Глава 3

Вероника Игрушка, жалкая вещь или разменная монета. Была, есть и, видимо, буду. Неужели я пришла в этот мир, чтобы стать никем? Я ухожу в себя и не замечаю, как ко мне подходит Роман и протягивает бокал с янтарной жидкостью. – Выпей, Вероника. Я не люблю пьющих женщин, но тебе сейчас это необходимо. На автомате беру бокал, уже подношу его к губам, но замираю, вспомнив о своём сюрпризе. Нет, о ребёнке я говорить не буду. – Значит, свадьбе быть? – спрашиваю, сжимая хрусталь. – Конечно. На это положено слишком много сил. И я говорю не о скатертях и цветочках. Мы объединяем бизнесы двух семей, и эта информация уже оглашена. Свадьба – просто красивая точка для прессы. – Значит, всё игра? – Вся наша жизнь – игра, Солнышко. Мой тебе совет – просто прими реальность. Он говорит это с такой ленцой, что мне становится противно. Словно мы обсуждаем не мою жизнь, а покупку сока. Бери что хочешь и пошли дальше. – Как это можно принять? Мой муж будет мне изменять, и ты даже не любишь меня! Рома, ты ведь успешный, богатый, влиятельный… На кой тебе такая жена? – Этот вопрос не давал мне покоя. К чему весь этот фарс? Жених кривит губы, но смотрит на меня очень внимательно. Причина точно есть, но это не любовь. Тогда что? – Что касается первого вопроса… Как это принять? Просто! Ты уж прости, но у вас, женщин, это на роду написано. Или карма такая. Взгляни на мою мать, на Анастасию, да даже на свою мать! Все знали, что они не единственные, но ради больших благ терпели. И что тебе не нравится? Дом, магазины, я? Малышка, я ведь тебя не бросаю. Обещаю исполнять супружеский долг регулярно. К тому же мне хочется слепить из тебя идеальную любовницу только для себя. Я не врал, когда говорил, что твоя невинность – плюс. Давно думал о браке, но вокруг только стервы с затёртыми дырками, а тут такой чистый и невинный ангел. Балуй и радуйся сам. Вероника, ты идеальна для роли жены бизнесмена, даже без своей фамилии. Хотя и она идёт приличным бонусом. Сказать, что с каждой фразой я умираю – ничего не сказать. Как я могла не увидеть такую лживую натуру? Неужели я настолько слепа? Или актёр слишком опытный? – Так я просто удобная? – спрашиваю, и Роман кривится. Может, всё не так трагично, но это не меняет картину того, какая меня ждёт жизнь. Красивая пташка, которая будет кивать и улыбаться по приказу, не слушать, как муж трахает девиц в соседней комнате, а утром улыбаться, словно ничего не было. Да ещё и рожать не от любви. Неужели такая жизнь у всех состоятельных жён? Про мать Ромы не в курсе, но, видно, сыну лучше знать, с кем спит его отец на самом деле. А вот Анастасия… Она ведь и правда знала о любовнице, и даже о ребёнке. Не удивлюсь теперь, если я не первая такая в их доме. А она терпит и улыбается. Свыклась? Да и если не кривить душой, мать тоже знала, что у Павла есть жена. И всё равно была с ним ради денег. И даже больше: будучи на птичьих правах, забеременела. Точно аферистка, только вот неудачливая. Неужели это и правда наша судьба? – Не всё так плохо, Солнышко. – А могло быть хуже? – усмехаюсь, закрывая лицо руками. Как же больно! – Могло! В этой игре ты пешка, которую не жалко двум сторонам. Твой отец дал право распоряжаться твоей судьбой именно мне. Оставить после брака или избавиться как от балласта. Но ты мне понравилась, и я решил оставить тебя. Надеюсь, не зря? – произносит жёстко, а я понимаю, что, оказывается, холодею и уже не дышу. Меня хотели убить? Так просто? Но я думала, что дорога отцу! Да и другие окружали заботой. Или… – Все об этом знали? Никольские, в смысле. – Конечно. Павел Игоревич искал тебя пару месяцев. А авария твоей матери оказалась как нельзя к месту. Анастасия же должна была привести тебя в товарный вид. Но, должен заметить, ты и так красотка. А от Артёма и Бориса требовалось не возмущаться и просто потерпеть, ведь ты бы в их доме не задержалась. Теперь мне становится так смешно, что я не выдерживаю и растягиваю губы в улыбке. Игра, всё это игра, и я главная героиня, которую никому не жаль! Истерика набирает обороты, и я начинаю смеяться вслух. – Зачем только старались? Ради чего? Приставили бы мне пистолет к виску – и всё! – кричу, вскакивая, и понимаю, какая я дура! Наивная и глупая! – Могли. И хотели. Но я попросил немного подыграть. Всё же когда ты настоящая, то… Я даже не знаю, как это объяснить, но к тебе тянутся! Ты и правда свет. – Так я забавная? – Ты настоящая! И хватит смотреть на меня как на предателя. Скажи спасибо, что всё рассказал. А ведь мог и правда ствол к голове приставить, – встаёт и, быстро подойдя ко мне, хватает за руку. – И что дальше? Мне пойти в комнату и заткнуть уши? У вас это надолго? – усмехаюсь, показывая на смятую постель. – Да мне пофиг, что ты будешь делать. Только не мешай. Хочешь – сиди в комнате, хочешь – беги по магазинам, как моя мать. Но завтра жду тебя на завтрак спокойную и довольную! – Хватает за подбородок и заставляет смотреть в глаза. – Ты меня поняла? – Эти к нам тоже присоединятся? – Нет, конечно. Я же сказал, что у нас будет нормальная семья. А это так, увлечение для разрядки. – Мне тоже найти такую разрядку? – говорю, вырываясь, но меня сжимают так сильно, что хрустят кости. – У тебя буду только я! Придумай себе другую разрядку. Поняла? – Да, – шепчу, опуская глаза, и понимаю, что, кажется, просто перегорела. Всё становится совсем неважным. – Отлично. Я знал, что ты умнее, чем кажешься. Мы поладим! Так ведь? – спрашивает и больно сжимает руку. Точно синяк останется, если не перелом. Вот тебе и любовь до гроба. Только никто не говорил мне, что в могилу может отправить муж, если я ему просто надоем. – Мы семья. Я привыкну. – Хорошо. – Я и правда могу поехать в магазин? Мне отдали платье, и выбранные мной туфли теперь не подходят, – киваю на брошенный чехол в дверях и вижу довольную улыбку Романа. – Можешь. Только возьми водителя. – Как скажешь. Мне вернуться часа через два? Жених задумывается и смотрит на дверь ванной, откуда раздаётся смех девиц. – Знаешь, может, ты переночуешь в гостинице? – А завтрак? – Устроим совместный ужин. Тебе нужно всё переварить и успокоиться. Это точно. Но как такое вообще можно осмыслить, да ещё и за один вечер? – Тогда пусть меня отвезут в гостиницу, а завтра – в магазины, – стараюсь говорить спокойно, хотя голова включается и внутренний голос просто кричит: «Беги!» Но куда? – Вероника, да ты просто радуешь меня. Хорошо, что я не ошибся в выборе. Охрана отвезёт тебе в один из наших отелей. Отдохни, сходи в спа, развейся. А завтра мы поговорим и всё обсудим. Ну конечно! Меня просто опять поставят перед фактом, и мне придётся это проглотить. – Спа… Звучит заманчиво. Я тогда пойду? – Иди, – произносит как король, но его взгляд очень собранный. Неужели что-то понял? Я медленно разворачиваюсь и, дойдя до дверей, поднимаю своё свадебное платье, которое точно не надену. Надеюсь, что не надену. И тут мне в спину летит: – Без глупостей, Вероника. Иначе тебе не понравятся последствия. Знай, жить тебе или нет, всё ещё решаю я! Как об этом забыть. – Не бойся, не в моих интересах злить палача, – говорю, так и не разворачиваясь, после чего ухожу в нашу спальню. А там меня прорывает, и я рыдаю, но стараюсь делать это максимально тихо. Закрываю руками рот и лежу, скрутившись на ковре. Что же мне делать? – Господи, где я так согрешила? За что всё это?