Глава восьмая. Настолки с выбытием игрока

Вторник начался не по-утреннему бодрой вездесущей суетой: сперва в МФЦ, а после – на вокзале. К счастью, электричка оказалась почти свободной, и Геля, устроившись на месте у окна, нырнула в смартфон. Проверила группы магазина, заглянула к любителям настолок и зашла в сообщения, раздумывая, стоит ли возвращаться в чат разработчиков. Пробежалась по списку, нашла нужное название, но нажимать на меню не стала. Прошлогоднее второе место в конкурсе казалось ей несмываемым позором. Нет, она не храбрилась и не хвасталась во время подготовки, но возвращаться проигравшей в чат не хотелось.

В верхней строчке экрана мессенджера услужливо предложили собеседников. Геля вгляделась в кружки с изображениями и, заметив Ленкину обновку: фото в объятиях Яна, ехидно ухмыльнулась. До чего же шустрый товарищ! Все выходные, если не считать времени, когда она была в «Настольном лабиринте», он проторчал в ее постели, а за понедельник уже успел попозировать с другой! Молодец, ничего не скажешь. Перешла в Ленкин профиль и увеличила фото. Вокруг парочки зеленела трава и росли полные сил деревья. Похоже, приятельница выложила старый снимок, видимо, решила освежить страничку.

Геля обозвала себя «дурындой» и вышла из соцсети. Еще не хватало ревновать чужого мужчину! Попользовалась – и все, пора и честь знать. Игрушку надо возвращать хозяйке в приличном, почти идеальном состоянии по первому требованию, а лучше и вовсе не дожидаясь напоминания.

Натянула шапку на уши, оперлась головой на стекло окна и прикрыла глаза. Ехать до мамы было почти полтора часа, и неплохо было бы немного вздремнуть.

Не удалось! В мыслях маячил Ян. Его тепло, его нежность, его шепот, его жадная страсть и горячие, сводящие с ума поцелуи. Геля представляла мужчину то трущим морковь на кухне в фартуке на голое тело, когда они готовили индюшатину в сметанном соусе, то развлекающим Пятнышко, пока она возилась с кофе. Он ласково улыбался, рассказывал очередную околонастольную байку и казался таким своим в доску, что перехватывало дыхание.

Заснула ближе к концу пути. Просто провалилась в черную бездну забытья. Чуть не проехала нужную остановку, бежала к выходу и выскочила в последний момент. За миг до того, как двери с шумом захлопнулись. До коттеджного поселка добиралась на такси. Водитель громко и сочно ругал грязь, дождь, дороги и правительство, а Геля, не вслушиваясь, поддакивала, изо всех сил пытаясь проснуться окончательно.

Вышла у нужных ворот, помедлила, чтобы заглянуть в пакет и проверить гостинцы, и позвонила. В воздухе приятно пахло прелыми листьями и, несмотря на холод, жутко хотелось прогуляться.

– Ева, дорогая, здравствуй, – пропела открывшая дверь мама, – проходи.

Геля вошла на участок, обняла и расцеловала родительницу. Та выглядела немного уставшей, но в целом отлично. На ее почти идеальные черты еще не накинулось время, и ей при всем желании можно было дать не больше сорока. Геля подмигнула наблюдающему за ними через стеклянные двери братцу и направилась к нему. На ходу полезла за подарком, к мелкому без вкусности было не подступиться.

– Привет, Родька! – выдала, как только вошли в дом. – А у меня для тебя печеньки и игрушка.

Протянула мальчику обе коробки. Он буркнул «спасибо» и тут же умчался куда-то по своим делам.

– Ты опять принесла ему настолку? – строго поинтересовалась мама. Наверное, если бы у нее не было ботулотоксинового лба, она смогла бы нахмуриться.

– Да, – подтвердила Геля, припоминая отзывы и летсплеи.– Эта помогает запоминать цифры. Только играть надо вдвоем или втроем. Я ему покажу, а дальше вы там уже сами. Освоитесь.

– Посмотрим, – вздохнула женщина. – Давай документы. Чаю будешь?

– Буду, конечно, – Геля вдруг почувствовала себя неловко, как курьер, который без договоренности затребовал чаевые.

Отдала маме папку из МФЦ, разделась, переобулась в местные тапочки и отправилась мыть руки. В ванной знакомо пахло розовым мылом, маме всегда нравился этот аромат. Пока возилась, хозяйка дома вскипятила чайник и накрыла на стол. Геля уселась на гостевое место и проворно ухватила пирожок с мясом. Родительница не особо любила готовить, но пирожки у нее получались божественными. Гостья откусила кусок воздушного теста с поджаренным говяжьим фаршем внутри и прикрыла глаза от удовольствия. Ничего вкуснее и придумать было нельзя.

– А зачем тебе понадобились документы? – поинтересовалась, дожевывая очередной пирожок. Они уже поговорили про Родьку, его болячки и успехи, немного поболтали о «Настольном лабиринте», вспомнили Вику, пару маминых друзей и нового мужа, и вот добрались до бумаг.

Залпом допила приятно-терпкий чай и потянулась налить себе еще. Поймала взгляд хозяйки дома и так и застыла в полуприседе с протянутой рукой. Что-то в маминых глазах заставляло насторожиться.

– Слушаю, – настояла Геля. Молчание не обещало ничего хорошего.

Взяла в руки чайник и наполнила чашку. Мама на миг потупила взгляд, потом вздохнула и созналась.

– Я долю в квартире продать хочу.

– В какой квартире? – нахмурилась Геля. – В нашей?

– Да, – с каким-то подростковым вызовом подтвердила хозяйка дома.

– И как ты себе это представляешь?

– Обыкновенно, – мама пожала плечами, – моя там одна четвертая. Продам и все. У Леши, дяди Леши, с бизнесом проблемы, надо помочь.

Геля почувствовала настойчивое желание похлопать глазами, как нарочито тупая блондинка из сериалов. Совершенно не понимала ход материнских мыслей. Ее супругу нужны деньги, и она хочет ему помочь. С этим вопросов нет. В квартире ей действительно принадлежит одна четвертая. Изначально Геля с отцом получили ее на двоих в наследство от бабушки, но при разводе родитель поделил свою половину между бывшей женой и дочерью. Здесь тоже все понятно. Непонятно другое. Как мама представляет себе эту продажу? Почему не спросила? С чего она взяла, что Геля с радостью примет соседей?

– А что должна, по-твоему, сделать я? – Геля сжала чашку. Даже разозлиться толком не было сил.

– Мы можем продать квартиру вместе, а ты просто переедешь в район попроще или возьмешь однушку. Так я выручу больше. Не понимаю твоих сомнений, – женщина закатила глаза, – ты же в Москве живешь, там от района к району очень гибкое ценообразование.

– Ах, гибкое ценообразование… Тогда, конечно, другое дело…

– Не злись, Ева, дорогая. Я понимаю, это неожиданно, но, поверь мне, это отнюдь не катастрофа.

– Не катастрофа? – Геля почувствовала, как к глазам подступают слезы, а к горлу такая нужная сейчас злость. – То есть выселить меня на улицу или подселить ко мне какого-нибудь чучмека, потому что «дяде Леше» нужны деньги – это обыденное явление? Ну, знаешь ли… Как хозяйка бизнеса, пусть и малого, тоже тебе кое-что скажу. Лишиться дела – ни разу не катастрофа.

– Много ты понимаешь…– красивое лицо мамы исказила гримаса легкой брезгливости.

– Кое-что понимаю, – Геля подавила желание ударить чашкой по столу. Вдохнула поглубже, пытаясь успокоиться, и на миг спрятала лицо в ладонях. Вроде и повода злиться не было, мама была в своем праве, но эмоции, накатив раз, уже не желали отпускать. Отпила из чашки и продолжила хрипло: – В общем так, насколько помню, у меня право преимущественного выкупа. Не знаю, что там со сделками между близкими родственниками, надо разбираться, но жду официального предложения о покупке. Ты там небось уже подсуетилась, тебе присоветуют, как его составить.

– Но, если продавать квартиру полностью, будет больше денег, – возмутилась родительница.

– Возможно, – Геля поднялась из-за стола, – но у меня в планах нет переезда. Мы же теперь каждый сам за себя, правильно понимаю?

– Если ты так хочешь…

– Так хочешь ты. Не свешивай на меня свои решения.

Геля еще раз опустошила чашку, поставила ее на стол и направилась к выходу. Что-то подсказывало, что больше тем для разговора сегодня они не найдут. Мама не стала останавливать. Молча наблюдала, как она натягивает одежду, и в тишине проводила до ворот. Перешагнув порог, Геля тихонько выругалась, огляделась, прикидывая, как добраться до въезда, и потянулась за смартфоном, чтобы вызвать такси. Хотелось удрать отсюда поскорее. Жгло в груди и слезы настойчиво просились наружу, а она не привыкла демонстрировать слабости посторонним.

Окончательно разнюнилась в электричке. Еще держалась в такси, пыталась делать вид, что ничего не произошло, пока ожидала на перроне, но стоило усесться в пустом, пахнущем лимонной бытовой химией вагоне у окна, слезы полились сами собой. Из щели за спиной дуло, Геля дрожала от холода, шмыгала носом и утопала в жалости к себе. Почему мама поступила с ней так? С чего она решила, что дочери необязательно иметь свой дом? Нет, Геля понимала ее порыв, матери хотелось помочь любимому мужчине, но почему за чужой счет? Ничего бы не случилось: попроси она просто денег в долг, Геля отдала бы все накопленное и поискала бы больше… Пусть даже потом ей не вернули бы ни копейки. Плевать! Зато не умерла бы иллюзия, что ее жизнь важна для матери. Иллюзия незаметная, но, как оказалось, почти необходимая.

Звякнул смартфон. Геля вздохнула и полезла в сумку за бумажной салфеткой. Надо брать себя в руки, нет смысла реветь, когда нужно искать деньги на выкуп доли. Высморкалась, вытерла слезы и достала гаджет посмотреть, кому и для чего она понадобилась ранним вечером во вторник. Беспокоили из зоомагазина, обещали доставить наполнитель для лотка и корм для котенка завтра с девяти до одиннадцати вечера. Геля кивнула: все как просила.

Собралась было позвонить Вике, но вовремя опомнилась. Сегодня подруга сопровождала мужа на каком-то мероприятии и наверняка оставила смартфон дома. Неудачно провела пальцем по экрану, и гаджет покорно набрал номер Яна. Перепугалась и почти сразу нажала отбой. Не хватало еще, чтобы мужчина вообразил себе невесть что. Ни преследовать, ни бегать за ним Геля не собиралась.

Не тут-то было! Через пару минут Ян набрал ее в ответ. Решила поднять сразу. В конце концов, нет ничего зазорного в том, что сенсорный экран иногда обретает самостоятельность.

– Прости, палец соскользнул, набрала по ошибке. – выдала, не дожидаясь приветствия, – не хотела беспокоить зря.

– Ерунда, – задорно подытожил Ян, и Геля представила, как он улыбается и в его глазах скользят хулиганские искорки. Мужчина помолчал и продолжил: – Как твои дела? Как мама?

– Нормально, – Геля пожала плечами. Удивительно, что он помнит о ее визите к матери во вторник!

– У тебя какой-то странный голос. Все в порядке?

– Да.

– Я вот что подумал, – затянул осторожно, и Геля представила, как он хмурится и его темные четкие брови сходятся в одну, – у тебя же в субботу выходной. Может, сходим посидим в кафе, обсудим то, что сделаешь с историей за неделю? Клянусь, буду паинькой. Что скажешь? Я поищу тихое местечко.

– Для начала мне надо что-то сделать. Давай созвонимся в пятницу? Или в четверг. Не вижу смысла тратить твое время, если мне нечего будет рассказать.

– Хорошо. Тогда напиши мне в четверг ближе к ночи.

– Договорились.

– Хорошего вечера, конфетка.

– И тебе.

Геля усмехнулась и нажала красную трубку. Даже в деловой разговор Ян умудрился вставить свою «конфетку». Ох и настучит им Ленка по буйным головушкам, когда сообразит, что происходит! Мало не покажется… Впрочем, ее дело сторона, это Ян огребет за двоих.

Несмотря на неожиданность, разговор с питерским мачо помог успокоиться. В круг мыслей о маминой пакости добавились раздумья о героях игры, и желание плакать поутихло. К концу дороги Геля уже набрасывала характеристику Адельфины на телефоне. Решила, что начнет волноваться о квартире, когда увидит официальное предложение о выкупе и поймет, сколько именно ей не хватает.

Не ожидала от себя такой прыти. Давно не писала ничего, кроме постов и обзоров, и не верила, что сможет без сложностей быстро создать что-то приличное для игры. Но процесс пошел и остановиться стало почти невозможно.

Вечер вторника и полночи провела в обнимку с Пятнышком за ноутбуком. Вместе с Адельфиной металась по полному мрачных лавочек городу, срывая голос и теряя разум от волнения, искала брата, рыдала и кусала губы в кровь, с ужасом понимая, что никого не найдет, и торговалась с колдуном, радуясь, что брат жив, и впадая в отчаяние из-за невыполнимости условий.

В среду после «Настольного лабиринта» занялась колдуном. Разбираясь с его характером и внешностью, придумала замечательный сюжетный выверт. Записала его отдельной строкой. Радовалась как девчонка, предвкушая согласие Яна на подобную авантюру. С одной стороны, задумка должна была сбить с героини спесь, а с другой – удивить игроков в самом последнем деле. Запретила себе звонить мужчине, чтобы поделиться. Хотелось видеть его лицо, когда поведает о находке.

К вечеру четверга у нее были полные описания Адельфины, колдуна Гуркида и трех городских локаций: жилища Адельфины и ее брата – маленького дома с небольшим сиреневым садом; мрачного, вечно холодного каменного особняка колдуна и яркого, украшенного старыми мозаиками величественного храма, того самого, с украденными пять лет назад артефактами.

Искала номер Яна в списке контактов с трясущимися от предвкушения руками и бешено скачущим сердцем. Стольким хотелось поделиться! Сколько всего рассказать! Идеи захватили разум и хозяйничали там будто мыши, с небывалым размахом похоронившие кота накануне.

Не решилась звонить, набрала сообщение: «Есть материал, много предложений и вопросов». «Посылай по электронке. Встретиться не смогу», – пришел ответ. Геля перечитала текст пару раз и сжала смартфон. Тряхнула головой и поспешила отложить его подальше. Еще не хватало разбить от злости. Понимала, что Ян вовсе не обязан встречаться с ней, но с какой бы радостью задушила бы этого баламута! Чувствовала себя ребенком, которому пообещали гору конфет на день рождения, а в итоге отделались половиной вафли и тремя сушеными черносливинами.

Пересела из-за стола на диван и прикрыла глаза. Сейчас немного успокоится и отошлет файлы, а после снова засядет за работу. Как ни крути, история уже родилась и требует продолжения. И она вовсе не виновата, что ее родители чудят почем зря.

Послышалось настойчивое мяуканье, и Пятнышко бесцеремонно пополз по ее ноге вверх, чтобы пристроиться на коленях. Геля отвлеклась от грустных мыслей и взяла котенка на руки. Осторожно почесала за ухом и погладила мягкую шерстяную спинку. Зверек потерся мордочкой о ее ладонь.

– Не подлизывайся, – проворчала Геля добродушно, – кошки тоже гуляют сами по себе, так что и твой выверт – вопрос времени.

Вздохнула и потащилась к компьютеру. По электронке, так по электронке, ответ и комментарии она тоже попросит в письменной форме, пусть питерский мачо печатает, пока не отвалятся пальцы.

***

Вечером во вторник Ян занялся уборкой своей холостяцкой берлоги. Лена еще стояла в позе и тянула с пересмотром договора, и Ян решил, что вполне может провести вечер пятницы и субботу в приятной Гелиной компании. Впрочем, к Геле тянуло при любом раскладе. Хотелось ухватить ее загребущими руками, утащить в свою спальню, бросить на кровать и терзать, пока не останется ни сил, ни желания, ни мыслей. Ян еще верил, что его отпустит после пары совместных ночей, но с каждым днем все больше убеждался в призрачности своих надежд. Ночи медленно, но накапливались, а насытиться никак не получалось.

Постоянно думал о своей питерской незнакомке. Представлял ее рядом в одежде и без. Прикидывал, понравится ли ей забегаловка, в которой раз в неделю пил кофе с отцом, раздумывал, что Геля скажет о новой настолке, гадал, чем она занимается вечерами. Прекрасно понимал, что несвободен, но сделать с собой ничего не мог. Сердце начинало биться чаще, стоило только вспомнить Гелин ирисковый аромат, нежную улыбку или взгляд зеленых с крапинками глаз.

К двум ночи покончил с уборкой приватной части и заставил себя остановиться. В среду днем намечались важные переговоры и следовало выспаться. Пообещал себе вызвать клининг в четверг вечером и отправился в постель. Снилась Геля. Она устроилась в позе наездницы и, плавно двигаясь вверх-вниз по разгоряченной направляющей, сводила с ума и заставляла изгибаться от восторга. Ян тянулся ухватить ее за бедра, но прелестница шлепала его по рукам, запрещая шевелиться, смеялась и продолжала в том же крышесносном темпе.

Просыпался тяжело. Хотелось побыть с Гелей еще немного хотя бы во сне. Будильник, к несчастью, не разделял его желаний и трезвонил как ужаленный. В конце концов Ян сдался. Продрал глаза и нехотя поднялся с кровати. Оглядел поле боя, обозвал себя прыщавым подростком и, прихватив постельное белье, чтобы кинуть его в стирку, поплелся в душ. Среда обещала горы работы днем и встречу с родителями под вечер. И на то, и на другое требовалась прорва сил.

Опоздал на семейный ужин почти на полчаса. Обычно по средам они встречались с отцом за чашкой кофе в центре, но на этой неделе мама захотела видеть сына в родительском доме и ему пришлось катить в гости почти на другой конец города. Из-за затянувшихся переговоров Ян не только выехал чуть позже, чем следовало, но и собрал все пробки на Комсомольском. Не один он хотел попасть на юго-запад. К счастью, ни отец, ни мать не отличались нетерпимостью к опозданиям и головомойки на эту тему Ян не ждал.

Позвонил в знакомую с юности дверь и, не дожидаясь ответа, открыл ее ключом. Вошел в довольно просторную квадратную прихожую и зажег свет. Мама появилась со стороны кухни, отец вывернул из ведущего в кабинет коридора. Никогда не торопились открывать, ждали, пока сын справится с замком сам.

– Выглядишь неважно, – вздохнула мама, заключая его в объятия и погружая в знакомый с детства цитрусовый аромат, – осунулся весь, будто всю неделю не спал.

– Спал, мам, – совсем по-подростковому возразил Ян, – переговоры три души вытрясли. То мордой по наждачке, то задницей по гвоздям.

– Емельян!

– Прости, мам, но из песни слов не выкинешь.

– Обухов? – со знанием дела поинтересовался отец и тоже потянулся обнять сына.

Он к концу дня выглядел слишком спокойным, даже безучастным. Ян прищурился, гадая, что случилось. С детства знал: спокойный отец – скорее всего, уставший отец.

– Обухов, – усмехнулся Ян, чувствуя, как сильная рука легонько хлопает его по спине. – Но подписались. И хорошо подписались. Правда, неустойку на случай сбоев запросил несусветную, но, надеюсь, больше наш вредитель не объявится. По крайней мере, запустить к нам свои грязные лапы сейчас ему будет гораздо труднее. Я для этого сделал все возможное и даже немножечко больше. В конце концов, компания – мое детище и отдавать ее так просто я не собираюсь!

– Плохо, что та история просочилась в сеть, – вздохнул отец. – Но со временем забудется.

– Раздевайся и проходи, – перебила его мама, – а то мы болтаем на пороге как чужие, честное слово.

Ян кивнул, скинул пальто, пристроил его на вешалку и потянулся к ботинкам. В голове галопом забегали воспоминания одно неприятней другого. Отец употребил очень мягкое слово. То, что история с вредителем получила огласку, было не плохо, а отвратительно. Она серьезно ударила по репутации и отняла с десяток потенциальных крупных контрактов. Смешно сказать, сеть ресторанов «Обухов» оказалась первой жирной пташкой за последние десять месяцев!

Семь лет Ян выстраивал свою логистическую компанию, сперва снабжал отцовские рестораны и кафе, потом начал брать сторонних заказчиков. Не придумал, скорее, просчитал способы безболезненно уменьшить складские запасы и укоротить цепочки поставок. Нашел золотой баланс «цена-качество» не только для себя, но и для заказчиков. И все шло лучше некуда: доходы росли, клиентская база ширилась, пока какой-то долбанный хакер не влез во внутреннюю распределительную систему и не внес туда изменения. Проблему быстро нашли и исправили, но недельная неразбериха с поставками обошлась дорого. Компания потеряла не только круглую сумму, но и доверие заказчиков. Один из рестораторов устроил страшный шум, ушло несколько старых клиентов, а новые приходить не спешили. Или боялись, или, не вдаваясь в подробности, отсекали компанию из-за плохих отзывов.

– Детективы-то что-нибудь накопали? – не унимался отец.

– От агентства я отказался в прошлом месяце, ничего толкового в их отчетах не было. А частник еще работает, но веры в него все меньше.

– Так, – тон матери приобрел железные нотки, и Ян невольно вгляделся в ее внезапно ставшее серьезным лицо. Строгие голубые глаза, морщинку между бровями и сжатые губы, короткие темные волосы, уложенные в аккуратную прическу. Сейчас особенно остро ощущалась, что мама – завуч в школе, а не жена серьезного бизнесмена. Она тоже смерила его взглядом и, повернувшись к отцу, продолжила: – Сын приезжает к нам раз в месяц, иногда два. Мы почти не видимся. Я готовила полдня, а ты отвлекаешь его от ужина какими-то детективами!

– Брось, – отмахнулся отец, – тебе никто не мешает сесть за руль и проехаться к нему в гости. Нанести внезапный визит. Уверен, он тебя пустит и даже напоит чаем, особенно если у тебя с собой будет что-то вкусное.

– С ума сошел! Какие внезапные визиты? Вдруг у него там женщина, а тут я нарисуюсь.

– Применишь свой педагогический талант, научишь, как лежать, чтобы мальчику было удобно, – невозмутимо сообщил отец, и Ян улыбнулся. Он всегда подтрунивал над желанием мамы поруководить.

Хозяйка дома подошла и отвесила мужу шутливый подзатыльник. Точно как сыну в детстве, когда понимала, что педагогика бессильна.

– Кстати, о женщинах, – задумчиво произнес родитель и запустил руку в темную, с проседью шевелюру.– Александров сказал, Лена полетела в Дубай одна. Почему ты не составил компанию? Хотя бы с завтрашнего дня. Неужели так много работы? Уведут же из-под носа такую невесту…

Ян вздохнул и мысленно приготовился к головомойке. Что бы он сейчас ни сказал, все будет использовано против него.

– Я не хочу сейчас ни в Дубай, ни к Лене, – отрезал он тоном подростка, который отстаивает свое право дружить с плохой компанией.

– Как так, – нахмурилась мать, – вроде вы нравились друг другу. Ясное дело, великих чувств у вас пока не наблюдалось, но все остальное очень даже. Что случилось?

– Не хочу об этом говорить, – покачал головой Ян. – По крайней мере, сегодня, – поймал озадаченный взгляд отца и пожал плечами: – Меня накормят в этом доме или нет? Я, между прочим, страшно голоден.

– Конечно, накормят, – усмехнулась родительница, – но в покое оставят только на время.

– И на том спасибо, – вздохнул Ян и потопал в столовую. Как знать, может, к следующему вмешательству в его жизнь старшего поколения все устаканится и ничего объяснять не придется.

Домой попал к вечеру четверга, точно к приходу работниц клининговой компании. В среду остался ночевать у родителей: к счастью, им хватило такта не продолжать расспросов о Лене и ужин прошел за мирными разговорами о делах, работе и политике. Заглянуть домой утром просто не успел. Немного проспал и выехал позднее, чем следовало, город маялся в пробках, а в офисе было намечено важное совещание с утра. Пришлось тащиться на работу как есть. Впрочем, его вчерашний вид заметила разве что секретарша, и то скорее в силу профессиональной наблюдательности, чем из-за его несвежести.

Ян пустил женщин в квартиру, обозначил фронт работ и направился в кабинет дочитывать очередной отчет отдела продаж. Устроился за столом и уткнулся в планшет с загруженными документами. Не мог заниматься ничем серьезным, когда по квартире шастали чужие люди, вот и приходилось изучать доклады от тех, чьи результаты и без того были видны невооруженным глазом. От дел отвлек звонок смартфона. Ян несколько мгновений гипнотизировал взглядом экран, раздумывая, нужно ли отвечать, но потом заставил себя отложить планшет и потянуть за зеленую трубку. У них с Леной сейчас был не лучший период, но игнорировать ее было бы слишком.

– Да, дорогая! – знакомо приветствовал он и поднялся из-за стола, чтобы прикрыть дверь в приватную часть квартиры. Если он понадобится работницам в эти пять минут, им придется подождать.

– Включи камеру!

Ян подчинился. На экране возникла сидящая в кресле Лена. Выглядела она, как всегда, отменно: идеальный, едва заметный макияж акцентировал внимания на ее пухлых губах, светлые локоны нежно спускались на плечи, а вечернее платье лишний раз подчеркивало достоинства фигуры. Особенно забавлял кулон с крупным зеленым камнем, то смело ныряющий в декольте, то задорно выпрыгивающий из него при малейшем движении. При других обстоятельствах Ян купился бы эти завлекалочки, что ни говори, внешностью Лену не обидели, но сейчас его мысли занимала другая женщина. Хотелось целовать, трогать и сводить с ума неидеальную Гелю. Терять рассудок от аромата ирисок, слышать гортанные стоны, вдавливать ее в кровать, покусывать за ухо и чувствовать, как ее ногти впиваются в спину сильнее с каждым его движением бедрами.

– Ты мне совсем не звонишь, – сообщила Лена с легкой обидой в голосе и будто невзначай потянула за цепочку кулона, заставляя его выныривать из декольте. – А я скучаю. Хочу тебя… Совсем извелась без мужчины.

– Желание затуманило тебе голову, – Ян пожал плечами и уселся в стоящее у стола кресло. – С чего ты взяла, что в Дубае получить меня будет больше шансов? Возвращайся, побеседуй с отцом насчет брачного договора, и после я выполню любую твою прихоть. Могу прямо в кабинете господина Александрова, так сказать, не отходя от кассы.

– Интересный вариант, – Лена мечтательно подняла глаза к потолку. Повела плечом, позволяя лямке платья соскользнуть вниз. – Ян… Мне не нравится идея посвящать родителей в наши дела. Давай просто внесем этот дурацкий пункт в договор без лишней болтовни и все.

– Он не дурацкий! – Ян почувствовал, как желание спокойного созерцания сменяется раздражением. – Понимаю, что ты не готова хранить мне верность, и сам теперь не собираюсь себя ограничивать, но не желаю воспитывать чужих детей. В нашем случае ДНК-тест малявкам не блажь и дурость, а дополнительная идентификация.

– Я готова! Просто, – Лена опустила глаза и, почти как в фильмах для взрослых, неспешно облизнула нижнюю губу, – не хочу объясняться с папой.

Ян рассмеялся. Учитывая отношение господина Александрова к дочери, ее страх казался каким-то детским капризом, не больше. Отец потакает любой ее прихоти и вряд ли рассердится за неверность выбранному жениху. Похоже, с этим стоит копнуть глубже, в пазле сходятся не все части. Но Лена тоже хороша! Трахаться со всеми подряд она ничуть не стесняется – добрые люди выслали Яну целую фильмотеку, –а вот рассказать отцу о своих похождениях отчего-то побаивается.

– А я не хочу, чтобы потом все вокруг охали и рассказывали про деспота-мужа, который обижает подозрениями такую сладкую славную девочку и малыша! Пусть уж свои будут в курсе.

– В том, что тебе наставили рога? – Лена зло ухмыльнулась. Видимо, сообразила, что лаской ничего не добьется, и решила пойти в наступление.

– Да, – Ян пожал плечами. Ее измена еще била под дых самолюбию, но каждый раз удар приносил все меньший эффект. В конце концов, Ян не был влюблен в Лену, просто поверил отцу, что брак с ней и впрямь лучший вариант для всех. Что до остального… Лестно иметь такую красавицу в своей постели, и только.

– Я на следующей неделе приеду, и мы поговорим.

– Хорошо. Целую!

– И я тебя, – отозвалась Лена и разорвала связь.

Ян ухмыльнулся и потянулся за планшетом: конечно, поговорят. Только, если настрой не изменится, результат тоже останется прежним. Наверное, стоило переживать, но чем глубже он погружался в обстоятельства, тем больше понимал, что господину Александрову прочная связь с Синичкой-старшим нужна не меньше, а значит, и Лене придется искать компромиссы. Победит тот, кто проявит разум и вовремя пойдет на уступки. Ну или додавит того, кто даст слабину. Как пойдет.

Отвлекся от дел, когда девушки из клининга закончили уборку и позвали его подписать бумажку с гордым названием «акт выполненных работ». Краем глаза заметил на стоящем в прихожей комоде початую пачку презервативов и флешку.

– Вымели из щели между комодом и стеной, – поспешила пояснить одна из девушек, проследив его взгляд. Вторая как-то двусмысленно улыбнулась. Вероятно, ее позабавила незаконченная пачка.

Ян кивнул. Надо поймать Гелю и прикончить остатки. Не брался даже предположить, для чего одинокой девушке в кармане пальто упаковка с двенадцатью презервативами, но уточнять тоже не собирался. Геля не забрала остатки, и это обнадеживало. Никто не помешает ему думать, что пачку принесли специально для него.

Флешку тоже надо вернуть. Видел, как она выпала из кармана, но решил, что показалось, и не стал возиться. В тот момент думал совсем другой головой.

Дождался, когда девушки отчалят, и подошел рассмотреть добычу. Страшно хотелось узнать, что за информацию его конфетка носит в кармане. Догадывался, что, скорее всего, там рабочая отчетность или какие-нибудь фото с котятами, но воображение уже нарисовало весь спектр возможного: от шпионских чертежей до домашнего порно.

Взял флешку, повертел руках и застыл, не понимая, отчего сердце бьется как дикий зверь в лапах нерасторопного хищника. Прищурился, тяжело проглотил слюну и тряхнул головой. Вот только этого сейчас не хватало! На широкой части красовался логотип компании «Дворянская трапеза», главного отцовского конкурента. Владелец этой конторки не отличался чистоплотностью и не раз попадался на грязных делишках. Ян шумно выдохнул. Не хотелось верить, что Геля появилась в его жизни из корыстных побуждений.

Сжал флешку в кулаке и пошел в кабинет к ноутбуку. Откинул крышку компьютера и уселся рядом, дожидаясь, пока тот загрузится. Звякнул смартфон. Ян потянулся и увидел Гелино сообщение: «Есть материал, много предложений и вопросов». Усмехнулся и покачал головой. Не сейчас, дорогая. Сначала надо выяснить, что к чему и какого лешего ты во все это ввязалась. Набрал ответ и вставил флешку в разъем ноутбука. Тихонько выругался. Надо же быть таким самодовольным индюком! Да, тогда в Питере казалось, девушка влюбилась с первого взгляда, но с чего он взял, что нравится ей сейчас, спустя семь лет? Только потому что сам еще не остыл? Индюк и есть. Даже хуже. Идиот, который из-за своих постельных похождений чуть не подставил под удар отцовский бизнес!