мои мысли, проводит кончиком ногтя по соску, заставив кровь бурлить сильнее.

— Не имеет значения кто что подумает. Это все только для меня — и захватив мои губы в плен, жадно и неистово целует, доводя меня фактически до точки кипения. — Я не отступлю. В любви и на войне все средства хороши.

И не дав мне опомниться, под руку заходит со мной в Залу. Мы сразу же натыкаемся на множество разных взглядов. Масляных мужских и презрительных женских. Я подымаю подбородок выше, делаю вид, что мне нет дела до них. Принц сплетает наши пальцы и, небрежно отвечая на поклоны, двигается в сторону столиков с закусками. Берет нам по бокалу красного вина. Буквально сразу же возле нас материализуется какой-то мужчина, что-то шепчет Стефану, тот оборачивается ко мне. Видно, что он раздражен.

— Дорогая, я прошу прощения, меня хочет видеть брат. Я постараюсь освободиться как можно быстрее.

И уходит. Ну вот. Как говорится, на самом интересном месте. Я остаюсь одна на растерзание толпе. Уходом принца сразу решает воспользоваться один из лордов, подходя ко мне и заводя беседу. Все бы ничего, но его глаза ни разу не поднялись выше зоны моей груди, а потому, не церемонясь, я прощаюсь с ним и отхожу от стола, держа в руках бокал вина. Делаю вид, что просто прохаживаюсь, а сама ищу место поукромнее, чтобы там незаметно отстоять этот вечер, или хотя бы часть его, пока не вернется принц. А заодно и послушать, что вокруг болтают. К сожалению, беседы малосодержательны. В основном сплетни и, увы, чаще всего о нас с принцем. При моем приближении разговоры затихают, потом опять возобновляются, но существенного я ничего не услышала. Ненадолго останавливаюсь возле маленького декоративного фонтанчика, за ним вижу выход в сад. Отлично, сейчас потихоньку его обойду и выйду на свежий воздух, как раз то, что надо.

Мне навстречу выходят две девушки. Светловолосая и темненькая. Где-то я эту парочку видела. А не те ли это дамочки, что принца недавно в парке атаковали, я за этим еще с балкона наблюдала? Похожи, но точно сказать не могу, лиц тех девушек я не рассмотрела. Они как две каравеллы прут прямо на меня, вжимая в фонтанчик. Нет уж, так не пойдет. Я останавливаюсь и, не взирая на то, что они продолжают наступать на меня, больше не двигаюсь и не отступаю.

— О, какая встреча, баронесса, — первой заговаривает брюнетка. Красивая, надменная. — Вы нечасто нас балуете своим обществом.

— Да, не люблю, когда много людей вокруг. Предпочитаю более… интимную обстановку.

Обращаю внимание, что блондинка немного развернулась и осталась чуть позади, как бы закрывая нас от лишних глаз. Явно что-то затеяли девушки.

— Ну, когда вы официальная фаворитка, то какое дело до ваших предпочтений? Тут уже имеют значение только пожелания его Высочества.

Голос просто сочится ядом. Язва ты желудочная. Задеть меня пытаешься?

— Это выводы из вашего личного опыта, как я понимаю?

Она краснеет, пальцы на ножке бокала белеют от напряжения.

Надо же какая эмоциональная. Всего одна моя фраза, а как завелась. С такой вспыльчивостью не стоит ввязываться в словесные дуэли. Тут нужен холодный ум.

— Впрочем, мне не интересно. Его Высочество понимает мое нелюбовь к большим торжествам, поэтому мы посещаем только необходимый минимум. Все остальное время мы предпочитаем проводить вдвоем, наслаждаясь обществом друг друга — последнюю фразу говорю, глядя ей в глаза и отпивая из своего бокала крошечный глоток.

Реакция последовала незамедлительная. Она делает широкий шаг ко мне и выплескивает содержимое бокала на мое платье.

Красное вино на моем платье цвета переспевшей вишни не видно. Влажное пятно, которое скоро высохнет и все.

Я чуть опускаю руку и поливаю вином ее голубое платье. А что? Долг платежом красен. Или она думала, что я сейчас разревусь и убегу? Похоже, думала. Она поднимает руку, и я вижу, на кончиках пальцев магию. Она что, собирается сейчас напасть на меня? Вообще с головой не дружит? Перемещаю вес тела на одну ногу, группируюсь. Но тут вмешивается блондинка. Она хватает брюнетку за руку, что-то шипит той в ухо. Я не дожидаюсь, что они решат, быстро ныряю в чуть освободившийся проход и выхожу в сад. Так, теперь желательно все время быть на людях.

Буквально через несколько минут меня находит Стефан. Рада его видеть, как никогда. Рассказываю о стычке с его бывшей зазнобой. Интересуюсь, а не могла ли она опоить тогда нас со следователем? Принц говорит, что теоретически, могла, но доказательств нет. Предлагает удалить ее от Двора. Отказываюсь, потому что враги должны быть в поле зрения, чтобы знать с какой стороны будет удар. Принц хмыкает на эту мою фразу и целует в кончик носа.

Вот за подобными разговорами и проходит остаток вечера. Когда уже луна была на середине небосвода, стали все расходиться. Я устала сверх всякой меры. Улыбаться и беседовать с людьми, которые готовы тебя разорвать, как только ты лишишься покровительства принца, утомляет несказанно. Стефана в очередной раз отвлек на срочный разговор посол соседней державы. Они стояли беседовали, а я услышав какой-то шорох — оглянулась. Странное шебуршание раздавалось чуть дальше. Я делаю пару шагов. Слышу фразу Стефана о том, чтобы я не уходила далеко, мы сейчас пойдет. Оборачиваюсь в его сторону и говорю, что никуда не ухожу, а когда поворачиваю голову в сторону шуршания, мне навстречу уже летит какой-то фиолетовый порошок. Я не успеваю отвернуться или задержать дыхание. Вдох и мое сознание меркнет. Я еще слышу крик Стефана, а потом темнота.