16

НАЙОМИ.

Заговорщически мне подмигнув, Риджина взяла за руку Эбнера, и они вместе растворились в ближайшей тени. Принцесса мне понравилась, особенно то, что она за словом в карман не лезет, вон как быстро усмирила Линду! И всё же с её уходом я облегчённо выдохнула.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: демоница решила разыграть шахматную партию, и я являюсь одной из фигур на клетчатой доске. Чувствовать себя пешкой в чьей-то игре не слишком приятно. Одно радует – Риджи на моей стороне! Иначе не стала бы хранить мои секреты и дарить защитный амулет.

Я вернулась в штаб, подошла к столу и вздрогнула от неожиданно раздавшегося воя сирены. Сначала сработал рефлекс – я рванула к двери, спеша на построение, и только переступив порог, осознала, что пробежка уже позади, а значит, звучит сигнал тревоги.

Оглядевшись, нашла Обри и побежала к нему. Поравнялась с командиром я вместе с Лендси, подскочившим с другой стороны.

– Мой генерал, в лесу рядом с лагерем происходит что-то странное, вы должны сами взглянуть.

Кивнув, принц посмотрел на меня и хмыкнул:

– Ну что, малец, похоже, не зря доспехи не сняли? Пойдём, выясним, что там происходит.

– А если это Гаспар со своей армией? – прошептала я, сама не понимая, что сейчас чувствую.

Страшно, конечно, но перспектива встретиться с заклятым врагом лицом к лицу будоражит кровь, пробуждая азарт.

– Не думаю. Он не рискнёт вторгнуться на территорию империи Асшаин, да и незаметно подобраться они бы не смогли.

Вот сейчас я предельно точно могла назвать накрывшее с головой чувство – разочарование! Обри мои поникшие плечи и кислое выражение лица понял по-своему…

– Эй, ты же у меня боец, не смей трусить! Первый бой – он самый трудный, но и самый запоминающийся. Что бы там ни было, сожми яйца в кулак и пошли!

Эм-м… А зачем так делать? Как это вообще победить поможет? Ну-у… не знаю, может, у демонов традиция такая? Значит, надо соответствовать! Я послушно опустила ладонь на ширинку, стискивая носок…

Глаза Обри округлились и полезли на лоб.

– Ты что делаешь? Я ведь не в прямом смысле. Отпусти, не то с таким рвением и оторвать недолго.

Сообразив, что это всего лишь выражение, призывающее вести себя мужественно, я покраснела и отдёрнула руку, убрав её за спину. Заметив этот жест, принц разразился громким хохотом. И нисколько не смешно! Откуда бы мне знать подобные мужланские высказывания? Это даже для помощника садовника перебор, а я – принцесса, хоть и пытаюсь это скрыть.

Отсмеявшись, Обри отправился к воротам. Решив, что краснеть и стыдиться сейчас не время, я устремилась следом. Едва мы поднялись по крутым лестницам на оборонительную стену, к принцу подскочил один из караульных.

– К нам что-то приближается, ваше высочество, – указал он пальцем в даль.

Мы с Обри синхронно повернулись. Буквально в километре от лагеря, с той стороны, где раскинулся густой лес, действительно происходило нечто странное: деревья сами собой с хрустом ломались, падая и разгоняя стаи птиц. И полоса поваленных стволов росла, стремительно приближаясь к лагерю.

– Что за чертовщина? – произнесла я, отметив, что набралась от демонов словечек, которые неподобающе произносить приличной девушке.

– Скоро оно до нас дойдёт, и узнаем, – ответил Обри, расслабленно облокачиваясь на стену.

Только напряжённый прищур изумрудных глаз, с которым он смотрел в лес, выдавал, что командир не так спокоен, как хочет казаться.

Ожидание продлилось не дольше десяти минут. Раскидистые ели, плотно обступившие край поляны, рухнули, открыв вид на… голема. Обычный трёхметровый гигант из потрескавшейся глины, с бугристым телом, гладким черепом, красными глазами и светящимся магическим символом на лбу.

Я вижу подобного монстра впервые, но читала о них, к тому же сразу узнала печать пробуждения, которую дриады использовали в древности, оживляя таких помощников. Позже от подобной практики наши предки отказались, потому что големы быстро выходили из-под контроля и становились опасными даже для своих создательниц.

Как это ни парадоксально, но делали их в основном для защиты. Но не только. Конкретно этот, судя по звезде в светящейся печати, – поисковик. Он пробудился с одной-единственной целью: что-то найти и принести хозяину, после чего великан сам по себе превратится в прах.

Вопрос, что ему здесь понадобилось, мучил меня недолго – голем замер и, посмотрев прямо на нас, взвыл:

– Отдайте принцессу!

Я испуганно попятилась и уже намеревалась сбежать, когда стоящий рядом с принцем караульный спросил:

– Что он сказал?

На пару мгновений застыв, я настороженно обернулась, с бьющимся в ускоренном темпе сердцем ожидая ответа командира.

– Понятия не имею. Это старинный язык дриад, который они использовали ещё до того, как эльфийский стал общепринятым языком для всех рас. Но, насколько я знаю, в Кенистоне до сих пор его изучают, как дань уважения предкам.

Я уже обрадовалась, едва не прослезившись от облегчения, как Обри осенило, и он повернулся ко мне.

– Переводи, сопляк. Ты ведь его понимаешь?

– Ну-у… да… – протянула, гадая, как мне вывернуться из щекотливой ситуации.

Сказать «Не переживайте, это за мной» и спрыгнуть со стены на сильные глиняные руки – точно не вариант. Самое ужасное, пока голем не получит то, зачем пришёл, он не отстанет. Что делать-то?!

Тем временем верзиле надоело ждать, когда ему вручат принцессу. Он забавно затопал на месте и, размахивая ручищами, закричал:

– Отдайте! Отдайте! Отдайте!

– Чего он хочет? – поторопил меня Обри.

Глядя на ужимки монстра, я не придумала ничего лучше, как с серьёзным видом сообщить:

– Ему надо по нужде!

Второй раз меньше чем за полчаса глаза принца стали круглыми от изумления. И оба раза я его так приложила! Талант!

– А с каких пор глиняные изваяния мочиться начали? И мне очень интересно, почему ему понадобилось сделать это именно в моём лагере? – спросил Обри с издёвкой. – Так бы и сказал, что язык не знаешь. Что за лодырь мне в ученики достался?

– Зато я знаю, как его убить, – пробормотала я себе под нос, виновато опустив голову.

– И как?

– Если вырезать печать, он превратится в пыль.

Видимо, от злости Обри не вспомнил, что в лагере есть ещё кое-кто, способный перевести требования голема. А я же не враг себе, чтобы напоминать!

Скрипнув зубами, принц скинул с себя доспехи и вообще всю одежду выше пояса, подхватил кинжал, выпустил крылья и взмыл в небо. Приземлившись на плечи великана, он резво сковырнул кусок глины со светящимся символом и сжал его в кулаке, кроша в мелкий песок.

Лишённый магии монстр неловко пошатнулся и рассыпался, поднимая столб пыли, окутавший зависшего в воздухе демона.