Глава 17. Ника

Саид молчит и это хуже любых злых слов. Господи, я ещё даже не беременна, но уже переживаю. Волнуюсь о ребенке, которого может и не быть. Вообще никогда.

С Хаджиевым я буду предохраняться. Может, к тому времени, как я надоем мужчине, уже будет поздно думать о детях и строить новые отношения. Тем более, что я не уверена… Буду ли я готова хоть к чему-то после связи с Саидом.

– Так, пташка, мозги мне не грузи, - притягивает к себе, соски трутся о его грудь, вызывая ток по телу. – Ещё ничего не произошло. Будет ребенок – будем разговаривать.

– Но… Лучше ведь заранее всё обсудить, нет?

– Обсуждать заранее нужно было в тот момент, когда ты согласилась на сделку. Когда пришла продавать себя за ответую услугу. А сейчас уже поздно глазками хлопать, Ника.

Он выдыхает моё имя с особой хрипотцой. От которой всё стягивается внутри, наливается жаром. Словно струны души натягивают, сжимают в кулак. Заставляют замолчать и подставиться под грубые поцелуи.

Саид напоминает танк. Нет, стихийное бедствие. Непредсказуемое и неконтролируемое. Напирает, обрушается, утягивает в центр разрухи. И ничего не могу сделать, чтобы это остановить.

Мне нужно закончить разговор. А ещё рассказать о Назаре. Столько всего сделать, на самом деле. Миллион задач, которые сейчас не получается воплотить в жизнь.

Потому что Саид целует шею, втягивает кожу. Ещё щетина колется, дыхание жжет. Я чувствую его каждой клеточкой тела. Ладони на ягодицах, талии и волосах.

Двигается, касается. Словно метит каждый участок, не оставляет без внимания. Вжимает сильнее в свое голое тело, дает прочувствовать мощь. А я дрожу от этой…

Не властности, не дикости. Скорее… Полного контроля надо мной, принадлежности. В том, как касается Саид, нет ни капли ласки или размышлений. Он берет, трогает, получает то, что хочет.

А у меня двоится перед глазами, всё размывается. В груди жжет из-за застывшего дыхания. Кислород давит, но в легкие так и не попадает. Я задыхаюсь, откидывая шею.

Кожу жжет из-за грубых укусов, от которых всё подрагивает внутри. Наливается приличным жаром. Он, как огненный шар, медленно сдавливает всё. Ползет ниже.

К лону, которое ласкает Саид. Проводит пальцами, надавливает на вход. Его пальцы легко погружаются в меня, сразу два. Скользят, распирают. Хватаюсь за плечи Саида, таким привычным движением.

Хвататься за него, словно сама упаду.

Упираюсь коленями в матрас, выгибаюсь. Давление слишком сильное, пожар охватывает всё тело. Каждый закоулок подвергается инквизиции. И я горю, всхлипываю, когда струна внутри натягивается слишком сильно.

– Обхвати меня ногами.

Голос мужчины доносится сквозь вату. Возбуждение бьется внутри, раздирает. Вот-вот выплеснется наружу. И каждый раз этого не происходит. Меня трясет от неудовлетворения. От оргазма, застывшего на краешке.

Ерзаю, стараюсь получить больше. Сама себя не узнаю, но сейчас это не главное. Я вся плавлюсь, а Саид издевается. Играет, рисует на моем теле узоры и заставляет умирать в его объятиях.

– Ника, мне нужно повторить?

Мотаю головой, изо всех сил стараюсь сосредоточиться. Но это так сложно, когда мышцы не слушаются. Тело бьет спазмами, а член мужчины проезжается по лону. Вызывает мурашки и вспышки, немой крик в горле.

Это слишком. Всё. Как я реагирую на него, как тело подчиняется. В голове неразбериха, страх и не понимает. Но тело… Тело живет отдельно, подчиняется, превращается в глину.

Меня разрывает на две части, но всё сгорает, когда головка членом медленно входи в меня. Напрягаюсь, кажется, царапаю руки мужчины. Ноги дрожат, когда я сильнее упираюсь, стараюсь удержаться.

– Сама, пташка, - опаляет кожу, прикусывает мою щеку. Его губы изучают лицо, не останавливаясь. – Трахни себя сама.

– Я…

– Давай, - щипает мои ягодицы, оставляет шлепок. Кожа превращается в сплошную разруху. – Сама, Ника, и сможешь кончить. Не стану останавливать.

Всхлипываю, потому что это именно то, что мне нужно. Желание пульсирует, дурманит голову. Я словно пьяная, хотя совсем ничего не пила. Голова кружится, всё расплывается.

Чувства смешиваются, взрываются. Я вся сплошной взрыв. Застывший в мгновении, вот-вот пойдет дальше. И словно подталкиваю таймер, медленно опускаясь на мужчину.

Его член распирает внутри, давит на стеночки. Пускает пульсацию по телу. Меня сжимает спазмами от того, насколько это хорошо ощущается. Двигаюсь, неспешно, едва покачиваясь.

И, потеряв остатки стыда, тяну пальцы вниз. Мне нужно, нужно. Это всё, о чем я могу думать. Никаких других мыслей, только похоть. Дикая, неподвластная. Неизведанная, которой никогда не испытывала.

– Нет, пташка, - Саид мягко перехватывает мои запястья, заставляет обнять его за шею. – Сама, без помощи.

– Так я… Сама. Я…

– Давай, Ника, кончи от моего члена.

– Я не смогу. Не смогу, - лихорадочно шепчу. Я больна, определенно. Жар и озноб по телу, конвульсии. Меня трясет, а Саид прижимает крепче. Его ладони гладят спину, ласкают крестец и сжимают ягодицы. Слишком много касаний, невыносимо. А толчков совсем недостаточно. – Пожалуйста. Не смогу.

Не осознаю, что я говорю. О чем прошу, на самом деле. Слова вылетают сами, губы пересохли. Созанание первращается в вязь, остаются лишь ощущение.

Тепло тела.

Грубоватые толчки, когда Саид сам подается навстречу.

Его поцелуи, дыхание на коже.

Хватка.

Судорога, которая сжимает даже горло.

Стоны, лопающаяся струна.

Обжигающая лава, которая растекается между ног.

Холодные простыни, на которые Саид опрокидывает меня. Срывается, забирает контроль обратно. И резко вбивается, на полную длину. Не жалеет, не тормозит.

Выбивает из меня крики, продавливает собой. Превращает меня в крошку, размалывает.

– Моя!

Рычит, продолжая вбиваться в мое дрожащее тело. Я вся его в этот момент, не принадлежу даже себе. Его. И с его припечатывающим поцелуем я кончаю. Тело разлетается на атомы, меня подбрасывает вверх.

Бьет разрядами электричества по лону, клитору. Выгибает, парализует. Все мышцы немеют, остается только громкий крик. И чувства опустошения, высшего наслаждения.

Поглощающего удовольствия.

И слез, которые сползают по лицу.

– Что такое, пташка? – Саид сжимает мой подбородок, надавливает. Запрокидывает мое лицо, нависает сверху. – Слишком оказалось?

Мотаю головой, хотя именно эти слова мужчины – слишком. Но довольно четко показывают, что происходит. Чтобы не забывала и не забывалась. Медленно прихожу в себя, стараюсь сесть.

– Тогда что? Болит что-то? – хмурится, окидывает моё тело пронзительным взглядом. Словно под кожу пробирается. – Ника?

– Нет, это…

Не подбираю слов, тянусь пальцами к лицу. Вытираю уголки глаз, втягиваю разгоряченный воздух. Всё внутри до сих пор дрожит, остаточный эффект.

Между ног едва тянет, приятно так. И даже ненавидеть себя не получается. За то, что поддалась и получила удовольствие. Семь лет назад было так же. Саид умеет получать желаемое.

– Ника, когда я спрашиваю – жду четкого и вразумительного ответа. Это ясно?

– Да. Мне не больно, ничего такого.

– Тогда почему ты плачешь? Давай, пташка, удиви меня.

Я сама не могу объяснить. Просто слишком яркие, сильные эмоции. Я к таким не привыкла. Поэтому и кусаю губу, пока меня продолжает колотить. Внизу все ещё пылает, утихает постепенно.

Ерзаю на простынях, вздыхаю от боли в мышцах. Саид тяжелый, варвар и воин. И ощущение, что меня чем-то сильно придавило. Потягиваюсь, а после вспоминаю, что обнажена.

Прикрываюсь, пытаюсь дернуть одеяло, но Хаджиев не позволяет. Устроился на нем, развалился. И смотрит довольно, не скрываясь.

– Все ещё не услышал ответа.

– Это из-за оргазма, - выдаю быстро, пока внутри запал смелости. – В прошлый раз так тоже было. Индивидуальная реакция на секс с тобой.

– Не дерзи, пташка.

– Извини.

Может, это и правда. С бывшим мужем такого не было. Но и таких разрывающих отношениях тоже не было. Ничего подобного, более… Хорошо было, наверное, но мне не с чем было сравнивать.

А Саида…

Не стоит сравнивать вообще ни с кем.

Повисает тишина, я не знаю куда деть руки и взгляд, что вообще делать. Саид не требует продолжать прямо сейчас. Но и судя по всему, так просто уйти мне не даст. Точно не сейчас.

То и дело возвращаюсь к его телу. Скольжу взглядом по накачанным сухим мышцам, загорелой коже. Маленьким узорам шрамов, которых не так много. Самый главный и страшный – на его лице.

Не уродует, скорее подчеркивает красоту мужчины. Придает дикости, оттеняет его статус и внешность. Горец, воин, определенно. Хочется провести пальцами, ощутить рубцеватую ткань под подушечками.

Но не решаюсь. Кажется, как с хищным зверем. Протяни руку и оттяпает. Съест всю, ни косточки не оставит. Поэтому только смотрю украдкой, а Саид даже не пытается укрыться.

Полностью обнаженный, так близко. Прислонился к спинке кровати, согнул одну ногу в колене. Расслабленный, уверенный. В его движениях всё плавно и легко, в то время как я дергаюсь.

– Можно мне в душ? – спрашиваю, наконец, потому что кожу начинает неприятно стягивать. – Я…

– Ну, беги, пташка. Кратковременный эффект, но пусть.

Кратковременный…

Хаджиев не говорит ничего, но и так понятно. Эта ночь не закончится быстро. Он гонялся за мной семь лет. Просто чтобы доказать – он может поймать. От Саида не уйти.

Догнал, заполучил. И сейчас собирается наверстать всё то, что упустил за столько времени. И имеет на это право, ведь я сама согласилась. Предложила эту сделку, чтобы защитить своих родных.

Адам будет в порядке.

Маму защитят.

Больше меня ничего не волнует. Я не сомневаюсь, что Саид может защитить от Назара. Но при этом не спешу рассказать мужчине о бывшем муже, который преследует.

Я не собираюсь предавать Хаджиева. Это самоубийство, приговор. Но Назар… Нет, это точно не он помогал мне с побегом. Кто-то ещё. Возможно, кто-то, на кого Назар работает?

И если меня семь лет прятали от Саида, то это не просто так. И власть у неизвестного есть. Меня пугает, что если я расскажу Хаджиеву о Назаре, то он сразу разберется с ним.

А что если там, за спиной бывшего мужа, кто-то такой же могущественный? Что если Саид не сможет защитит? Нельзя сомневаться, но при этом…

Сомнения разрывают, проникают глубоко в душу. Прорастают шипами, обвивают всё. Стою под потоками прохладной воды и не могу решится на разговор.

Саид сам оборвал меня, когда я захотела. Да, разговор перед сексом не самый уместный. Но я хотела, была готова… Объяснить, почему именно влезла в эти отношения.

А сейчас – не знаю, как поступить. Саид может легко расправиться с Назаром, эта глава моей жизни закончится. А может стать намного хуже, может…

– Нет!

Выдыхаю, держусь дрожащими пальцами за холодный кафель. Мысли гудят, их слишком много. Чем больше думаю, тем сильнее себя накручиваю. Строю миллион теорий и фантазий.

И каждая страшнее другой.

Мой бывший муж работал на Саида, давным-давно. Украл у него что-то, а после Хаджиев отомстил. Забрал меня у Назара, в качестве наказания. И я не знаю, что было реальным.

Назар украл или мне так только сказали?

Хаджиев видел меня раньше, до нашей первой встречи. Он действительно просто забрал за кражу? Или убрал Назара подальше и соврал мне?

Но сейчас это уже не имеет значения. Назар работал на Саида. А если он все ещё работает? Если Хаджиев послал моего бывшего мужа, чтобы запугать? Легкая угроза матери, чтобы я сдалась.

А если это всё лишь удачный ход мужчины.

Его шах и мат.

Жестокий поступок, благодаря которому я сама пришла. Согласилась на все условия, не буду больше спорить и сопротивляться. Сама предложила своё тело в обмен на защиту от Назара.

Но что, если это именно Саид угрожал мне?