Глава 40

Глава 40

Арфелия

Нира пришла в себя всего через три дня после ареста Тазирского. Нет, она всё ещё была слаба, почти не вставала, и всё так же была вынуждена черпать энергию из артефактов, заряженных Эверли. Но при этом уже могла говорить, хоть и быстро уставала.

К ней тут же явились из полиции. Надеялись, что пострадавшая даст показания, но сказать Данире было нечего. Как она ни старалась, но так и не смогла вспомнить, что же с ней произошло. Более того, из её памяти пропал весь тот злополучный день.

Вызванный следователем специалист подтвердил, что воспоминания девушки стёр менталист. Причём действовал грубо и неумело. Именно его вмешательство тогда усугубило состояние Ниры и добило и без того пострадавшие энергетические каналы.

В итоге полицейские ушли ни с чем, но пообещали всё равно докопаться до истины. А приехавший с ними уже знакомый мне следователь Лойд Лоу клятвенно заверил, что все виновные будут найдены и наказаны.

Новость о собственной магической ущербности Данира восприняла стойко, хотя я прекрасно видела, как сильно она расстроена. Увы, рассказать об участии в Играх я ей не могла, и сообщила лишь, что знаю один способ вернуть ей магию, и сделаю для этого всё возможное. Не уверена, что она мне поверила, но развивать эту тему мы не стали.

Я всё так же приходила к ней каждый день. Стараясь отвлечь её от грустных мыслей, рассказывала ей об академии, о наших соседках, которые каждый день выкидывали что-то новое.

Заверила Ниру, что после выздоровления её всё равно ждёт продолжение учёбы. Даже если магия не вернётся, она сможет остаться просто теоретиком. Преподаватели и наш куратор не собирались её отчислять.

Но если после моих визитов Данира просто становилась немного веселее, то встречи с Тазирским заставляли её по-настоящему сиять. Теперь после учёбы Эверли почти каждый день отправлялся во дворец, а уже ближе к вечеру приходил к Нире и оставался до самого заката. Можно сказать, что он сменял меня на посту в её палате.

Так в общем-то и жили.

***

Так как сегодня был выходной, я пришла к Данире раньше, чем обычно. Вчера ей разрешили вставать и рекомендовали недолгие прогулки по коридору. Подругу я встретила, когда она медленно по стеночке пробиралась к своей палате.

— Не рассчитала силы, — проговорила она, увидев осуждение в моих глазах. — Ты не представляешь, как мне надоело лежать в четырёх стенах.

Я только вздохнула и повела её к постели. Там подложила подушку ей под спину, чтобы она могла сидеть полулёжа. Помогла расположиться удобнее. А когда поправляла на ней одело, из-под рукава чуть задравшегося пиджака стал виден чёрный кожаный браслет с закреплённым на нём артефактом связи. И конечно, внимательная Нира не могла его не заметить.

— Что это, Фел? Откуда? — спросила она, поймав меня за руку. — Он же стóит, как приличный картел, если не больше!

Подруга явно была удивлена. Смотрела на меня с непониманием и недоверием. Пришлось признаваться:

— Мико подарил.

Брови Ниры медленно полезли вверх, а в глазах отразилось поистине безграничное удивление.

— И ты приняла? Серьёзно? — выпалила она со смешком. — Ушам своим не верю! Ты же принципиально отшиваешь всех подряд. А тут вдруг…

— Всё не так. Между нами ничего нет, — поспешила заверить я. — Мы просто дружим. Я ему даже не нравлюсь.

— Тем, кто не нравится, такие подарки не преподносят, — с загадочной улыбкой заметила Нира. — И давно у тебя эта штука? Почему раньше не рассказала?

— Несколько дней. Но надела я его только сегодня. Даже не пыталась ещё никого вызывать. А не сказала… — я пожала плечами. — Не знаю. Думала, тебе не до этого.

— Нет уж, Фел. Рассказывай мне всё! Особенно если это касается мужчины, — она как-то мигом развеселилась и выглядела теперь весьма воодушевлённой. — Признавайся, он тебе нравится?

— Артефакт?

— Мико! — рассмеялась она. — Он, кстати, заходил ко мне вчера. Принёс какие-то экзотические фрукты. Кажется, он назвал их «киви». Сказал, что у нас такие не растут. Ему их откуда-то издалека передали.

— Вкусные?

— Угу, — кивнула подруга. — Хочешь?

И вытащила из тумбочки какое-то коричнево-зелёное яйцо, покрытое мелкими волосинками.

— Что-то не особо, — ответила я.

— Если передумаешь, бери. Только его нужно отчистить от кожуры, как картошку. Чем-то по вкусу напоминает клубнику. Только зелёного цвета.

Я снова отказалась, заверив, что не голодна. А Нира опять вернулась к расспросам о Мико. Пришлось рассказать о том, как мы вообще начали общаться. О ночи, когда она пропала, о поисках. О том, как он меня поддерживал, помогал, искал целителей. И конечно, не могла не поведать о вечере ареста Эверли.

— Да он у нас, оказывается, настоящий герой, — проговорила Данира. — И как мне кажется, к тебе неравнодушен.

— Почему же тогда держится нейтрально? Почему никуда не приглашает? Даже просто погулять?

Про то, как он зазывал меня на свидание во время Игр, пришлось промолчать. Да и не считается тот случай. Он ведь не знал, что Лу — это я. Зато когда узнал, весь его пыл мигом испарился. А тот недопоцелуй на удачу вообще можно считать глупым недоразумением.

— Скажи, а как ты его за артефакт поблагодарила? Хоть в щёчку чмокнула? Ты же вообще подарки принимать не умеешь.

А я вдруг растерянно смутилась. И стало жутко стыдно. Ведь со всеми этими переживаниями и учёбой было как-то не до благодарностей. Да и всю неделю мы виделись исключительно мельком.

— Постой, Фел. Ты что, даже спасибо ему не сказала? — удивлённо выдала Данира. — Правда, что ли?

Я покаянно кивнула и отвела взгляд.

— Но как же так? Он старался, подарок для тебя выбирал. Дорогущий, заметь. А ты…

— Вылетело из головы, — призналась я. — Но обещаю, сегодня обязательно найду его и поблагодарю.

Тут открылась дверь и в палату вошёл Тазирский с коробочкой пирожных и букетом цветов.

— Кого собралась благодарить? — спросил он сходу.

Сам же подошёл к Данире, поцеловал её в губы и опустился во второе кресло, придвинутое к кровати.

— Представляешь, ей Мико артефакт связи подарил, а она ничего ему на это не сказала, — сдала меня подруга, глядя на своего Эвера с нежностью и теплом. — Говорит, что забыла.

— Хватит, Нир. Признаю, мне очень стыдно. Просто… сложная выдалась неделя, — ответила я, вставая. — Вот прямо сейчас и отправлюсь выражать ему свою безмерную благодарность. Эверли, ты знаешь, где твой друг?

— Собирался до самого вечера писать курсовую по воздушным потокам, — ответил он, а у самого в глазах промелькнула хитрая усмешка. — Должен быть в своей комнате в общежитии. Но ты лучше вызови его по своему новому артефакту.

— Нет уж. У меня другая мысль.

Распрощавшись с ребятами, которым теперь моё общество только мешало, я отправилась обратно в академию. Потом долго уговаривала упрямую Виту приготовить пирог, который в прошлый раз так понравился Вайсесу. Та согласилась только после того, как я дала тщательно рассмотреть собственный артефакт связи. Хотя, её тоже можно понять, у неё профессиональный интерес. Она даже некоторые схемы перерисовала себе в блокнот, приговаривая, что это гениально!

В общем, свой пирог я получила почти через два часа. Замотала его в плотную бумагу и уже хотела отправиться к Мико, но бросив взгляд в зеркало, решила переодеться. Нашла в шкафу новое платье, которое купила больше года назад, но так ни разу и не надевала. Повода не было, а тут вот появился.

Наряд мне удивительно шёл. А я уже и забыла, когда в последний раз надевала что-то подобное. Обычно ходила в брюках, тунике и куртке или плаще, как и все студентки-боевики. Да и не хотелось мне раньше для кого-то наряжаться. А тут вдруг нарядилась.

Волосы решила распустить, и они рассыпались по плечам мягкими волнами. Эх, даже пожалела, что летом обрезала их так коротко, всего лишь по плечи, а ведь раньше моя шикарная шевелюра доставала до самой талии.

В общем, когда я спустилась в гостиную, у девочек как раз были традиционные вечерние посиделки, к которым сегодня присоединились и парни. Они весело переговаривались, пили вино и шутили. Но при виде меня как-то все разом замолчали.

— Что? — не поняла я причины столь резкой тишины. — У меня на лице что-то? Или дырка на подоле?

— Ты куда так вырядилась? — первой очнулась от странного оцепенения Бруна. — Вечер на дворе. Скоро ворота закроют.

— Никуда. В гости, — бросила, чуть смутившись. — К подруге.

— Ага, к подруге, — иронично хмыкнула Вита. — И для этого ты в кои-то веки изменила своим привычным брюкам? Я тебя вообще впервые в платье вижу. Да ещё в таком красивом.

— Да ладно вам, — отмахнулась я и направилась к выходу. — Скоро вернусь.

— Ты там поосторожнее с подругой, — хихикнула Шелла. — А то после таких вечерних посиделок у некоторых дети появляются.

Я в ответ только фыркнула и покинула дом.