Глава 22

— Ну жила же я эти четыре года, ну почему этому нужно было случится именно сегодня?! — распылялась я все больше.

— А какая разница, сейчас или чуть позже? Это должно было случится, и вот по моему мнению намного раньше. Ну бестолочь он, я даже других слов не матных не могу сейчас придумать, — спокойно рассуждал мой друг, пока вез меня домой.

— Я не хочу его видеть, все прошло, — спокойно констатировала желаемое, — вот даже не йокнуло ничего.

— Мы не будем это обсуждать, — строго сказал Олег, — мне твои слова не нужны. Тем более твоя гадкая ложь. Кого ты забыла? Себя скорее забудешь, чем этого слепня.

— А может он не узнал меня? — кусая губу от нервного стресса, предположила откровенную глупость, — черт. Как теперь жить!?

— Как жила! Сохнула по нему столько лет, а сейчас увидела объект обожания, — хохотнул мой друг, хотя это спорно после этих слов, — вдруг ничего не йокнуло.

— Иди в жопу, мне все равно на него, — отвернулась к окну чтобы он не увидел моего бешеного взгляда.

Впереди был затор из машин, что для этого города не свойственно. Вот все с появлением одного человека может пойти не так. Даже дороги неожиданно стали уже, а машин стало больше!

В моей голове уже зрел план. Как быстро я могу купить билет на другой континент и полететь на Сейшелы, например, пробывать их кухню. Мне кажется, недавно от туда писали, какой-то отель готов меня принять. И Макару эта поездка пришлась бы по вкусу. Ему лишь бы в сад не ходить.

— Поехали сразу в сад, — предложила я, почему-то жутко захотелось обнять сына.

— Так только недавно отвез его, не пойму нахрен мы его туда отдали. Если забираем до обеда? — опять забубнил этот не старый, но очень ворчливый человек.

— Ты прав, вечером заберу его, — кто знает, что меня ждет сегодня днем. — Мне прислали письмо из Сейшел, готовы принять нас, все расходы на них, пробую кухню и даю отзыв, неплохо считаю. Скажи за сколько дней реально улететь.

— Ты не станешь бежать, — пока машина стояла, Олег повернулся ко мне, — и это как минимум не честно. Да и найдет он тебя на любых островах. Я уверен, если он еще не в курсе, то в ближайшее время все узнает. И я хочу видеть его глаза, налитые кровью, когда он поймет какой он кретин, и какая ты змея.

Последние слова он говорил, откровенно смеясь надо мной. Знает, что эта тема меня очень нервирует, и вот сейчас опять начал свою песню про честность.

До чего же гадкий этот шромированный, и почему я с ним дружу? Да еще и позволила крестить ребенка. Не отвертишься теперь.

Не то чтобы я никогда не представляла нашу встречу. Еще как представляла. Но всем они проходили для меня одинаково, безразличие к мужчине было лишь во сне. А стоило мне увидеть его в нескольких метрах, так вся моя безразличность слиняла от меня, как и боевой настрой.

— Ну хорош ты друг. В поддержке тебе нет равный. Мне вот даже обидно, что ты меня не поддерживаешь, а наоборот. Я тебе рассказала, как было дело! Мне что нужно было делать?

— Поговорить? — оборвал меня на полуслове.

— О чем? О его свадьбе? Или может о том, что мне наши ему замену? — мне было горько вспоминать то время, но от него никуда не деться, что было то было. Пора уже воспринимать это более хладнокровно.

— Да, обо всем. Что ж вы бабы за народ такой? Прикинь что у него в голове было, ты просто исчезла, ничего ему не сказав, повела себя если не по-детски, то не разумно это точно. А сейчас ему на тебя досье принесут, и он как озверевший примчится. И не удивлюсь если захочет забрать свое. Он в своем праве, знаешь же.

Мне даже думать об этом страшно. Сердце от одной мысли начало отбивать какой-то бешеный ритм. Зачем ему это?

— Не отдам. И ты не позволишь! Он никто, так и останется в будущем. Я свой выбор сделала.

— Но ты не дала ему его сделать. Это не по понятиям.

— А мы и не на сходке. Это моя жизнь! И я приняла решение. Знаешь, что сейчас представила. Пришла бы я к нему с тестом, а он бы мне предложил аборт, например. Да ему может и дети не нужны. Нет. Он не имеет никак их прав на Макара.

— Все-таки крыша твоя подтекает, вот правда подарю тебе поход к психологу, может течь починят.

Если бы он не ехал за рулем, огрела бы его сковородкой, причем той, которую он мне на новый год подарил. Она тяжелая, качественная. Но мне придется терпеть его всю жизнь. Это боль какая-то.

— Ты меня любишь? — в моей голове возникла гениальная идея, но он точно меня с ней пошлет, причем матом, и громко. Но попытка не пытка.

— Я ничего не буду делать и врать тоже никому не буду.

— Что ты имеешь в виду? — спросила тише.

— Если ты, женщина хочешь, чтобы я сказал, что ребенок мой я сразу говорю нет. Даже не мечтай.

— От куда ты блин догадался? — горько спросила его.

— Ну разве в твоем уме могут возникнуть здравые идеи сегодня? Или когда-то вообще.

Я так и знала, что на это Олег не пойдет.

Когда уже будучи почти в критической состоянии с большим животом, Олег явился ко мне как гребаная крестная фея. Он делал все возможное, чтобы Макар появился на свет. Своими нервами я загнала нас в тупик, из которого мне пришлось выходить долго. Все что сейчас я имею, благодаря ему. И его слова всегда правда, и я знаю, что все что он говорит и советует во благо. Но не всегда я могу это разглядеть. Иногда, тоесть очень часто он меня своей правдой так раздражает, что хочется врезать ему по наглой физиономии.

Не удивительно, что именно он крестил Макара. И сейчас дает ему воспитание. Когда Олег наконец встретит женщину, ей очень повезет. Но где найти эту несчастную, тоесть везучую!

Он мне не один раз предлагал все рассказать Князеву. Особенно когда мы узнали, что он так и не женился. Мне кажется, он мне это предлагал тысячу раз, столько же раз я отказывалась. Почему? Наверно из-за страха, что я опять наступлю на те же грабли. С каждым разом эти грабли все более болезненно бьют по моей голове.

Макар очень похож на отца. И если он его увидит, врядле нужна будет экспертиза. Я смотрю на уменьшенную копию Димы.

Никогда не забуду слова Веры. Увидев в первый раз малыша. Она пять минут просто молчала и смотрела на нас. То на меня, то на малыша, а потом выдала: «Ты что донором поработать решила, почему он совсем не похож на тебя?»

Мне сначала стало обидно, ведь если присмотреться можно увидеть, что у него ногти растут как у меня. И цвет волос тоже мой. Но такой же цвет волос и у его отца, но я уверенна что это все мое. И он может перерасти и стать моей копией.

Но все присутствующие громко поржали надо мной после моих версий.

— Я сегодня же отвечу на то письмо, и уеду ближайшим рейсом, — откинувшись на спинку стула сказала победно.

— Ну ну, — не поворачиваясь ко мне ответил Олег, — попробуй.

Больше разговаривать с этим типом мне не хотелось.

Разве я так много прошу? Я хочу тихой уютной жизни со своим сыном. Нам никто не нужен. У нас все хорошо, Макар счастлив.

Но внутренний голос, который я хотела бы убить не устает мне шептать, что это эгоистично, лишать ребенка отца.

Ну почему он оказался в этом ресторане сегодня утром?

Хочется орать и плакать, из-за того, что встреча с ним неизбежна. И эта встреча будет очень эмоциональной, как для меня это точно.

Когда я увидела его в ресторане, даже забыла, что говорила и вообще, что я тут делаю. Мне хотелось бежать из ресторана и в тоже время смотреть на него. Запоминать черты его лица, впитывать его взгляд.

Он, конечно, не достоин. Но что поделать с сердцем, которое выбрало его и не упорно не хочет забыть и идти дальше.

— Я буду занят сегодня, так что сегодня не увидимся, — въезжая в комплекс, где мы живем сказал Олег.

— Это чем ты сегодня так занят? — нахмурилась еще больше обижаясь, не сегодня меня точно не стоит бросать, видит же мое состояние!

— У меня свидание, можно? Мама Света, — издевался, делая вид что отпрашивается.

— Какой ты гад, — открывая дверь машины выдала ему, — завтра бы пошел на свое свидание, тем более тебе все равно никто не нравится. Мне нужна сейчас твоя поддержка. А ты по свиданиям решил походить. Катись ты куда хочешь! — крикнула я захлопывая дверь посильнее, он ненавидит это.

Справлюсь без него. Никто мне не нужен.

Сейчас время обеда. Значит у меня есть время чтобы смонтировать видео. А вечером мы пойдем на площадку, будет кататься на каруселях, потом съедим пиццу и запьем смузи. План что надо, Макар точно оценит.

Да и может зря я волнуюсь, и не нужна я ему. Он ведь даже не искал меня. Я не убегала, и личность сейчас довольно популярная.

Подставив лицо солнцу, сделала пару глубоких вдохов и пошла к подъезду.

****

— Мам, ты чего такая нервная? — уже на площадке, когда я никак не могла открыть бутылочку с водой спросил ребенок.

— Да эта бутылка издевается надо мной, — я уже хороших десять минут пытаюсь ее открыть, но она не поддается.

— Да не хочу я пить пока, пойдет на вон на ту карусель? — показал пальчиком на винтовую горку.

Это правда сегодня я была сама не свои, все время оборачивалась думая, что кто-то наблюдает за мной. Сердце было не на месте. Да и с Олегом я наверно переборщила, что он не имеет право на счастье, раз я свое упустила.

Он меня простит. Как и всегда. Но я извинюсь перед ним. Обязательно.

Погода сегодня была просто шикарная. Закат, как и всегда завораживал. Легкий немного свежий ветерок обдувал, но не холодил. Мои нервы потихонечку успокаивались. Народа было немного, что позволило немного посидеть на скамейке наблюдая как Макаре играет. Где бы мы ни были, мой ребенок всегда находит себе друзей, это должно ему помочь в будущем если он не закроется.

На сегодня нашим транспортом был самокат. Один большой, и электрический. С некоторых пор он мне нравился многим больше, чем автомобиль.

Да и Макар был счастлив, когда приходила пора ездить на нем.

Уже в кафе, когда уплетала второй кусок пиццы, тревога начала отступать. Уже был вечер, и никто не беспокоил меня. Нас.

На улице уже начало смеркаться. И пора было закругляться.

Мы не смогли осилить пару кусков, и нам из завернули их с собой. Сложив наш завтрак или мой второй ужин в рюкзак, мы вышли на улицу.

Устроились поудобнее, Макаре спереди стоял и рулил, а я отвечала за скорость.

— Мам, — я хочу вот такую машину, — показал мне на черный автомобиль, марку которого я не знала, но предполагала, что она не из простых. Высокая, черная, с тонированными окнами машина стола возле нашего дома.

— Вырастишь и купишь себе такую или даже лучше, главное хорошо учится.

— Или получить хорошее наследство, — выдал мне ребенок серьёзно, я даже остановилась, чтобы вылупить глаза на него.

— Это Людмила Альбертовна сегодня рассказывала про сериал, где девушке перепало огромное наследство и ей не нужно было работать, она вдруг стала богатой! Очень богатой! Вот было бы круто получить наследство.

Ну воспитатели. Лучше бы алфавит учили да цифры.

С ответом я не нашлась, поэтому вздохнув встала на самокат и нажав на газ поехала к нашему подъезду.

Все хорошо в самокате, но вот его размеры и вес чувствовались, когда я его тащила на наш этаж. Стоял он возле квартиры на лестничной площадке, которая была большая. Я его лишь ради приличия пристегивала к специальной балке.

Двор охраняемый, везде камеры.

— Я в ванную, а ты расстилаешь кровать, — дал указания мой маленький командир и скрылся в ванной.

Дверь он просто прикрыл, хотя недавно сказал мне, что он уже достаточно взрослый чтобы запирать дверь. Он сразу был поставлен на место. Не рановато ли он вырос?

Он был не по годам умен. И это не только в развитии речи или про навыки. Он был непревзойдённый манипулятор. Ловко пользовался своим особым положением. А я не могла ничего с собой поделать. Он, кажется, был для меня всем миром.

Звонок в дверь был очень неожиданным. Я как раз уже переоделась, и была готова идти следующей в ванну.

В мой мозг даже не закралась мысль посмотреть в глазок. За что я поплатилась почти сразу.

Кто кроме Олега мог прийти? Ведь ключ от подъезда только у него. Охрана тоже не пропустит без звонка. Поэтому я без задней мысли открыла дверь, чтобы меня снес ураган по имени Князев Дима.

— Какой хрена? — смогла лишь прошипеть я, надеясь, что разберусь с ним быстрее чем выйдет из ванны Макар.

Я взглядом пыталась испепелить его, он делал, судя по всему, тоже самое. Нас прервала открывающаяся дверь, ребенок уже готовый ко сну вышел и встал на против нас.

Он очень внимательно посмотрел на нежданного гостя. На его лице не было испуга, только любопытство. На лицо Князева я не смотрела, а зря.

— Привет, — сказал мой маленький взрослый ребёнок, — Ты мой папа?

— Что! — сказал Князев, посмотрев на меня.

— Что! — опешила я, посмотрев на Макара.

Макар еще немного постоял и пошел в свою комнату, больше не сказав ни слова. Как понимать его этот вопрос я не знала. В моей голове началась паника, тараканы спешно прокидали свои убежища. И я была на грани срыва.

— Значит папа? — сверкнул испепеляющим взглядом.