Глава 23.1

– Камиль, ну не надо.

Я прошу жалобно, самый несчастный взгляд посылаю. Но на Дикого это никак не действует. Мимо пролетает.

А я смущаюсь. Проклинаю то, что платье надела. В такой панике была, натягивала первое что под руку попало. А теперь ткань задирается. И мужчина может увидеть моё бельё.

Божечки.

Я смущаюсь, краснеть начинаю. Жар прокатывается по телу, лупит по лицу. От стыда прикрываю глаза.

Дёргаюсь ещё раз, но понимаю, что это бесполезно. Я связана! Как буйных пациентов привязывают, так и меня…

Мужчина усмехается, касаясь моего бедра. Скидывает край халата.

– Придумала хорошо, одобряю.

Хмыкает, укладывая ладонь на мою щиколотку. Яд так и сочится в его голосе, заставляя меня подрагивать.

С трудом приподнимаюсь, каждое движение Камиля отслеживаю. Боюсь, что он делать дальше будет.

Мужчина ладонь дальше ведёт. Гладит, сжимает. Подбираюсь, стараюсь хоть как-то ноги свести, но не получается.

В животе тянет от страха, скручивает. Я кусаю губу, чтобы не сорваться на крики и визги. Придумать решение пытаюсь.

– А вот исполнение хуевое.

Рявкает, резко врезаясь ребром ладони между моих ног. По лону бьёт, отчего пальчики на ногах поджимаются. Перед глазами рябить начинает.

– Развяжи меня, пожалуйста, – умоляю его. – Я… Просто…

– Ну? – издевательски подбивает. – Расскажи, чё ты устроила. Решила меня в образе врачихи соблазнить? Потрахаться бежала?

– Ага. А потом струсила и решила обратно вернуться.

Я фыркаю, не найдя другого ответа. Моя попытка провалилась, и теперь придётся за это расплачиваться. Но не могу просто ждать своего приговора.

А ещё я понимаю, что Дикий… Не злой? То есть бесится, придавливает тёмной энергией к кровати. Аж кожу пощипывает от его свирепого взгляда.

Но при этом он не в бешенстве. Не выглядит так, словно мне шею свернёт. Недоволен, а настроение хорошее. Почему?

– Мне тут донесли на тебя, – пальцами касается моих трусиков. Моё дыхание становится частым, прерывистым. Тахикардия появляется. – Говорят, ты интересное болтала.

– Ч-что? – с трудом спрашиваю. Язык к нёбу прилипает.

– Что тебя не откупорили ещё. И целка на месте.

«Ну всё, хана» – смиренно вздыхает внутренний голос.

Хана. Значит, та карга старая уже всё передала Дикому. И он знает, что я не спала с Буйным. Поэтому он такой спокойный? Умиротворённый почти.

– Камиль!

Я дёргаюсь, задыхаюсь. Кожа вспыхивает, пузырьки крови бьются в венах. И странное ощущение нарастает в животе.

Всё из-за того, что мужчина… Он… Он меня шлёпнул! Прямо по лону. Вызывая вспышки жара.

– Я спрашиваю – ты отвечаешь. Рот только по делу раскрываешь. Я сейчас могу лично проверить, насколько ты завралась.

– Лично? – уточняю, подрагивая.

– Хуй вобью. Кровь пойдёт – правда. Нет…

– Это не так проверяют! Есть же врач.

– От которого ты упиздовала? Не умеешь ты, малая, хорошее предложение заметить. По-нормальному всё сделать. Будем тогда так решать.

Камиль кружит вокруг меня. Хищником обступает, заставляя сжиматься в ожидании. Не знаю, где будет новый удар. Куда свою лапищу пристроит.

Ведёт кончиками пальцев по телу. От бедра до груди. Внутри словно дрожь нарастает. Выплёскивается тем, что мне нечем дышать.

Кожа покрывается мурашками. Кто-то невидимый выкручивает чувствительность до предела. Я на каждое касание реагирую.

Камиль едва кожи касается, в груди что-то обрывается.

– Я считал, что ты сучка Буйного, которая понесла внезапно, – признаётся зачем-то. – Оказалось, что нет. Даже не нагнул. Мне, походу, подарок оставил.

Камиль усмехается широко. А в его глазах огонь полыхает. Голодный, жадный. И довольный.

Его распирает потехой от того, что я невинна. Даже не зная наверняка, он уже удовольствие получает. Предвкушает.

То, чего так я боялась! Теперь он точно не отпустит. Захочет стать первым. Получить меня себе.

Я пытаюсь придумать выход. Но так сложно. Сознание плывёт, мысли обрываются. Сгорают, стоит Камилю положить ладонь на мой живот.

Это всё из-за отравления. Да. Мне плохо: жар, озноб. Подрагиваю, когда мужчина кожи касается. Задевает резинку белья, отчего перед глазами совсем темнеет.

Может… Надо… Если вот… Может, мне соврать? Что я всё придумала, не невинная. И тогда…

Он действительно свою проверку членом устроит.

Я тихо стону. Оттого, что мне плохо! Да, от этого. Не из-за того, что прохладные пальцы Камиля так приятно на коже ощущаются.

Он монстр. Тиран. Бандит редкостный.

И…

– Так хули он за тебя трясётся? – от хватки покалывать начинает. – М, Зла-та? Что за хуйня? Рассказывать будешь?

– Он… Он любит меня! – выплёвываю от злости.

Божечки, меня так и грохнут. Но я не могу… Меня разрывает от мысли, что этот мужчина делает. Как издевается!

Приковал меня. Смотрит. Трогает.

А я реагирую…

Подбираюсь, ожидая новой злости. Вот сейчас у Дикого тормоза сгорят, и будет мне плохо.

Но… Мужчина только ржать начинает.

– Любит? Пусть любит. Трахать тебе буду я.

Его пальцы сжимают мою грудь. Даже сквозь одежду это ощущается слишком откровенно.

Гладят, а после тисками зажимают сосок. Ахаю!

Он ведь только живота касался, а теперь… Его ладонь порхает по моему телу. Без предупреждения нападает. Словно лезвием разрезает.

Мужчина наклоняется, а у меня внизу живота всё подрагивает. Волны поднимаются внутри.

– Камиль, – зову испуганно. – Мне сейчас плохо станет!

– Да что ты, – скалится, сильнее сдавливая сосок.

– Да! Меня тошнит всё ещё. В животе тянет. И ощущения такие… Вырвет, да.

В горле ком. Кожа натягивается от жара. Меня словно колышет на волнах в разгар шторма. Бросает от озноба до горячки.

Кусаю щеку, прерывисто дышу. Тело подрагивает постоянно. Словно по мышцам бьют током. Спазмом сводит.

И…

Чувствую, как между ног влажно становится.

Нет. Нет! Это мне просто плохо. Плохо очень.

– Теперь я вижу, что целка, – едва не нараспев произносит Камиль. – Если так кроешь факт, что течёшь от меня.

– Я не…

– Ты – да. Не тронул особо, а у тебя уже река. Похотливая сучка.

– Нет! Я не хочу тебя! Не хочу. Ненавижу тебя! И…

– Не хочешь? Проверим, малая? Как быстро ты от ненависти кончишь?