36

Страх противным холодком проходится по телу, током проносится по венам, тело парализует, легкие разрывает от нехватки воздуха… Я умираю, потихоньку исчезаю.

Лицо мужчины бледное, как стена, он как будто задыхается, не могу понять в чем причина… мои пальцы… Я все еще душу его, быстро убираю руки, вижу, как Майкл жадно ловит воздух, а мое сердце резко начинает биться о грудную клетку… Я осознаю в этот момент, что для меня самое страшное взглянуть в ЕГО глаза. Обернуться и увидеть разочарование, осуждение… Я боюсь потерять ЕГО… Моего Дьявола, Деспота, Сатану…

Боюсь, что посчитает падшей женщиной, с какого момента он все слышал, когда успел подойти? Глубоко вдыхаю, медленно поворачиваюсь, в глаза его смотрю, в бездну падаю, они меня околдовывают, гипнотизируют…

— Я кажется не отправлял тебе приглашение, — рычит Ганс, но губы растягивает в улыбке, меня начинает потряхивать, глаза его молнии метают, говорят о ненависти к этому человеку.

— Мне не нужно приглашение, это мой город, — Майкл меняется моментально, из приветливого и доброго мужчины превращается в хищника, зверя, который готов зубами рвать. Лицо моментально приобретает другие черты, отшатываюсь, Майкл меня взглядом осматривает, глаза хищно поблескивают.

— Мы поделили территорию, — Ганс усмехается, а я к нему жмусь, шажок за шажком, Майкл каждое мое движение ловит, глаза мрачнеют с каждой секундой, я в Ганса вжимаюсь, как в спасательный круг, только не хватает руками в него вцепиться.

— Ты открыл салон на моей территории, зарабатываешь мои деньги, — скалиться, господи, они же не начнут тут разборки?

— Ошибаешься, — Ганс по-хозяйски руку мне на талию опускает, большим пальцем играет, а я подрагиваю, сильнее к нему льну.

— Предлагаю решить проблему миром, — Майкл мило улыбается, опять возвращается в первый образ, сколько у него масок?

— Я весь во внимании, — от голоса Ганса мурашки по коже, это нормально что я завожусь вот в такой ситуации? Когда чувствую, что он МУЖИК, ХИЩНИК, от него даже пахнуть начинает по-другому…

— Отдай мне девушку, — хищный оскал.

— Я не собираюсь решать твои проблемы с недотрахом, — Черт! Они меня делят что ли?

— У меня нет с этим проблем, — Ох, хоть бы морду бить друг другу не начали.

— Тогда не вижу смысла облизываться на мою женщину, — Ганс глаза прищуривает, видит, как соперник бесится, злиться.

— Разве женщина не в праве выбирать с кем хочет покинуть данное мероприятие? — Майкл переводит на меня взгляд, жадно исследует тело, как будто сканирует, а я в панике, страшно до чертиков, в руку Дьявола своего впиваюсь, да так что пальцы онемевают.

— Мне кажется она сделала выбор, — Мамочки, мужчины как на поле боя, каждый ждет момента, чтобы наброситься, разорвать друг друга на куски.

— Посмотрим, она всегда может поменять свое решение, — Майкл поднимает бокал, подмигивает мне и удаляется. Я выдыхаю, сердце бешено колотиться, коленки подрагивают, Ганс сильнее к себе прижимает, не дает упасть.

— Мужиков кадришь? — На ушко шепчет, а я вздрагиваю, я же даже ничего не сделала.

— Нет, я просто на машину смотрела, — чистая правда, даже в мыслях не было…

— Как магнитом к себе притягиваешь, сексом пахнешь, — пальцем опять талию мою поглаживает, а я бедра свожу, возбуждаюсь моментально, хочу его прямо здесь, в этом зале… В машине, господи Милана, что за мысли???

— Я не…, - заикаюсь, лицо в момент краснеет, стыдно, за мысли свои, за реакцию… Я вся горю, хочу его страстно, жадно, как порочная, плохая, испорченная, ничего с собой поделать не могу. Губу закусываю, стоны глотаю, что он творит со мной?

— Увижу, что отвечаешь, флиртуешь, убью, — в себя вжимает, в глаза смотрит, рукой к шее прикасается, не сжимает, но пальцами проводит.

— Я ничего не делала, — на выдохе произношу.

— Знаю, — хищно улыбается, а меня от прикосновений его подкидывает, хочу попросить уединиться, облегчить мои страдания.

— Мне нужно отойти, — самое правильное решение, умыться, освежиться, в чувства себя привести.

— Я проведу, — разворачивает меня и подталкивает в сторону, ножками перебираю, пытаюсь дыхание успокоить, ничего не получается. Когда он рядом все из рук валится, мысли только о нем.

Идём по коридору, темному, а я все больше завожусь, хочу быть плохой, звериные инстинкты срабатывают, сама не осознаю, что творю. Резко торможу, в торс его вбиваюсь задом, прижимаюсь.

— Тебе плохо? — да ладно, такой встревоженный голос, неужели ему это свойственно?

— Мне очень хорошо, — шепчу, разворачиваюсь, шею его руками обвиваю, а он не шевелится, ждет, смотрит что вытворю в следующую секунду.

Хорошо, что на каблуках, а то такого не нагнешь к себе, как скала стоит, не сдвинется, ноготками сзади по шее прохожусь, грудью в него вбиваюсь, немного трусь, как кошка мартовская, только замурчать осталось. На губы его смотрю, облизываюсь жадно, жажду, хочу поцеловать, грешный поцелуй, запрещенный…

Он руки на талию мне опускает, сжимает, в глазах желание, он хочет, меня хочет. Не буду сама тянуться, пускай поцелует, я вижу, что хочет, игра взглядов. Играю с хищником, рискую проиграть, но все же делаю ставку…

— Ревнуешь, — шепчу, в глаза всматриваюсь, дьявольские огоньки рассматриваю, — мне нравится, — совсем больная, с головой ныряю в бездну его глаз, хочу в них утонуть, перестаю сопротивляться, это бессмысленно, отрицать реальность. Я ЕГО, принадлежу ему, дышу им…

— Сука, — скалиться, клыки оголяет, вот же он ответ, в глазах его, читаю как черным по-белому, вижу, как все внутри бушует.

— Хочу, — практически стону, за рубашку его руками хватаюсь, плевать на всех его гостей, плевать на прием, на машины, на других мужиков. Сейчас хочу, чтобы прикоснулся, чтобы руками смял, заставил кричать, стонать, просить о большем…

— Похотливая стерва, — языком по губам проходится, а я связь с этим миром теряю, почва уходит из-под ног, его запах дурманит, его вкус отравляет, в кровь проникает, по венам бежит с бешеной скоростью, я больна… ЭТИМ МУЖЧИНОЙ…