Бонусная глава

Очередное пафосное сборище, очередной выход в «свет», Гордеев наводил мосты и укреплял связи, а я составляла ему компанию. Пока Тимур разговаривал с владельцем одного из банков, я отошла в сторону, тут же наталкиваясь на Сотникову.

- Ты прекрасно выглядишь, дорогая! Впрочем, как и всегда. Привет! – Марианна растянула губы в улыбке.

- Здравствуй! Ты тоже, — ответила, беря бокал шампанского со стоящего рядом стола.

- Я слышала, что дела у Гордеева налаживаются, и он все-таки нашел решение проблемы.

- Все верно, — кивнула, замечая непонятный мне блеск в глазах Сотниковой.

- Ты все-таки сумасшедшая Миронова, — она, сделав глоток из своего бокала, усмехнулась, — я бы на твоем месте «при первом запахе жаренного» бежала, сверкая пятками.

- Гордеева, — поправила, чувствуя за ее словами неприятный для меня подтекст.

- Что?

- Не Миронова, а Гордеева, — повторила, наблюдая, как Марианна выгнула бровь.

Она рассмеялась и опустошила свой бокал наполовину двумя глотками.

- Оно того стоило?

В ее взгляде полыхнула непонятная мне злость.

- Не пойму, к чему этот разговор.

- Мне просто интересно, чем такие, как вы с Солнцевой думаете, когда вписываетесь за мужиков? Одна — кучу людей под пизду подвела, вторая — пулю схлопотала и чуть на тот свет не отчалила. Все проблемы из-за таких тупых дур, как вы.

Последнее пропитано откровенной злобой, уже нескрываемой.

- Мариан, ты если мне что-то конкретное сказать хочешь, то так и говори, а если просто ядом поплеваться, то это не ко мне, а к психотерапевту.

Мой абсолютно спокойный тон голоса, по-видимому, взбесил ее еще больше, она сделала шаг, вставая как можно ближе, и прошипела словно змея:

- Ты знаешь, невиновных пострадало из-за вашей войны со Светланой? Знаешь, какое количество людей потеряли бизнес? У скольких сейчас проблемы?

Пауза. Мои плечи ровней, а подбородок выше. На моих губах улыбка, на ее – злой оскал.

- Не поверишь, но мне плевать.

- Ты сука, Лен.

- То дура, то сука. Ты уж определись, — я рассмеялась. – Ладно, Мариан, была рада встретиться, надеюсь у тебя все наладиться. И я, чуть задев ее плечом, шагнула обратно к Тимуру, вставая рядом и беря его под руку.

- Все хорошо? – спросил он, когда мы направились к выходу.

- Да. Все замечательно.

- Мне показалось, вы с Марианной закусились.

- Тебе показалось.

***

- Ты скоро освободишься? – Тимур вошел в мой кабинет в магазине, когда я уже заканчивала последние на сегодня дела.

- Да, пару минут. Подождешь? – спросила, отвечая на его короткий поцелуй.

- Без тебя домой не уеду, — улыбнулся Гордеев и сел в кресло.

- Елена Владимировна, бумаги готовы, счета все оплачены, — в кабинет заглянула мой бухгалтер.

- Спасибо, Лида. А в детский дом отправили?

- Да, одобренную вами сумму.

- Хорошо. Спасибо. На сегодня все.

Лида скрылась за дверью, а я сгребла все документы, сортируя их по папкам.

- Детский дом? Ты занимаешься благотворительностью? – во взгляде Тимура скользнуло удивление.

- Можно и так сказать. Помогаю по мере своих возможностей.

Я не была большим благотворителем, и объемы у меня были не такие внушительные, как у того же Грецина. Но несколько лет назад ко мне обратился представитель Детского дома с просьбой о помощи, они искали денежные средства для того, чтобы отремонтировать спортзал и обустроить территорию, и я помогла им, пожертвовав определенную сумму. А после того как все было сделано, они собрали всех, кто участвовал в сборе средств на концерт своих воспитанников, и вот тогда, сидя в небольшом зале, смотря, как выступают дети с песнями и танцами внутри меня что-то дернулось, защемило. С того момента я помогала этому Детскому дому на постоянной основе. Иногда, что-то покупала по просьбе заведующей, иногда, просто к праздникам делала подарки детям, но чаще всего просто отправляла деньги.

Приехав домой, мы поужинали, и пока я плескалась в душе, Тимур осел в гостиной с ноутбуком.

- Что-то случилось? – спросила, выйдя из ванной и вытирая волосы полотенцем, очередной раз за вечер, отмечая его непривычную молчаливость.

- Нет. Ничего.

- Ты весь вечер молчишь, — он оторвал взгляд от монитора и улыбнулся, убрав ноутбук со своих коленей, потянулся ко мне, притягивая ближе, так чтобы я оказалась между его разведенных ног.

- Мысли разные в голове гоняю.

- Не хочешь поделиться? Вместе погоняем, — отбросив полотенце на диван, провела ладонями по его плечам.

- Ты хотела детей? – неожиданный вопрос болезненно кольнул.

- Когда-то хотела, но жизнь распорядилась иначе. Если ты задумался об ЭКО с донорством, то это не наш вариант Тимур, с моим эндометриозом, это пустая трата времени, денег и остатков здоровья.

- Я не об этом думал. А об усыновлении, — одна фраза, а у меня все внутри сжалось, как и тогда на концерте в детском доме. Всколыхнув чувства, давно похороненные внутри, запрятанные, скрытые.

В тот вечер я ему ничего конкретного не ответила, лишь пообещала подумать. Это был сложный для меня вопрос, болезненный и наполненный страхами и опасениями, что я могу не справиться с этой ролью. Тимур не давил и вообще больше этой темы никак не касался. А спустя полгода, в преддверии Нового года, когда мы возвращались от Эллы, я сама вернулась к этому вопросу. Не знаю, сказалась ли так новость о третьей беременности сестры Тимура или это влияние вечера, проведенного с детьми, но я решилась.

А еще спустя год у нас появился Глеб.

***

- Елена Владимировна, — Грецин поднялся со своего места, стоило мне войти в зал ресторана, — вы бы сказали, что вы заняты этим молодым человеком, я бы не стал настаивать на встрече, — Роман улыбнулся и присел на корточки перед Глебом, который тут же сильней сжал мою руку. Грецин протянул ему ладонь, и сын по-мужски ответил на его рукопожатие. Глеб все еще мало разговаривал, но уже не прятался за меня при виде незнакомых ему людей. - В саду отменили занятие с логопедом, поэтому пришлось взять его с собой. Надеюсь, это не создаст сложностей?

- Никаких. Не волнуйтесь об этом, — Роман выпрямился и жестом пригласил нас сесть за стол, — у меня тоже сын, правда, ему уже не три, а одиннадцать, но я понимаю неожиданные сложности, которые возникают при наличии детей. – Глеб тут же показал четыре пальца и снова вцепился в мою руку.

- Четыре? Да ты уже совсем взрослый, — Грецин неожиданно мягко улыбнулся.

- Не знала, что у вас есть дети, — мое удивление было неподдельным, образ Романа совершенно не сочетался в моей голове с отцовством.

- В жизни и не такое бывает, — на его губах заиграла добрая усмешка, и я согласно кивнула. Усадив Глеба рядом с собой, положила на стол две увесистые папки. С отчетами и на подпись.

- Все текущие вопросы по комплексу решены, работы перешли на заключительный этап. Готовим документацию на ввод в эксплуатацию.

Гостиничный комплекс – это общий проект Гордеева и Грецина, который Тимур благополучно переложил на мои плечи, заниматься им было интересно, хотя и довольно сложно.

- Замечательно, — произнес Роман, пролистывая документы. - Мне нравится с вами работать, Елена Владимировна. Если бы все были настолько же ответственны, как вы, то у меня не было бы проблем. От меня что-то необходимо?

- Пока нет, но если возникнет в чем-то нужда, я сообщу.

- Замечательно. Документы я просмотрю, попишу и отправлю вам курьером.

Не знаю, почему Тимуру не нравилась работать с Грециным, никогда никаких провисов, максимально выдрессированные и квалифицированные кадры на всех уровнях, внимательность и ответственность во всем. За все время ни одной накладки. Просто идеальный бизнес-партнер. Единственный минус – это дотошность, но я это за недостаток даже не принимала, в работе это огромный плюс.

Попрощавшись с Романом, я решила немного прогуляться с Глебом в парке, что находился через дорогу от ресторана, на дорогах все равно начинались пробки, а мне не очень хотелось торчать столько времени за рулем. Я старалась каждый день гулять с ним после детского сада, да и вообще проводить как можно больше времени.

На курсах приемных родителей нам говорили, что жизнь с появлением ребенка кардинально меняется и это может оказаться большим стрессом и причиной негатива. До сих пор не могу понять, о каком негативе шла речь, жизнь, конечно, поменялась, но это произошло настолько естественно, что казалось, что так было всегда, что Глеб всегда был с нами. Тимур чувствовал то же самое.

Смотрела, как сын гоняет голубей и заливисто смеется, и внутри разливалось такое странное и тягучее тепло, а в памяти внезапно всплыл вопрос Марианны: «оно того стоило?». Улыбнулась. Да. Стоило. Определенно стоило.