Глава 22

Приходи на мои пожары. Только нет… Не тушить… Согреться. Знаешь, я тебя обожаюВсем своим сумасшедшим сердцем. А не ждать, но найти ответы — Для него велика награда. Знаешь, призрачней счастья нету. Но другого мне… И не надо. Анна Тукина

Кайден сидел на берегу пруда, разглядывая линию горизонта так, будто никогда раньше ее не видел. Присела рядом с ним на песок.

— Сегодня был в своем царстве. Проклятие жены по-прежнему над ним довлеет. Зима уже по семь месяцев. Они едва успевают собрать хоть какой-то урожай. Многие территории заброшены, жители ушли, спасаясь от холода и голода. Численность моего народа катастрофически снизилась. Об исчезновении расы пока речь не идет, но все же, сильно мои люди пострадали за то время, пока меня не было. Ничего, теперь я смогу им помочь. А как твой поход прошел?

Он смотрит на меня внимательно и тепло, как всегда. Ничего более. Может я ошиблась? Может, ослышалась?

Рассказываю коротко о том, как мы сходили. Кайден долго смеется от моих слов про то, что мне чешуйку не дали.

— Ну что ты ржешь, как конь? — обиженно дую губы.

Все еще смеясь, он хватает меня за талию и валит на песок. А потом целует в надутые губы. Улыбается нежно, но целует горячо и требовательно. Почти сбивает меня с мысли о серьезном разговоре, но только почти.

— Кайден? — шепчу ему между поцелуями.

— У??

— Ты когда пришел в себя, подожди, не отвлекай меня. Так вот, когда ты очнулся, ты кое-что сказал. Кайден! Ну перестань, дай мне сказать!

Оборотень утыкается губами в мою шею и затихает.

— Спрашивай, Элиза.

— Спасибо, что разрешил, — огрызаюсь я, но потом сбавляю тон — ты назвал меня любимой.

— И?

— И я хотела узнать. Ты правда так чувствуешь, как сказал? — спрашиваю и застываю в его объятиях, как статуя.

А сердце колотится в ребра, как сумасшедшее.

— Да.

— Что? — из-за стука сердца просто в ушах, я подумала, что ослышалась, или приняла желаемое за действительное.

— Я говорю, да, я действительно так чувствую. Я тебя люблю — он подымает голову от моей шеи и смотрит мне прямо в глаза.

И я, как всегда согреваюсь в их тепле. И на душе вдруг становится так хорошо, а животе бабочки забили крылышками, и захотелось смеяться, так щекотно во всем теле.

И я смеюсь, не в силах сдержать эту лавину чувств. И целую его страстно и горячо. И шепчу в губы:

— Я тоже люблю тебя.

И слышу ответный радостный смех, и руки обнимают меня крепче, а губы жадно пьют меня всю: мое дыхание, улыбку, эйфорию и любовь.

А когда веселье уходит, ему на смену приходит страсть. И тут уже не до смеха. Жар рук на моих бедрах, огонь пляшет по венам, ожоги поцелуев на болезненно чувствительных сосках.

Тянусь к нему, чтобы утолить жажду, но только еще больше изнываю от томления и прошу, прошу, сама не знаю о чем.

— Любимая моя, сладкая… — родной шепот любимого голоса, нежные прикосновения.

И нет спасения мне в этом оборотническом царстве страсти и огня. И я сама снимаю с нас одежду, своими руками прижимаю Кайдена ближе к себе. Мое тело трепещет и выгибается под его губами. Наступает момент, когда мне становится всего мало и я жалобно стону. Тогда любимый переворачивается, и я оказываюсь сверху. Он смотрит на меня так же жадно, как и я на него.

— Я весь твой — говорит, почти рычит.

Да! Я ждала этих слов. Я целую его поцелуем-укусом в губы, в зубами терзаю его соски. Сгораю сама и жгу его в пламени неудержимой страсти. И когда сил терпеть больше нет, я приподнимаюсь и без страха принимаю его в себя. Одним разом, на всю длину. И замираю, изгоняя глупый страх.

Мы смотрим друг другу в зрачки. Это темный янтарь глаз моего медвежонка, его руки нежно ласкают мою грудь. Только он!

Я не теряя контакт глазами, начинаю двигаться. Сначала несмело, в ожидании боли. И мой любимый понимает и принимает мои неторопливые, неуверенные движения. Я с удивлением ощущаю, что это даже приятно: чувствовать его внутри. Я двигаюсь уверенней и начинаю понимать, что мне это нравится. Мне все нравится! И солнце, которое яркими лучами светит на нас, и прохладный ветерок со стороны воды. И кожа любимого такая горячая и гладкая под моими руками, и ощущение наполненности внутри меня. Так вот значит, каково это — заниматься любовью!

Руки Кайдена помогают, поддерживая меня под ягодицы, ускоряться. Лавина долгожданного оргазма обрушивается на меня, оглушая. Я вскрикиваю и выгибаюсь, а Кайден укладывает меня на спину и, закинув мои ослабевшие ноги себе на плечи, начинает уже свои, сумасшедшие по скорости, движения. А мне остается только громко стонать от остроты ощущений и ловить свои оргазмы один за другим. Да!!!

Много позже, когда мы обнаженные лежим на берегу, а песок начинает нещадно чесаться во всех местах, вспоминаю о родных. Я, наверное, тут давно, они будут волноваться. Поднимаю голову с груди Кайдена и говорю:

— Слушай, а мне интересно. Ты — Бог оборотней. А оборачиваться можешь только медвежонком.

Ответом мне сначала был смешок.

— Медвежонком только ты меня видела. Вообще-то я был огромным зверем, только слегка похожим на медведя, но это иллюзия, а ты видишь сквозь них. Вообще, я могу превращаться в любое животное. Но больше всего люблю волка и медведя. Иногда кого-то из кошачьих могу изобразить.

— Ух, ты, — восхищенно выдыхаю — вот бы и мне так.

Какое-то время лежим молча. Я перевариваю услышанную информацию, а Кайден поглаживает мою спину и слегка дремает, наверное. Потом я опять вспоминаю про то, что нужно возвращаться. Не хочется… совсем.

— Мне пора, увы.

— Да, знаю. Так не хочется расставаться — он нежно целует меня в уголок губ.

О, нет! Если так будет продолжаться, я никуда не уйду. Смеясь, выскальзываю из его рук и любуюсь на него, лежащего передо мной во всей его первозданной красоте. Загорелая гладкая кожа, ровные и длинные медные волосы, широченные плечи и узкая талия. Ммм, так бы и съела. Эээ, так, Элиза, соберись! Ты уходить собиралась! Мысленно даю себе подзатыльник и, послав любимому воздушный поцелуй, материализуюсь домой.

Хотелось бы… домой. А попадаю в уже знакомый сад с гроздьями сиреневых цветов. Наверное, неплохо бы, одеться. Представляю на себе элегантное бальное розовое платье с широкой юбкой и открытыми плечами. Пафосно? Да! Но так, с Богиней же встречаюсь, да и я сама не нищенка без роду и племени.

Подхожу и присаживаюсь на скамеечке. Через минуту рядом садиться уже знакомая бабуля с жуткими синими впадинами глаз.

— Ничего не хочешь мне сообщить? — смотрит в упор на меня.

— Моя интимная жизнь Вас не касается — специально перевожу разговор на другую тему. Интересно, как отреагирует?

— Да плевать мне с кем ты спишь! На счет магической силы есть новости?

И где только хваленое хладнокровие Ризы? Пышет, как огонь.

— Новостей пока нет. Я побывала в трех астралах, но пока без результатов. На примете есть еще несколько. Я бы быстрее управилась, но в мою жизнь весьма активно стала вмешиваться Богиня Смерти, — делаю невинное лицо и смотрю на нее — с ее содействия меня похитили и поили каким-то зельем. А теперь мне трудно выходить в астрал и мои силы еще не полностью восстановились.

Ненавижу врать, но с врагом надо его же методами!

— Вот если бы Вы могли как-то отвлечь Черную Богиню от моей скромной персоны, чтобы она не мешала, я бы смогла быстрее закончить. Вы сможете помочь? Я тогда буду Вам очень благодарна. Очень — и заискивающе смотрю на нее. Надеюсь, клюнет.

Она делает вид, что задумалась. Трет подбородок, качает головой. У нас тут просто доморощенный театр. То я прикидываюсь тем, кем не являюсь, то она. Наконец, отвечает:

— Думаю, я смогу помочь, но ты будешь мне должна.

Да кто б сомневался, что ты не упустишь такую возможность.

— Конечно — отвечаю мгновенно, не раздумывая.

— Цветы называются Сирень.

— Что?

— Цветы, которые тебе понравились, называются сирень. Они из родного мира твоей матери — сказала и разлетелась розовыми лепестками.

Не могла не нагадить в конце. Сказала, чтобы если я не знаю про маму, засомневалась в ней. Не получилось меня выкрасть, хочет рассорить с родными. Я нужна ей одна, чтобы не было помощников и советчиков, которые выручат, если что. Когда человек один, его легче запутать и потом руководить ним.

Интриганка!

Ничего, если правильно разыграем карты, справимся.

Вдыхаю дурманящий запах сирени. Красивое название. Можно и дочь так назвать Сирень… Красиво. Усмехаюсь. Вон куда уже мысли завели, после занятий любовью с Кайденом. Пора просыпаться.

Открываю глаза, потягиваюсь.

Сбоку раздается покашливание. Поворачиваю голову и вижу сидящую рядом сестру.

— Я долго спала?

— 18 часов. Все в порядке?

— Все просто отлично — чувствую, как глупая улыбка растягивает мои губы.

Сестра весело хмыкает и укладывается рядом.

— Когда идем в Зеленый Астрал?

— Ууу… кто-то заразился путешествиями в астрал? — по-дружески подтруниваю на Раяной.

— Интересно ведь. Вдруг, мне еще что-нибудь подарят — ехидно усмехается.

Неееет, такое я спустить не могу! Поэтому без предупреждения набрасываюсь на нее со щекоткой и воплями:

— Нахалка! Ты и так забрала все самое лучшее! Следующий подарок мне!

Она хохочет, отбивается, пытаясь что-то ответить. Но нет, если хватает воздуха, чтобы говорить, значит, я ее слабо щекочу. Надо поднажать!! Вот в таком веселом барахтанье мы провозились до ужина.

Сегодня веселимся, а завтра — будем брать приступом Зеленый Астрал.