Глава 26. Ян

Никогда не видел картины прекраснее. Маленькая дикая рысь подносит розу к лицу, прикрывает глаза и втягивает носом аромат, а потом смотрит на меня исподлобья, не убирая цветок, продолжая наслаждаться его запахом.

Белла сказала, что Ева за весь день ничего толком не съела, не считая кружки чая с бутербродом на завтрак. Форменный беспредел. Мне еще голодовок тут не хватало. И как же удачно, что я заехал в «Тао-Сити Фуд». Сейчас я ее заставлю поесть. Мы поужинаем вместе. А если Краснова заартачится, буду кормить с ложки.

- Вставай, - поднимаюсь с кровати. - Прогуляемся.

- Зачем? Куда? - тут же напрягается. Боже, она восхитительна.

- Скоро узнаешь. Идем, идем… Или ходить ты тоже не можешь? - обхожу кровать и беру свою куколку на руки. - Так, я донесу.

- Отпусти меня, - инстинктивно прижимает розу к груди. - Я могу ходить.

- Ну да, я забыл, что ты у нас гипер самостоятельная, - опять щетинится. - Только в этом доме мы играем по моим правилам.

Хочется ощущать ее, прижимать к себе. Но еще больше хочется уложить ее на спину, раздвинуть эти стройные ножки и наполнить дикарку собой. Войти в нее до упора. Однако… половой покой.

Так и несу засранку в гостиную. А там уже все готово. На кофейном столике расставлены привезенные мной контейнеры с тайской едой, как и фрукты - манго, папайя, личи, мангустины. Конечно, я мог бы совершенно спокойно обойтись без всех этих расшаркиваний. У меня с куклами не было ни свиданий, кроме секс-свиданий в постели, ни задушевных бесед. Все это вне формата игры. Но с Евой… просто с ней нельзя быть самим собой. Так что, надо тупо стиснуть зубы и перетерпеть этот непростой для нее период. Впереди у нас достаточно времени, чтобы испробовать то, что мне нравится. А пока… пока придется побыть заботливым и участливым.

Девчонка тем временем заинтересованно осматривает все, что лежит на столе, вижу, как принюхивается. Ну, точно рысь… Вдруг переводит на меня взволнованный взгляд.

- Это ведь та самая гостиная, тот самый стол…

- Да.

- Почему ты выбрал эту комнату?

На что пожимаю плечами. И, правда, не знаю почему. Да и какая разница?

- Садись, - киваю на ковер. - Бери палочки и ешь.

- А можно вилку? - закусывает губу. - С палочками не срослось.

- Серьезно? Ты не умеешь есть палочками? - неужели юлит? Не боится, интересно, переиграть? Покажите мне хоть одну современную молодую девчонку, которая не умеет пользоваться палочками?

- Говорю же, не срослось. С суши-барах я всегда брала тренировочные, ими дело и ограничивалось. Ты так спрашиваешь, - улыбается и опускает голову, отчего половина лица скрывается в тени челки, только нос и пухлые губы остаются на виду. Нет, ну это издевательство.

- Как?

- Словно я какая-то отсталая, если не умею. А кто-то до сих пор плавать не умеет, несмотря на то, что двадцать первый век на дворе. А кто-то спит с включенным светом, потому что боится подкроватных монстров. И что с того?

- Ладно, убедила. Но сегодня мы будем есть палочками.

На что она вдруг смеется:

- Что-то вспомнился момент из «Убить Билла», - поясняет свою неожиданную веселость, - как мастер учил есть палочками Черную Мамбу.

- Думаешь, буду так же? - сажусь на пол по-турецки. - Палкой по балде?

- Надеюсь, нет, - тоже опускается, но садится как гейша. Ох, малышка, как же я тебя хочу.

Ева еще какое-то время присматривается к еде. А ведь хочет есть.

- Что выбираешь?

- Если бы я еще знала, что здесь из чего, - косится на фрукты. У меня же встаёт, когда представляю, как выложил бы дорожку из кусочков манго на ее животе.

- Есть яичная лапша с креветками и овощами, жареный рис с курицей в кисло-сладком соусе, карри с морепродуктами и, кажется, - заглядываю в очередную коробочку, - роти - блины с яйцом.

- Жареный рис, - берет коробку в руки.

Черт, каждое ее движение пропитано чувственностью. Причем она не старается, не играет, она такая сама по себе. Угораздило же меня наткнуться на этот Аленький цветочек, который я сорвал, притащил к себе домой и сижу теперь как дебил, толком не знаю, что с ним делать, как правильно ухаживать, чтобы не завял раньше времени.

- Палочки, - протягиваю ей упаковку с одноразовыми палочками.

Она нехотя раскрывает их, неумело зажимает между пальцами. Н-да, кажется, наш ужин затянется. Еще минут пять я наблюдаю, как Краснова борется с куском курицы, пытаясь его прихватить хоть как-нибудь, в итоге со злостью втыкает палочки в рис и отставляет от себя коробок.

- Все? - усмехаюсь. - Сдалась?

- А тебе это нравится? - бросает на меня гневный взгляд.

- Что нравится?

- Смотреть, как я тут бестолково ковыряюсь. Знаешь, я наелась. Спасибо, - и уже собирается встать. Ну, нет, милая. Не так быстро.

- Сядь, - говорю жестко, зато действует. Ева мигом выпрямляется как школьница за партой, руки кладет на колени. - А теперь перебирайся ко мне. Вместе с палочками и курицей.

Она колеблется, но деваться ей некуда, поэтому берет все и садится рядом со мной. А я немного отодвигаюсь от стола и развожу ноги.

- Иди сюда, сядешь ко мне спиной.

- Так ли это…

- Без разговоров, куколка. Я сказал, ты сделала.

Когда Ева оказывается между ног, мне приходится с минуту-другую переждать острый приступ возбуждения, только потом беру ее палочки, правильно вкладываю ей в руку. Кисть у Красновой настолько миниатюрная и тонкая, что без труда обхватываю ее.

- Вот так, - показываю, как нужно работать пальцами. - Давай свой рис, - второй рукой она берет коробку. И мы вместе достаем оттуда кусок курицы. - Теперь открой рот.

- Я не маленькая, - бурчит себе под нос.

- А кто говорит, что маленькая. Хотя… для меня мелковата будешь, - и не получается удержаться, целую ее в шею. - Вчера я в тебе еле поместился, - на что она вздрагивает, а на выдохе открывает рот. - Умница.

Так малышка и ест фактически из моих рук. Я бы мог ее отпустить, азы показал, дальше сама бы справилась, но не хочу. После риса пододвигаю коробку с блинами.

- Их можно руками, - веду губами по нежному плечу.

- Я уже наелась, - отворачивается поганка.

- А я нет. Пока что мы кормили тебя одну.

- Извини, - сразу снимает прозрачную крышку с контейнера, но тут же застывает.

- Бери, я жду.

Кое-как достает кусочек скрученного блина:

- Соус?

- Угу.

Макает в соевый соус, после чего подносит к моим губам, а по ее пальчикам тем временем бегут капельки соуса. Мне бы сейчас тебя, крошка, а не этот кусок теста. Но беру в рот блин, затем перехватываю ее руку и слизываю с пальцев соус, отчего Ева краснеет и снова отворачивается. Была бы на ее месте любая другая, уже бы развернулась ко мне и сама принялась вылизывать, причем не только руки. Хотя нет… не стала бы, потому что подобных ужинов я не устраиваю с куклами.

- Еще?

- Себе, - улыбаюсь и в то же время чувствую, как что-то ускользает от меня, что-то очень важное, что-то я теряю.

Ева уже послушно берет второй блин и запихивает себе в рот, из-за чего одна щека забавно надувается. Ну вот, это уже не рысь, а маленький хомяк. Правда, хомяка я не хочу, я хочу рысь:

- У нас еще много чего осталось нетронутым.

- Я больше не могу, - уверенно мотает головой. - Если ты решил меня сегодня пытать едой, то…

- Возьми кусочек манго.

А когда она берет, я обхватываю свою объевшуюся рысь за талию и вместе с ней пересаживаюсь к дивану, прислоняюсь к нему спиной:

- Сними с себя все, кроме трусиков.

- Ян, ты ведь…

- Ева, я в курсе того, что вчера между нами произошло. Просто сделай так, как тебя просят.

Но девчонка все равно начинает нервничать, тогда помогаю ей расстегнуть рубашку, стягиваю лифчик на живот, а она свободной рукой снимает с себя шорты.

- Разведи ноги в стороны и откинься головой мне на грудь, и глаза закрой, - забираю у нее манго.

Пару секунд спустя Ева уже часто дышит, инстинктивно сжимает мои колени, ведь я веду кусочком манго по ее груди, обвожу каждый сосок, спускаюсь ниже по животу, добираюсь до лобка, после отодвигаю трусики в сторону и касаюсь фруктом клитора. Бедняжка тотчас вся съеживается, соски мгновенно твердеют, кожа покрывается мурашками.

- Знаешь, - отправляю этот кусочек себе в рот, - ты куда вкуснее, Ева, - и снова кладу руку ей на лобок, а трусики возвращаю на место - Когда у тебя все заживет, - вожу пальцами по атласной ткани вверх-вниз, - мы с тобой будем заниматься сексом каждый день, и каждый раз я буду брать тебя по-разному. Мне не терпится попробовать твой сладкий ротик, твою попку и, конечно же, ее, - надавливаю на клитор.

- И ты будешь брать меня, как привык.

- А ты разве знаешь, как я привык?

- Весь твой договор пропитан дичью.

- Нет, дорогая. Я тебе уже говорил, что мне нравится экспериментировать. БДСМ в чистом виде меня никогда не привлекал. Извратом тоже не балуюсь.

Все эти разговоры, прикосновения, ее сбившееся дыхание, все это порождает дикое желание, от которого хочется избавиться одним единственным правильным путем. И я разворачиваю Еву к себе лицом.

- Расстегни мои джинсы, - ее грудь, дьявол, ее охренительная грудь, ее влажные трусики. Скоро я доберусь до всего, скоро оно всё станет моим. Хотя, оно уже моё.

В синих глазах плещется вопрос вперемешку с волнением, страхом, но Краснова, молча, расстегивает брюки, которые я вместе с трусами стягиваю до колен. Моя куколка чуть ли не ахает. Да, милая, именно так я хочу тебя. И усаживаю ее обратно на себя.

- Обхвати его одной рукой, - киваю на член.

Ева и тут преодолевает свой испуг - обхватывает член у самой головки, конечно же, снова краснеет, зажмуривается, но мне уже плевать. Пусть хоть сгорит от стыда. Тогда же показываю, как надо касаться, с какой силой сжимать, затем беру ее под бедра, прижимаю к себе, вынуждаю двигаться вперед-назад. Буквально через минуту меня накрывает. Сперма попадает Еве на живот, грудь. И как же забавно она растопыривает пальцы, которые тоже перепачканы мной.

- Иди сюда, - тяну ее на себя, из-за чего Краснова упирается этой самой рукой мне в живот. - Поцелуй.

Но ответной реакции не жду, сам целую эту малышку. С ней хорошо, с ней безумно хорошо. Она пахнет, она дышит, она боится, она ест и пьет так, как мне нравится. И эти пухлые губы, которые я сейчас ласкаю своими, они мои. Краснова принадлежит только мне. Понимание этого рвет сознание, дарит странную болезненную эйфорию.

А когда мозги более или менее встают на место, вижу, что зашел уже слишком далеко. У нас есть правила игры, у меня они есть, и я не должен их нарушать.

- Иди в душ, - снимаю ее с себя. - Фрукты тебе в комнату принесет Белла. Голодать ты не будешь, Ева. Запомни это. Не в моем доме.

Затем поднимаюсь, натягиваю штаны и ухожу. Все, хватит… сеанс под названием «заботливый Ян» закончен.