33. Николь

Я проснулась и поняла, что Фрэнка нет рядом. Я обвела его спальню взглядом и откинулась обратно на подушки. Я всё ещё не верила в то, что Фрэнк, наконец-то, узнал правду обо мне.

Раздался стук в дверь. Я поспешно натянула одеяло до самого подбородка.

Открылась дверь и вошёл Фрэнк. Он неё в руках огромный букет белых роз. Фрэнк положил розы на кровать.

— Это тебе, Николь.

Я вдохнула аромат роз. Он пьянящим и дурманящим, как близость этого мужчины.

— Они прекрасны.

— Нет. Это ты прекрасна…

Я молчала, не зная, что ответить. Я несмело дотронулась до лепестков роз и внезапно спросила, не поднимая взгляда.

— Теперь ты отпустишь меня? Я хотела бы обратиться в полицию. У меня украли документы и кошелёк с деньгами.

— Об этом можешь не переживать. Твои документы украли карманники продажного копа. Я дал команду… У меня появились неплохие знакомые в высших кругах. Всех людей Брэдли перетрясут. К вечеру твои документы будут у тебя.

— А если нет? Брэдли — не самый честный коп, — засомневалась я.

— Да. И его уже нет! — резко ответил Фрэнк.

— О! — я вздохнула.

У меня промелькнула мысль, что Фрэнк причастен к этому. Но потом я отмахнулась: кто я такая, чтобы Фрэнк из-за меня решился на открытую вражду с копами.

— Брэдли скончался. Сегодня ночью, — усмехнулся Фрэнк.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я сидел рядом с ним, пока он умирал! — жёстко ответил Фрэнк.

— Ты убил его? — ужаснулась я.

— Нет. Я всего лишь пригрозил ему расплатой за гнусную ложь. Он испугался и рассказал всё, как на духу. Его сердце не выдержало. Он умер своей смертью…

Я быстро взглянула на Фрэнка и спросила:

— Что он рассказал?

— О твоей сестре. Они с Брэдли сговорились. По его словам, он просёк, что твоя сестра нечиста на руку. Она обворовывала мужчин, с которыми трахалась. Кто-то заявил на неё, он опознал её. Она захотела откупиться. А Брэдли всегда был жадным. Ещё более жадным он стал перед выходом на пенсию.

— Он рассказал, куда подевалась моя сестра?

— Нет. По его словам, он специально не интересовался этим. Он не врал. Нельзя соврать, когда обмочился от страха…

— Ты жесток, Фрэнк! — задрожала я.

— Я обошёлся с ним очень мягко. Он заслужил тысячу лет страданий за то, что на тебя свалилось так много неприятностей и я к ним в придачу.

Я слушала извинения Фрэнка. Опять. Но я не могла не думать о том, что на его глазах умирал человек, а он просто сидел и смотрел.

Боже… Фрэнк — очень жестокий человек. У него непоколебимая воля, он силён и красив. Но как он жесток! Он едва не погубил и меня!

— Ты отпустишь меня? — спросила я ещё раз.

— Подождём? К вечеру должны вернуть твои документы.

— А если не вернут?

— Тогда мы закажем тебе новые! В кратчайшие сроки!

— Потом ты отпустишь меня?

Фрэнк осторожно сел на край кровати.

— Ты бы хотела этого?

— Больше всего на свете! — пылко ответила я.

Фрэнк тяжело вздохнул и провёл ладонью по лицу.

Впервые я поняла, что он старше меня лет на пятнадцать. Раньше разница в возрасте была не заметна. Но сейчас он как будто постарел.

— Это было ожидаемо.

Фрэнк поднялся.

— Ты больше не пленница здесь. Ты — моя гостья. Можешь привести себя в порядок. Потом мы отправимся обедать и прогуляемся по Портленду. Я покажу тебе его с другой стороны.

Я что-то пискнула в ответ. Но Фрэнк уже вышел из комнаты. Я не поверила в его слова, но когда я умылась и переоделась, то дверь спальни не была заперта.

Фрэнк ждал меня внизу. Он отвёз меня в ресторан, где мы вкусно пообедали. Потом он долго возил меня по Портленду. При дневном свете город казался дружелюбным и очень мирным.

Мы гуляли в парке, ели сладости. Но мы почти не разговаривали. Я пыталась узнать этот город с другой стороны. Фрэнк изредка рассказывал что-то об истории города. Но личные темы мы не затрагивали.

Этот день стал приятным сюрпризом для меня и частично сгладил негативные впечатления о городе.

Внезапно я поняла, что солнце уже садится. День пролетел незаметно. Фрэнк провёл меня к своему внедорожнику и помог забраться внутрь.

Мы молчали. Потом Фрэнк посмотрел на меня внимательно.

— Какие у тебя впечатления сейчас?

— Я не могу ответить положительно на этот вопрос. Одного дня мало, чтобы стереть всё, что было, — тихо ответила я.

— У меня есть сюрприз для тебя, — сказал Фрэнк, управляя автомобилем. — Открой бардачок.

Фрэнк говорил очень мягко. Его баритон звучал чувственно. По коже бежали мурашки. Как будто Фрэнк проводил по моей коже бархатом.

Ощущения были невероятные и непривычные для меня. Я не привыкла к нему — такому. Я привыкла к монстру. Я привыкла к цинику с красивым лицом. Я привыкла к бездушной машине для секса.

Новый Фрэнк меня немного пугал. Потому что я боялась поверить.

Я не могла поверить в случившееся.

Эта неделя навсегда изменила мою жизнь. Смогу ли я теперь верить людям?

Вдруг я стала чёрствой и ни за что больше не захочу помочь никому-никому?

Я не хочу, чтобы играли в меня или играли мной, как пешкой.

Я хочу просто быть счастливой. Я хочу забыть всю грязь. Но мне от неё никогда не отмыться.

Я так и не нашла свою сестру, и я больше не хотела её искать.

— Не бойся. Он тебя не укусит! — настойчиво сказал Фрэнк. — Открой бардачок!

Я вздрогнула, услышав его голос, и поспешно исполнила приказ.