Глава 27

Я нервно теребила ремешок сумки, то поглядывая на отъезжающее такси, то на черную металлическую дверь.

Все-таки рискнула и позвонила Рокси. Найти их новый временный адрес не составило труда – Ника помогла, не задавая сложных вопросов. Но застать подругу на месте, да еще встретиться с Йоханом – задача оказалась из непростых. Пришлось звонить Рокси и, стараясь сохранить голос, попросить о встрече. Она предложила нейтральную территорию – кафе в центре города. Я отказалась. То, о чем я собиралась разговаривать с подругой, а точнее, с ее мужчиной, выбивало из колеи. Разговор был слишком личным, чтобы выносить его на общее обозрение. Пусть уж мы разругаемся в пух и прах, будучи в стенах квартиры, а не на потеху публике.

Выдохнув, я вновь взглянула теперь на пустую дорогу, отвернулась и уверенным шагом приблизилась к двери. Набрала код и вскоре оказалась в теплом помещении. Светло, вполне уютно и пахнет приятно. Только жалкие попытки перестать думать о предстоящем разговоре ничуть не улучшали моего настроения.

Лифт, кнопки, пятнадцатый этаж.

Забрались высоко. Долго придется уносить ноги.

Усмехнулась глупым мыслям и остановилась как вкопанная перед дверью. Ну вот, пришла, а смелости не хватает. Есть еще время подумать или вовсе уйти, но тогда я навсегда потеряю шанс разобраться, найти настоящего Натана и понять, поступаю ли я правильно или вновь убегаю от сложностей.

Ведь прогнала я. А он… Он мог остаться, но не стал…

Нажала на звонок, дверь вскоре открылась.

Рокси в вытянутой футболке и серых джинсах смотрела на меня так, словно не ждала. Впрочем, мои опасения она тут же подтвердила.

– Думала, ты не придешь.

Я сглотнула, пытаясь протолкнуть комок, и кивнула.

– Я бы предупредила.

Голос пугал: он стал сухим и безжизненным.

Рокси кивнула, отступая. В коридоре было светло. Она кивнула, я выдохнула и вошла. Всё, пути назад нет. Пойду до конца ради себя. Все-таки я достойна правды, даже если после будет очень больно.

– Чай или кофе?

Я стянула с себя пальто и оглянулась.

– Просто воды.

Рокси вновь кивнула. Она была немногословна, у меня и вовсе горло забилось комком.

Повесив верхнюю одежду на вешалку, последовала за Рокси. Она указала на гостиную.

– Проходи. Я сейчас.

Теперь кивала я, осматриваясь по сторонам. Присев на краешек дивана, провела раскрытой ладонью по шершавой поверхности обивки. Попыталась успокоить разбушевавшиеся нервы, но всё равно вздрогнула, когда Рокси вернулась с прозрачным бокалом, наполненным до краев водой.

– Минералка. Как ты любишь.

Сглотнув комок, поблагодарила и сделала пару глотков.

Рокси села напротив меня и сложила руки на коленях. Как школьница перед директором, ей-богу! Ее прямая спина и чуть виноватый настороженный вид меня позабавили, но вот улыбка отказывалась возвращаться на губы. Отставив бокал на журнальный столик, разделяющий нас, я сложила руки на своих коленках, копируя позу подруги. Та выдохнула, едва качнув головой.

– Уф, я так больше не могу.

– Я тоже, – мой голос дрожал.

– Нам надо поговорить.

– Поэтому я здесь.

Рокси часто закивала головой, продолжая мусолить край футболки.

– Йохан здесь?

Она отрицательно покачала головой.

– Он скоро будет. Минут через десять.

– Ты попросила?

Подруга пожала плечами.

– Я догадываюсь, какой у тебя разговор к нему, но прежде всего я хотела бы поговорить с тобой.

– Оксан, я не возьму свои слова обратно. И не прошу тебя делать того же.

Она шумно выдохнула.

– Эх, Эмм, я не хочу брать, но, кажется, мы обе ошибаемся.

– Я сделала свой выбор, каким бы он ни был. Просто прими.

– Сложно, – она прошептала, глянув мне за спину. Кажется, там висели настенные часы. – Давай просто подождем Йохана, хорошо? И спросим его. Пусть расскажет нам.

Я молча согласилась с ее предложением. В комнате повисла невыносимая тянущаяся тишина. Я оказалась погружена в своих мыслях настолько, что вздрогнула и чуть не подпрыгнула, когда услышала, как Рокси вновь заговорила.

– Помнишь нашу химичку? Бузякину?

– Да, – ответила, не понимая, почему Рокси решила вспомнить школьную пору.

Взглянула на подругу. Та подняла голову, усмехнулась и продолжила говорить.

– А помнишь, как я устроила бунт против нее? Из-за того, что она решила нас завалить работами, рефератами и контрольными?

– Помню. И причину тоже помню.

Рокси фыркнула.

– Эту войну начала она, – хмыкнула, рассмеявшись. – Остальные просто поддержали меня.

– Вы хотели донести, чтобы ее уволили.

– Крайние меры. Для начала мы хотели, чтобы нам поставили другого учителя.

Я покачала головой. Кажется, у каждой были свои воспоминания о тех непростых временах, когда школа стояла на ушах из-за нашего класса.

– Так вот, – заговорила Рокси, наконец-то принимая расслабленную позу. – Тогда ты была против. И не побоялась выступить, уговаривая перестать жаловаться. Знаешь, мне казалось, что ты пыталась нас спасти от опрометчивого поступка. Мол, дураки мы, портим себе жизнь. Бузякину уберут с наших уроков, но поставят другого. И уже никто не будет слушать наши жалобы.

– Так и было.

– Нет, Эмм, было не так. Ты тогда думала только о себе. Это я поняла спустя годы. Прости уж, до меня как до жирафа доходит порой. Ты думала, что твои оценки испортятся, не будет больше доверия и уважения. А у тебя уже тогда были цели – аттестат с отличием и медицинский.

Я сглотнула вязкую слюну. Рокси била словами на поражение.

– Наш прошлый разговор заставил меня задуматься. Я хотела предупредить тебя, не подумав, что могу вызвать такую реакцию. А ты… Эмм, ты меня поразила. Сначала мне показалось, что ты защищала Натана, потому что кто-то же должен его защищать. А теперь я понимаю – ты защищала свои чувства. – Рокси выдохнула. Положив пальцы на виски, помассировала их так, будто прогоняла скопившуюся боль. – Ты права, мы просто не замечали того, что творилось у тебя в душе. Нам всем казалось, что ты не переживаешь. Прости нас.

Глаза обожгло.

– Оксан…

Дверь в коридоре хлопнула. Подруга подскочила на ноги и устремилась в холл. Я застыла, прислушиваясь к звукам, доносившимся до меня как через вату. Вскоре в комнате появился Йохан, который занял место, где минутой ранее сидела Рокси. Подруга же присела рядом со мной, выдержав небольшую дистанцию между нами.

– Привет, – поздоровался Йохан.

Он нахмурился, глянув на меня и Рокси, но та интенсивно закачала головой, и Йохан не стал задавать лишних вопросов. Заговорила Рокси.

– Расскажи нам. Пожалуйста. Только всё-всё.

Йохан вздохнул. Я наконец-то оторвалась от созерцания собственных ног и взглянула на него. Темный от мыслей взгляд скользнул по мне. Глаза как у Натана. Только вот эмоции выражали иные. Йохан явно был недоволен тем, что его втянули в разборки с братом. Но он не мог вычеркнуть меня из уравнения, которое загадал Натан. Мы были по уши втянуты в его жизнь.

– Хорошо, раз так настаиваете, – отозвался Йохан, глянув на Рокси. И ему явно не по душе то, как напирала она.

– Спасибо, – прошептала я, приготовившись слушать.

Всё, что он скажет – важно. Я должна принять слова Йохана и сделать правильные выводы. Держать эмоции в узде, а голову ясной и холодной.

Настроившись, кивнула, и Йохан заговорил:

– Мой младший братец тот еще говнюк.

Рокси хрюкнула от неожиданности, я округлила глаза. Интересное начало, шокирующее просто. Йохан, кажется, на это и надеялся. Выбить из нас дурь словами и помочь чуть-чуть расслабиться, ведь в комнате висела удушающая и пугающая аура, которая давила невидимым грузом.

– Я могу рассказывать про него часами, вот только ничего это не изменит. Он такой, какой есть. Впрочем, это у нас семейное.

Рокси активно закивала, давясь в кулак от смеха.

– Черт, ты можешь быть чуточку серьезнее? Все-таки важное дело.

Йохан хмыкнул и, подавшись немного вперед, взглянул на меня.

– Эмма, просто прими его таким, какой он есть, не пытаясь переделать. Натана изрядно жизнь поломала, и чтобы окончательно не самоуничтожиться, он вырастил такую броню, что никому ее не проломить. Но, кажется, у тебя высоки шансы заглянуть ему в душу, если она у него, конечно, осталась.

Слова Йохана меня взволновали и напугали. Броня? Душа? Самоуничтожение? О чем он говорил?!

– Наши родители далеки от идеала, а все проблемы идут из детства. Ты, наверное, в курсе, что у нас совсем небольшая разница в возрасте?

Я кивнула, Рокси перестала хихикать и напряглась. Я искоса поглядывала на подругу, надеясь, что ее эмоции помогут мне понять, когда Йохан шутил, а когда был серьезен. С Натаном проще – он был до зубовного скрежета прямолинеен, а шутить вовсе не умел. Скорее сарказм в чистом виде.

– Мать Натана была любовницей нашего отца. Она рассчитывала, что тот бросит семью ради нее и ребенка. Хотя у отца уже родился я. Так что план провалился, и она сконцентрировала все свое внимание на мальчике. Она растила его идеальным образцом, превращая в пластилин, и лепила то, что считала правильным. С годами Натану пришлось научиться подстраиваться под взрослый мир. Вот таким он получился в итоге. Как зеркало. Ты видишь в нем то, что хочешь увидеть. Успешный манекенщик? Пожалуйста. Известный бизнесмен? Без проблем. Завидный холостяк? Еще проще. Вы хотите с ним обсудить что-то, и он будет говорить всё, что вы хотите слышать. Улыбнетесь – он сделает то же самое. Но с тобой, Эмма…

Йохан замолчал и взглянул вновь на меня. Кажется, мое сердце рвалось из груди. Как же больно! И щиплет глаза. Слезы? Неужели? Я накрыла ладонями щеки, размазывая влагу и тщетно пытаясь унять эмоции.

– В нем будто две сущности дерутся. Первую я знаю. Все её знают. А вот то, что второе – это Натан. Он настоящий пытается пробиться через броню. Я видел, как он относится к тебе, Эмма. Я говорил с ним и теперь понимаю, что не ошибся. Он старался быть тем, кто бы понравился тебе, но сейчас он хочет быть собой. – Йохан замолчал. Дотронулся до запястья, которое обвивал тонкий кожаный ремешок-браслетик. – Что-то пафосно заговорил, – хмыкнул, откидываясь назад.

– Ты все правильно говоришь, – зашептала Рокси, приближаясь ко мне. Схватила мою ладонь, ледяную и дрожащую, и сжала крепкими пальцами. – Мы же его не знаем.

– И никто не узнает, если он сам не расскажет. Увы, здесь я бессилен.

Легкие обожгло. Пальцы Рокси стали жестче.

– Но ты можешь рассказать про неё? – прошептала она, взглянув на Йохана. Он нахмурился, кивнул и перестал трогать браслет.

– Я бы хотел, чтобы Натан сам рассказал про Лизу. Но он предпочитает решать проблемы самостоятельно.

– Проблемы? – мои губы едва дрогнули, а сорвавшиеся слова были похожи на шелест.

Йохан кивнул.

– Лизе было четырнадцать, когда Натан привел ее в агентство. Он считал, что она изменит мир. Слишком юная, наивная и не готова к этому миру. Натан стал для нее путеводной звездой, а после появились настоящие проблемы.

Я вцепилась в пальцы Рокси. Она осторожно похлопала меня по ладони.

– Лизе не хватало внимания, не хватало любви. Ее растила бабушка, которая ухаживала еще за мужем-инвалидом. Натан хотел заменить Лизе старшего брата, стать ее наставником, а в итоге, – Йохан запнулся, и я поняла почему.

Стало тошно.

– У них была связь.

– Нет. – Йохан резко закачал головой. – Лиза хотела, но Натан не подпустил ее к себе. Он прекрасно понимал, к чему всё это могло привести, поэтому дистанцировался от девушки, а она со временем нашла себе новый объект.

Сердце, ухающее в груди и совершающее смертельные кульбиты, стало затихать. Но Лиза… Что же случилось с ней? Хотя нет, я уже догадалась.

– Она беременна от Фарбера.

Йохан кивнул, Рокси в недоумении уставилась на нас.

– Не держи зла на него. Он просто не умеет…

– Я понимаю, – перебила Йохана, осторожно убирая руку Рокси. – Пожалуй, мне пора.

– Эмма?! – Рокси подскочила и попыталась ухватить меня за ладонь, но я успела спрятать руки. – Что значит пора?

– Я пойду. Давай встретимся и поговорим потом? Как-нибудь, – прошептала, чувствуя, как ноги почти не держали, а в голове шумело.

Рокси что-то еще говорила, Йохан провожал меня до дверей. Вроде бы я даже отвечала, но оказавшись дома, не могла вспомнить ни слова. Пустота и страх. Боль. Жалость. Отчаяние. Слишком много всего. Я не готова.