*22*
Оля с Лёхой ждали нас в одном из небольших подсобных цехов. В просторном помещении оказалось не просто грязно, а о-очень грязно, будто цех когда-то вымазали сажей, а потом всё это покрылось толстым слоем пыли, в том числе большие, почти во всю стену, окна. В каждом углу стояли какие-то невообразимые железные агрегаты, намертво прикрученные к полу огромными болтами — токарные и фрезерные станки, как мимоходом упомянул Костя. Ещё он посоветовал быть аккуратнее и смотреть под ноги, ибо везде — на полу, на подоконниках, на многочисленных стеллажах и шкафах, тянущихся вдоль стен — везде под подушкой из многолетней грязи лежала металлическая стружка.
Здесь же шла невысокая лестница, ведущая на небольшую площадку, занимавшую четверть пространства под потолком, где, по всей видимости, находились несколько кабинетов начальства. И откуда нам махала рукой улыбающаяся Оля…
— Нашлись потеряшки? — она спустилась на пару ступенек, протягивая руки и заключая в объятия сначала меня, потом Ленку. — Ну слава Богу…
Костик только усмехнулся, обгоняя нас и сворачивая в одну из дверей. Кивнул Лёхе, и тот без вопросов последовал за ним… Вот так всегда — как мужикам надо поговорить, так сразу полная конспирация, а как женщинам — можно и подслушать… Тьфу.
Костя выглянул из кабинета через секунду.
— Ин! Забыл… Возьми пакет! — он протянул мне продукты, покопался в кармане и достал складной ножик. — На, колбасу порежешь… Только осторожнее, не сломай инструмент. И принеси нам хоть бутерброд какой-нибудь потом.
Он подмигнул мне, снова скрываясь за дверью… Ну вот, ещё обслуживай их теперь!
Я глубоко вздохнула, поджимая губы. Ни стыда, ни совести. Неизвестно ещё, кстати, почему жена от него ушла — мне начинает казаться, что далеко не только из-за работы…
Оля долго кудахтала над продуктами, обнимала и жалела Ленку, когда та сбивчивым односложными фразами без подробностей объясняла ей, откуда у нас этот пакет. Я только косилась на них, не встревая в общение — после нашего разговора девчонке действительно нужна поддержка и сочувствие, на которые я оказалась, увы, не способна. Впрочем, прислушиваясь изредка к их беседе, я с удивлением понимала, что Оля не столько рыдает над несчастной Ленкиной судьбой, сколько убеждает её в том, что Лена — сильная женщина, справится. И с собой справится, и с мужем, раз уж так получилось… И в целом я была согласна с такой позицией. Просто доносить это так мягко и аккуратно я не умею…
Я отдала Ольге ножик, и та принялась прямо на подоконнике кромсать колбасу, попутно воруя пальцами то салат, то кусочек хлеба…
От запаха кружилась голова. Мне тоже хотелось есть… Но при мысли о том, как меня тошнило скумбрией, я только прикрывала глаза и нервно сглатывала слюну — нет, надо подождать немного.
— Пойду покурю, пока Костик не видит, — я кисло улыбнулась девчонкам.
— Так кури тут, Ин! Ну вон на первый этаж спускайся и кури! — Оля с тревогой уставилась на меня. — Пропадёшь ещё опять… Так хорошо, когда мы все вместе…
— Не пропаду! — я тихо рассмеялась. — Я в проходе постою, не переживай, Оль…
Я быстро спустилась по ступенькам, торопливо пересекла цех, молясь про себя только о том, чтоб в этот момент не вышел Костик — с ним теперь, наверное, даже в проходе постоять не прокатит…
Вышла из здания. Прикурила, плюхнулась на старую деревянную лавочку на железных лапах, стоявшую под навесом прямо у входа и сохранившуюся, наверное, только потому, что её в своё время залили несколькими вёдрами краски, ибо нанесённый слой коричневого покрытия, давно шелушащийся от времени, действительно впечатлял.
Подняла глаза в безмятежно голубое высокое небо — солнечно опять… Деревья шумят, сбрасывая на траву редкие пожелтевшие листья, кузнечики поют… Если забыть обо всём творящемся здесь кошмаре, то даже почти хорошо — есть еда, сигареты, есть крыша над головой на случай дождя, есть компания…
…Неожиданно для себя вздрогнула, внезапно поймав непривычное ощущение опасности. Или это просто настроение портится под осознанием реальности?! Всё-таки испытывать такое умиротворение в данных обстоятельствах — ненормально, наверное…
Нет. Голоса. Тихие совсем… Просто звуки… Едва слышные, будто осторожные, сдержанные… Прямо за маленьким покосившимся железным гаражом, стоявшим перпендикулярно токарному цеху и почти соприкасаясь с ним углами…
Напряглась… Как-то запоздало испугалась, сердце вихрем взметнулось к горлу… Я дёрнулась обратно в проход, но мгновенно передумала — если меня уже увидели, то я подставлю тех, кто внутри… Замерла на месте, растерянно оборачиваясь к гаражу…
Тишина. Блять… Ну мне же не показалось?! Или показалось…
Тихий смех… Женский?!
Или у меня реально едет крыша?!
Может, Лида? Маша? Катя?
Я глубоко вздохнула, пытаясь трезво оценить свои возможности. Если там кто-то из женщин — это всё меняет! Тем более, просто разговор…
Сделала несколько шагов вдоль стены, остановилась, пытаясь унять стук сердца. Медленно приблизилась к углу, граничащему с гаражом, осторожно заглянула в узкую, шириной не более полуметра, щель…
В тени зданий на расстоянии десяти метров от меня среди высокой травы и полусухих кустов стояли двое — женщина и мужчина. В обнимку, что-то тихо шепча друг другу и улыбаясь.
Я тупо хлопнула ресницами, не веря своим глазам… Маша. Её я узнала сразу. А мужчина… Охотник?! Или у меня просто галлюцинации?!
Отступила от угла. Прислонилась спиной к стене. Это вообще… что? Вот за это пожрать дают?!
Это какое-то безумие…
Я снова выглянула из-за стены. Сглотнула слюну, захлопывая открывшийся было рот и наблюдая за тем, как Машка смущённо, но весьма охотно выгибается в чужих объятиях, в то время как мужская ладонь в чертой перчатке задирает её белую футболку и шарится по тощей груди… На угрозы это меньше всего похоже.
Я перевела взгляд на лицо охотника. Высокий лоб, гладковыбритый подбородок, одобрительная улыбка, играющая на тонких губах…
Вашу мать, да я же знаю этого товарища! Это же ему я… Чёрт. Это ему я делала минет в первую ночь. Маразм натуральный…
Я отвернулась от угла ко входу. Едва не заорала, натыкаясь взглядом на Костю, стоявшего в нескольких метрах от меня и мгновенно прижавшего палец к губам… Тьфу-ты, чёрт!
Покорно подошла к двери, вошла за Костиком в цех. Почти сразу он оглянулся ко мне.
— Это Маша? — он задал вопрос едва слышным шёпотом, указывая глазами на улицу.
Я только кивнула. Тоже видел значит…
Костя наморщил лоб, явно прикидывая, как сейчас лучше поступить. Поднял на меня серьёзные глаза, тихо произнес:
— Надо проследить.
Я снова кивнула, глядя на беззаботно болтающих на втором этаже Ленку и Олю и лопающего салат Лёху.
— Не говори им, — практически прочитала по Костиным губам. — И не высовыйся.
Кивнула в третий раз.
Костик недовольно стиснул зубы, прошёл мимо меня. Осторожно выглянул на улицу… Исчез за стеной…
Охренеть. Опять всех бросил. Лишь бы в драку не полез…
Однако Костя вернулся через минуту, я не успела даже прикурить сигарету.
— Они разошлись. Пошли, — он схватил меня за руку, торопливо увлекая на улицу. — Пойдёшь за ней. Сделаешь вид, что случайно встретились, приведёшь сюда. Не говори, что видела их двоих. Посмотрим, что она сама расскажет. Если она с ними заодно окажется…
Он не договорил, но последнюю фразу произнёс так многозначительно, что у меня невольно поробежали по позвоночнику мурашки…
— А ты?
— А я за ним… — Костя дёрнул плечом, будто это само собой разумеющееся.
Он больше не взглянул на меня, небрежно указав взглядом в направлении гаража. Сам быстро зашагал в противоположную сторону к основной дороге…
Несколько секунд со злостью смотрела ему в след. Мог бы поинтересоваться, конечно, что я думаю обо всём этом… Хотя, он по сути прав, и я предложила бы то же самое… Но спросить не помешало бы, да.
Я побрела к гаражу. Обошла небольшую канаву, свернула за угол…
Маша шла уже у перекрёстка, опустив голову и явно погрузившись в собственные мысли. Интересно, куда она вообще направляется? Может, тоже до конца за ней подглядеть? Впрочем, спорить с Костей и что-то там потом доказывать мне как-то больше не хочется…
Я выждала три минуты, пока Маше не свернула по траве мимо каменного высокого строения в сторону центра. Пробежала до развилки, боясь упустить её из виду… Ну тут уже можно.
— Маша! — я округлила радостные глаза, бросаясь следом за девушкой. — Ну надо же…
Машка удивлённо оглянулась. Тут же широко улыбнулась…
— Инна?! Приве-ет!
Да, на ту испуганную Машу, которая пряталась со мной в узком закутке в первый день начала этого ада, она определённо больше не похожа…
— Привет… — я быстро осмотрела её более-менее чистую одежду. — А ты… как тут оказалась?
Улыбка тут же спала с её лица, взгляд потускнел и стал тревожным…
— Мы там с Максом, Катей и Ромой… Меня Максим послал… — она замялась, краснея и пряча глаза. — За едой послал, в общем.
Она подняла голову, ожидая моих вопросов.
Не стала её мучить…
— Сам послал трахаться к охотникам? — я вскинула бровь.
На лице Маши отразилось явное облегчение от того, что не нужно ничего объяснять.
— Да… Я пару дней назад первый раз к ним попала… — она грустно усмехнулась. — Он вот опять отправил…
Я только понимающе кивнула. Охренеть.
— А Катю почему он не отправил? — это единственное, что мне пришло в голову спросить.
Она пожала плечами.
— Потому что я уже была, значит, мне проще… — она обиженно шмыгнула носом. — А с Катей у них с Максом трудно, она не пойдёт всё равно… Она сказала, что если и пойдёт, то к нам уже не вернётся, одна будет… Мол зачем возвращаться, если с едой она и одна справится…
Я немного опешила от её объяснений. Но вообще логично, да…
— М-м-м… — я покивала головой. — Пошли к нам? Охотники только сегодня нашу Лену отпустили, вряд ли они уже успели ещё один мешок с едой приготовить…
Машка заметно напряглась…
— Сегодня отпустили? Во сколько?
— Утром. Её сутки не было, — я не спускала взгляд её лица.
Девушка промолчала, глубоко дыша.
— Как она? И… С кем была так долго, не рассказывала? — она неловко поправила манжет спортивной кофты.
— С двумя сразу, — я выдохнула. — Плохо она…
На этот раз Маша действительно искренне распахнула на меня глаза, бледнея и испуганно открывая рот в попытке что-то сказать…
— С двумя?! Я… с одним…
Я с силой прикусила язык, дабы не спросить о том, не с тем ли самым, с которым она сейчас миловалась за гаражом. Он ей реально понравился?! По коже прокатился озноб… Он же один из них! Он — охотник! Он чуть не придушил меня в первую ночь! Не исключено, что это он связал Олю! И он, возможно, стрелял в Рому!
Впрочем, как и Артём…
Я глубоко вздохнула.
Не моё дело, кто там Маше нравится. И уж тем более меня не касается, кому она там отсосала достаточно хорошо для того, чтобы её потом зажимали и тискали тайно от всех.
— Ну, Маш?! — я с трудом улыбнулась. — Пойдёшь к нам в гости? Там Лена, Оля, Лёха и Костя…
— Вас так много? — Маша округлила глаза. — Нас намного меньше…
— Пошли! — я взяла девушку под руку, увлекая её обратно к токарному цеху. — Я, кстати, видела одного охотника буквально десять минут назад, представляешь? Как раз недалеко отсюда, прям рядом с тем цехом, где мы сейчас осели… Еле спряталась…
Чувствовала, как напрягся локоть под моей ладонью…
— Правда?.. — Маша невразумительно охнула. — Надо же… Хорошо, что я его не встретила…
Нет, я умею врать. И слышать ложь тоже умею. Но это просто комбо, тошнит от нас обеих…
Да, я догадывалась о том, что Маша занервничает ещё сильнее, когда поймёт, куда мы направляемся. Стандартные окна токарного цеха не выходили в этот маленький закуток между стеной и гаражом, где девушка и её кавалер так душевно общались, но на уровне второго этажа шли узкие крошечные окошки из толстого зелёного стекла, расположенные, скорее всего, в туалетах или кладовках. Похоже, именно через одно из них, частично разбитое, Костя и спалил эту милующуюся парочку…
Однако все волнения как-то разом улеглись, когда нас встретили удивлённые восторженные возгласы Оли и Лены. Маша, кажется, искренне радовалась встрече, от души обнималась со всеми, даже с Лёхой, задавала обычные и на первый взгляд совсем не провокационные вопросы.
Не может она быть на стороне охотников. Слишком она… простая и искренняя, что ли… Или мне просто очень хочется в это верить. Да чёрт с ней, пусть Костя лично разбирается и делает выводы, если ему так важно это. Мне вообще всё равно по большому счёту.
Сам Костик вернулся лишь через несколько часов. Быстро взбежал по лестнице на второй этаж, изобразил вполне правдоподобное приветливое удивление на лице при виде Маши, приобнял смутившуюся девушку…
Я лишь лениво кивнула ему в знак приветствия, отворачиваясь к окну и не желая демонстрировать накатившие вдруг эмоции. Странное вообще чувство от его возвращения… Облегчение. Я не скучала по нему, но в глубине души действительно переживала. Боялась, что он не вернётся больше, что его, как Рому, просто расстреляют… Нет, ничего личного. Банально было бы жаль, ибо нас и так слишком мало осталось, и далеко не все могут похвастаться качествами, присущими этому конкретному человеку. Незаменимых людей нет, и всё же… Здесь и кандидатов на замену тупо не существует. Да и вообще, что может быть ценнее человеческой жизни?! Наверное, это то единственное, чего всегда жаль, в любых обстоятельствах…
— Ин!
Я растерянно подняла голову…
Костя смотрел на меня прямым многозначительным взглядом, едва заметно кивнул в сторону кабинета, в котором до этого удинялся с Лёхой.
Я глубоко вздохнула, с сожалением поднимаясь с уютного широкого подоконника, где я успела даже немного подремать до Костиного возвращения. Лишь бы в моё отсутствие никто не занял это удобное место для отдыха, ибо я сама лично целый час по миллиметру вычищала грязь с деревянной поверхности и разгребала мусор рядом, освобождая удобный подход к окну. Не хочется уступать эту лежанку с видом на две заросшие клумбы кому-то другому…
Едва я вошла в небольшое помещение, сохранившиеся почти в первозданном виде, если не считать отсыревших от времени стен с пузырящимися, но относительно целыми обоями, на которых даже ещё можно было рассмотреть рисунок, выбитого стекла в одной половине оконного проёма и упавшего поперёк кабинета шкафа, почти превратившегося в труху, как Костя резко повернулся ко мне.
— Ну, что думаешь о ней, Ин? — он сунул руки в карманы куртки, прислоняясь плечом к стене, едва за мной закрылась хлипкая дверь.
Я поёжилась — на мой подоконник попадали солнечные лучи, и там было тепло, а здесь теневая сторона, прохладно…
— Тебе правду о том, что я думаю, или просто перечислить возможные варианты? — я холодно усмехнулась. — Я не хочу нести ответственность за озвучивание собственных впечатлений…
— Да брось, Ин! — Костя нетерпеливо потоптался на месте. — Варианты я и так знаю. Хочу послушать женское мнение.
Разумно. Слушать женское мнение только там, где мужская логика может не справиться и подвести, да.
— Я думаю, — я подчёркнуто надавила голосом на эти слова, — что нихрена эта дурочка не с ними. Она с этим трахнулась, когда он её поймал, всё. А уж потом… Не знаю, что он там ей наговорил про красивые глаза и неземные чувства, но она повелась. Тем более мужик реально симпатичный, хоть и старше её прилично…
Костик вскинул брови и осклабился:
— А ты мужика так хорошо рассмотрела?
С каким-то злорадно-мстительным чувством процедила, глядя ему в глаза:
— Я ему отсосала в первую ночь здесь. Да-да, когда ты меня бросил одну и пошёл искать остальных… Вполне себе разглядела всё что нужно.
Костя не перестал ухмыляться, хотя разбитая губа заметно дрогнула. Только взгляд чуть потемнел и сузился, блуждая по моему лицу.
— Даже так…
— Мы о Маше говорили, — напомнила с показным удовлетворением, улыбнувшись в ответ.
— Ну так продолжай, — Костя рявкнул, выходя из себя.
Я демонстративно отвернулась, опустила голову.
— Они встречались может пару-тройку раз всего. Ну мне так показалось, потому что очень она переживала, кто там ночью Ленку драл… Я бы поговорила с ней начистоту.
Костик прикрыл глаза и устало потёр лоб ладонью.
— Блять… Неужели вы, бабы, реально такие дуры бываете… Лучше бы она в сговоре с ними была, чем без толку ноги раздвигать…
Я пожала плечами.
— Я могу ошибаться, Кость. Дай мне поговорить с ней…
Не ожидала, что он так сразу согласится. Однако после минутного молчания Костя задумчиво махнул рукой и кивнул.
— Говори, если хочешь. У тебя есть пара часов.
Я с удивлением подняла глаза, но он не обратил внимания на мой немой вопрос.
— Почему только пара часов, Кость? А потом?!
— Потом посмотрим… — Костик рассеянно улыбнулся, схватил меня за талию и привлёк к себе, со всей очевидностью намекая на то, что не собирается никого посвящать в свои планы. — А сейчас я спать хочу… Составишь компанию, Ин?
Я цинично хмыкнула, привычно упираясь ладонями в его плечи и заталкивая поглубже чувство досады.
— Если это попытка съехать и не отвечать на мой вопрос, то она засчитана, — я отвела глаза, всё ещё избегая смотреть на уродливые синяки на Костином лице при свете дня. — Я не хочу спать, я хочу с Машей поговорить, мне самой интересно…
— Только без свидетелей давайте, — Костя нахмурил брови. — Я и так не знаю теперь, чего от вас, баб, ждать…
— Ну понятное дело, без свидетелей, — я неожиданно для себя перестала сопротивляться, позволяя Костику приподнять ладонью мой подбородок и легко коснуться губами моих губ.
На секунду полоснула обида за мелькнувшую на его лице самодовольную усмешку — я просто хочу уйти к Маше, а не целоваться с ним, как могло бы показаться. Впрочем, пусть Костя думает что хочет, только отпустит уже…
***
Лена проводила нас слишком красноречивым взглядом, когда я позвала Машу на прогулку и решительно подхватила её под руку, не дожидаясь согласия. Да, наверное, я сейчас выгляжу предательницей в Ленкиных глазах, но я ведь не обещала ей крепкую дружбу на веки вечные, да?! Или всё-таки обещала, сама того не желая… В любом случае, сейчас не до того.
Я нарочно вывела Машку на улицу. Провела её вокруг цеха, заставив свернуть в тот самый закуток между боковой стеной здания и гаражом, где, кажется, до сих пор осталась едва заметная дорожка из травы, примятой чужими шагами…
Была не была. Я не стала искать подходящие слова и ходить вокруг да около. Повернулась к притихшей девушке, прикурила сигарету, глядя ей прямо в глаза… Заговорила спокойно, будто заранее благосклонно относясь к любому её ответу:
— Маш, тут такое дело… — я не ответила на её робкую улыбку. — Я видела тебя здесь несколько часов назад. На этом самом месте.
Невозможно было не заметить, как отшатнулась от меня девчонка, как и без того огромные глазища стали ещё больше, как задрожали бледные губы, а щёки наоборот стали пунцовыми…
— Да не пугайся ты, Маш. Больше никто не в курсе, — я шумно выдохнула, стряхивая пепел под ноги и опуская голову. — Но раз уж я стала невольным свидетелем весьма впечатляющего зрелища, думаю, я имею некоторое право поинтересоваться, что именно я видела… Так что это было, Маш?
Я снова подняла взгляд, на этот раз нетерпеливый и бескомпромиссный, не желая давать ей лишнее время на раздумья. Интересное ощущение — жалко её, особенно когда она вот так судорожно хватает открытым ртом воздух, кусает губы, тискает ладошками карманы спортивной кофты, смотрит испуганным зверьком… А с другой стороны не жаль ни капли — я действительно не причиню ей никакого вреда, и так опасаться и нервничать ей совершенно не обязательно.
— Ты на их стороне, Маш? — я сузила глаза. — Ты знала, что мы тут, и пришла специально, чтобы узнать о наших планах?
Девушка отчаянно замотала головой, не скупясь на заструившиеся по щекам слёзы. Ничего не ответила…
— Или это твой знакомый, и вы общались ещё за периметром? — я сделала затяжку, не спуская пристальный взгляд с её исказившегося плачем лица.
— Нет конечно, Ин! — она уставилась на меня как на ненормальную. — Стала бы я иначе торчать до сих пор тут…
Я пожала плечами.
— Ну у меня здесь бывший муж оказался, а я вот торчу. До сих пор. Может и у тебя похожая ситуация…
Маша, кажется, мгновенно забыла о слезах — милое личико вполне искренне вытянулось от неподдельного удивления.
— Муж? Твой? Здесь?!
— Бывший, — я кивнула. — И да, мне тоже довелось с ним пообщаться наедине, ибо он тоже охотник. Правда, такой задушевной беседы, как у вас, у нас не вышло…
— Да нет, Ин! — Маша опустила голову, кусая губу. — Понимаешь… Я… Мы здесь познакомились… Вот буквально два дня назад… Когда меня случайно нашли…
Я с интересом выгнула брови.
— Познакомились? То есть когда он тебя поймал, затащил куда-то там к себе, трахнул, дал еды и отправил восвояси дальше прятаться от других охотников — это познакомились?! — я холодно усмехнулась. — Замуж не звал ещё, Маш? Или на втором свидании приличных девушек ещё не сватают? Как оно тут вообще всё происходит, а?
Я не хотела говорить с ней таким тоном, но, черт побери, не сдержалась. Я не со зла, но это действительно звучит нелепо. Наверное, Костя в чём-то прав — дуры мы, бабы…
— Да причём тут замуж, Ин! — Машка вздёрнула подбородок, обнимая себя за плечи. — Я же не идиотка совсем, я же всё понимаю…
Хотелось съязвить, нагрубить в ответ, ибо она реально молода и глупа… Но я лишь глубоко вздохнула, бросая на землю окурок и наступая на него кроссовком.
— Расскажешь, Маш? — я постаралась придать голосу спокойные располагающие интонации. — Беда в том, что пока ты являешься одной из нас, подобные события касаются всех, понимаешь?..
Маша отвела взгляд, опустила голову. Тихо ответила:
— Понимаю конечно…
Я выжидательно молчала, с каким-то интересом изучая написанную на лице девчонки растерянность. Вот она, главная проблема её возраста — сделать что-то, а потом не знать как отвечать за это…
Я сама подобной неопределённостью никогда не страдала. Ну точнее, косячила я не меньше остальных, конечно, даже, пожалуй, больше, но никогда не боялась признать и отстоять свой выбор. Ну по крайней мере до тех пор, пока мне искренне казалось, что у меня есть этот выбор… Наверное, поэтому Артём всегда принимал как данность любой мой поступок — знал, что если я это сделала, то в любом случае готова нести ответственность за содеянное. И он наверняка даже не догадывался о том, как сложно мне это давалось зачастую…
Я тряхнула головой, отгоняя неуместные мысли о бывшем муже, когда Маша наконец-то зашептала срывающимся голосом, будто оправдываясь:
— Ин, ты не поймёшь… У меня мужика нормального два года не было… Да нахрен нормального! Никакого не было! С тех пор, как мой меня беременную бросил! — она всхлипнула, истерично усмехнулась, качая головой. — У меня родители — педагоги со стажем, оба, правильные все… Я с четырёх лет, сколько себя помню, занималась спортом — сначала танцами, потом гимнастикой, потом атлетикой…
Она замолчала, а я терпеливо вздохнула, готовясь выслушать какую-нибудь сопливую историю из детства — отличный способ надавить на жалость собеседника, да. Жаль, что не по адресу — меня Машкино прошлое совершенно не интересует, меня в некотором роде волнует собственное настоящее.
— …А я не хотела, Ин. Я в художку хотела… И даже пошла, от класса… Только через два года бросила, потому что времени на неё совсем не оставалось… Не гимнастику бросила, а художку, потому что родители настояли!
Я поджала губы, слушая её сбивчивую речь. Никогда не понимала, как можно до такой степени идти на поводу у родителей…
Маша вытерла слёзы под глазами, уже откровенно всхлипывая.
— Институт, понятное дело, соответственный… Ванька меня ещё на первом курсе замуж звал, но я… Не хотела я замуж, Ин — я же тогда только от родителей переехала… А потом я подряд несколько серьёзных соревнований выиграла… Мама с папой, понятное дело, счастливы были — мол, не зря старались, дочку тянули… А я…
Маша заревела в голос.
Я закусила губу, дожидаясь, пока она выговорится и выплачется — всё равно сейчас утешать бесполезно.
— …Я беременна оказалась, Инусь, — она наконец глубоко и судорожно вздохнула, неожиданно успокаиваясь. — И рожать решила. Все в шоке были… Мама в больницу с нервным срывом попала… Папка грозился меня в психушку запереть, если на чемпионат не поеду…
Маша вытерла лицо рукавом. Её голос стал твёрже…
— …Ванька меня ещё беременную бросил. Тренер до последнего убеждала на аборт идти, потому что второго шанса не будет, а карьера в спорте слишком коротка. Родители до сих твердят, что я сломала жизнь и себе, и им…
Я поймала себя на том, что с интересом заново рассматриваю девушку — тонкую фигуру с узкими бёдрами и маленькой девичьей грудью, на которой никак не сказались роды, большие глаза на миловидном круглом личике, длинные прямые русые волосы, собранные в высокий хвост и явно никогда не знавшие других причёсок… Черт, кто бы мог подумать?! Почему-то не ожидала…
— …А я рада, Инка. Понимаешь? — она без особой надежды подняла на меня уставшие глаза.
— Понимаю, — я вполне искренне кивнула. — Дочь или сын?
— Дочь, Анжелика, — Маша едва заметно улыбнулась сквозь слёзы. — Полтора ей уже…
Она наклонилась, машинально сорвала травинку, потеребила её в руках…
— …Ну и вот… Всё, что у меня теперь есть — дочь и однушка в центре. Родители, конечно, помогают, но они так и не свыклись с тем, что всё так получилось, хоть и любят по-своему внучку… — девушка усмехнулась, снова становясь привычной для окружающих Машкой, помолчала с полминуты. — Я и сюда, Ин, наверное, ехала с единственной целью — познакомиться хоть с кем-нибудь… Я родителям сказала, что это спортивный квест, и они с радостью меня отпустили, с Анжеликой даже побыть согласились… Ты, наверное, думаешь, что я совсем идиотка, но мне просто нужно было немного отдохнуть хоть раз за эти два года. Меня всё устраивает в нынешней жизни, правда. Но иногда просто женщиной побыть хочется…
Вот это я как раз о-очень хорошо понимаю, да. Только общаюсь я с Машкой, наверное, как сука последняя… Впрочем, как выяснилось опытным путем, это не смертельно — Костик вон ведёт себя со мной гораздо хуже, и я не обижаюсь…
Маша потёрла лоб ладонью, кусая воспалённые от солёных слёз губы.
— …А он… Ну Серёжа… Охотник… Он хороший, Ин… Я не знаю даже, как объяснить, но он сам ко мне относится как-то по-особенному… И мне с ним… ну… спокойнее как-то, — она неловко улыбнулась, заливаясь краской. — Может, если нас всех убить должны, то меня всё-таки не сразу…
М-да, я тоже на это надеюсь из-за Тёмки, чего уж.
— А он сам что о будущем остальных говорит? Ну и о твоём в частности? — я равнодушно кивнула, давая понять, что принимаю её позицию.
— Ничего не говорит, — Маша опустила голову, шмыгая носом и сдерживая остатки истерики. — Говорит, что я должна быть осторожнее… Он вообще ничего не говорит, Ин! Только улыбается…
Я сочувственно усмехнулась, доставая пачку и прикуривая сигарету. Знакомо, да… Все мужики одинаковые, что ни говори…
— Ты не расскажешь никому, Инночка?! — Маша подняла на меня затравленный взгляд. — Макс мне и так башку оторвёт за то, что я ему еду не приношу… Серёжа не даёт, говорит, что я сама могу есть всё, но с собой брать не разрешает…
— Максу точно не скажу, не бойся, — я отвела глаза, торопясь сменить тему. — А где вы встречаетесь? На их территории?
Девушка помотала головой.
— Не знаю. Я только одну комнату видела. Серёжа мне всегда глаза завязывает, как в первый раз…
Неожиданно на несколько мгновений накрыло какое-то обидное ощущение — там все уже успели побывать, похоже, кроме меня. И это несмотря на то, что у меня среди остальных девчонок есть весомое преимущество — бывший муж. Но я почему-то мимо…
Чёрт, а если Артём просто уже уехал?! Бросил меня здесь одну…
По телу прошла дрожь страха, на глаза невольно навернулись слёзы. Ну вот и кто из нас большая дура теперь, Машка или я со своими надеждами?! Спорный вопрос, да.
— Маш, а Лена… ничего у тебя не спрашивала? Ну я к тому, что она совсем не так безболезненно пережила встречу с двумя охотниками…
— Она же замужем, да? — Маша потупила взгляд. — Нет, не спрашивала…
— Если спросит, ты скажи как есть. Ну не всё, конечно… О том, что ты продолжаешь отношения с одним из этих ублюдков, можешь не говорить. Но то, что тебе твой Серёжа как мужик понравился, вполне можешь поделиться.
— Хорошо… — Маша кивнула, неловким движением приглаживая растрёпанный хвост. — Ин, и Косте не говори, пожалуйста… Мне кажется, он меня сам убьёт за такое…
— За Костю не переживай, — я махнула рукой. — Не убьёт. Он вообще только на вид такой весь из себя, на самом деле тот ещё… мудак…
— Спишь с ним, да? — Маша внимательно заглянула мне в глаза.
— Угу, — я отвернулась, поглядывая на стену цеха и на щель между гаражом.
Стало почему-то неловко… Нет, не потому что я с кем-то там трахаюсь, а потому что это именно Костик — грязный, весь в синяках, небритый… Не то что этот Серёжа, мать его… Впрочем, и мне не двадцать пять, чтобы рассчитывать на что-то большее, да? Странно, что хоть кто-то вообще повёлся в таком цветнике…
— Пошли, Маш, — я снова подхватила девушку под руку. — Костя сказал, что у нас всего пара часов на отдых, а потом чёрт знает, что ему в голову взбредёт…