Глава 44. Дуэль

Зубы начинают скрипеть сами собой.

Спокойно, Фрося. Мало ли, кого Артемьев мог встретить в публичном месте, а зубы нынче – бесценны, Левина не даст соврать. Она как-то называла средний чек в ее стоматологической клинике, это ужас.

Так что, вдох-выдох.

Просто какая-то знакомая.

Но чего-то аутотренинг проваливается.

Знаем мы эти знакомства.

Сисястые.

Их потом с лестничной клетки не выставишь.

Я наношу третий слой блеска для губ, чтобы стать вконец ослепительной, не иначе, и походкой от бедра двигаю в сторону Артемьева. В последний момент вспоминаю расслабить лицо, а то от моего оскала шарахается даже мимо проходивший официант, а у этих ребят психика крепкая.

– Привет, – сладенько пою я, демонстративно целуя Демида в щеку, чем, похоже его шокирую.

Однако засранец соображает быстро, и в его глазах мелькает насмешливый огонек понимания, стремительно переходящий в веселье.

За мой счет.

Сукин кот.

Но с ним мы потом посчитаемся, сейчас главное – показать, кто тут альфа-самка и самая крутая девчонка на районе.

В мою пользу играет то, что бабец хоть и красивый, но благодаря увлечению достижениями инъекционной косметологии выглядит старше меня. Так что разыгрываем карту «дебютанка против бабули». Стерляди вряд ли больше тридцати пяти, но я-то сегодня не дотягиваю до тридцатника. Старательно хлопаю накрашенными ресницами и дую губы, взяв под руку Демида, который, по моим ощущениям, вот-вот заржет.

Зыркаю на него выразительно, чтобы показать, что его чувство юмора дало сбой, и он, что удивительно, проникается.

– Фрося, позволь представить тебе одного из моих лучших сотрудников Надежду.

– Надежда Козина, – протягивает она мне руку для рукопожатия, но жмет мою лапку так вяло и выпускает ее так быстро, что становится сразу понятно, что ее наша встреча не радует.

Еще бы.

Она свои дойки уже почти сложила на Демида, а тут я.

Стоп.

Козина? Та самая?

Сашка как-то ее упоминала…

Она знает все про Артемьевский член!

Ни хрена эта Надя не просто лучший сотрудник.

Подтверждая мои умозаключения, Козина добавляет:

– Я, можно сказать, начинала под Демидом. Столько лет, карьерный рост, и мы все еще вместе… работаем.

И взгляд мне достается такой, что ежу понятно, что это все не просто оговорочки по Фрейду.

Все еще вместе. Ха. Типа, ты тоже исчезнешь, а я все еще буду ублажать Артемьева.

– Да? А у нас в компании было принято давать дорогу «молодым», способным удивлять.

Нет, ну серьезно. Куда эта кошелка рыпается? Много лет… бе-бе-бе… Если мужик за столько лет ничего серьезного не предложил, то, значит, его все устраивает и так!

Вывалила она свои буйки тут.

Демид совсем не дурак, и понимает, что еще немного, и начнутся кошачьи бои.

– Надя, приятно было увидеться, но мы с Фросей пойдем, – он пытается сдвинуть меня с места, но выходит у него не сразу. – Перцевая…

– Фрося Перцевая? – поднимает брови Козина. – Та самая?

– Да!

– Фрося, пойдем. Тебе еще надо обплевать местные десерты, – все-таки уволакивает меня Артемьев.

Усадив меня за шикарный столик, отгроженный от основного зала кованой ширмой, увитой живыми растениями, он интересуется:

– Это что сейчас было? Ты метила территорию?

– Это я сейчас на свидании столкнулась с бабой, с которой спал тот, кто меня пригласил.

– Ну, Сашка… Кердык Александре Николаевне. Бесстрашная женщина. А если я однажды расскажу, с кем она спала…

Последняя фраза сбивает меня с воинственного настроя.

– А ну расскажи! – требую я. Саня всегда сует свой нос в чужие дела, но сама не колется. Лишь иногда всплывают мелкие многообещающие моменты, но слишком поздно.

– Я не трепло. Но однажды она нарвется. Фрось, ты в курсе, что я тебе не девственником достался…

В этом месте я краснею.

Что ты будешь делать, прямо День Румянца.

– С Надей мы расстались давно. Она и здесь не одна, а с мужчиной.

Мне тут же хочется посмотреть на мужика этой стервы, но как я ни тяну шею, за перегородкой ни черта не видно.

– Ладно, – ворчу я. – Все равно это только подтверждает мое мнение о тебе. Я доверю тебе заказ вина. Я сейчас вернусь.

Лапки надо помыть и посмотреть, правда ли, Козенадя с хахалем.

В обеденном зале она мне на глаза не попадается, зато встречается в туалете.

Козина как раз вытирает руки бумажным полотенцем, и при моем появлении этот процесс становится похожим на истеричное комканье.

Вскинув подбородок, я цокаю каблучками к раковине.

– Фрося Перцевая… – мерзенько тянет Надежда. – Ну, по крайней мере, понятно, с чего Демид обратил на тебя внимание. Ты же не в его вкусе.

– Может, ему надоели старые бл…, простите, блюда, – огрызаюсь я.

– Хорохоришься? – хмыкает Козина. – Ничего, скоро обломаешься. Это ненадолго. Ты уже ноги раздвинула, да? Думаешь, ему твой богатый внутренний плоскодонный мир интересен? Увы, деточка. Совсем другое.

– Да что ты говоришь, тетенька.

– Да не будь твоя фамилия Перцевая, он бы на тебя и не взглянул.

У меня неприятно холодеет внутри.

Это же не то, что я думаю?