14. Будни Евы

Замазывая синяк на руке, Ева проклинала свою беспечность — не стоило доверять Сереже и сходиться. Мало того, если раньше он ограничивался хамскими словами, то теперь поднимал на нее руку по всяким мелочам. Чтобы оскорбить или ударить свою собственную жену, для мужчины не нужен был особо весомый повод. Нет настроения? Получай. Вот и сегодня, Сергей проснулся "не с той ноги" и с самого утра громким голосом раздавал приказы, не забывая напомнить Еве, что она никто и звать ее никак.

— И не смей ныть своим подругам, взяла манеру! Названивать идиоткам и жаловаться. Они ничего не "шарят" в супружеской жизни, эти великие экспертки умеют только шляться и бухать! Да если бы не я, ты бы до сих пор шаталась по мужикам и выискивала кому подороже продать свою промежность, — не подбирая слов выговаривал Сережа.

— Я никому не жалуюсь, не кричи, пожалуйста, Ксюша еще спит. Я всю ночь не могла ее успокоить, — спокойным голосом просит женщина.

— А что дальше? Мне, может, еще и на цыпочках ходить, потому что этот кулёк отдыхает? Дааа…плохо тебя научила мать расставлять приоритеты в семейной жизни. Для тебя первым и единственным ориентиром в доме должен быть муж, а не ребенок. Ты меня поняла? Захочу кричу, захочу танцую, захочу в три часа ночи караоке пою — ребенок с детства должен знать своей место и семейную иерархию, — говорит Сережа абсолютно серьезным тоном. — А что, виски больше нет? Я же просил тебя, идиотка, купить три бутылки впрок! — зло шипит на супругу, открывая бар и, замечая, что там отсутствует спиртное.

— Сережа, я и купила три, как ты и просил. Буквально позавчера, забыл? — оправдывается Ева.

— Значит больше надо брать, что непонятного? Твой муж работает, он крутая "шишка", директор, Бог, если хочешь. Ему нужно расслабляться от рабочих стрессов, а не слушать на трезвую голову вой ребенка и гундёж жены. Давай, собирайся и шуруй за выпивкой, — отдает приказание Сергей.

— А как же Ксюша? Если она проснется? Я не хочу оставлять малышку одну, наверняка будет плакать от голода, — отвечает Ева.

— Почему одну? Я отец и присмотрю за ребенком. Ты что, не доверяешь мне? Считаешь только мать способна на уход за младенцем? Собирайся, мне хочется поскорее выпить.

— Сергей, тебе не кажется, что ты злоупотребляешь? — с опаской произносит Ева, в прошлый раз за подобное замечание, супруг наорал на нее и заверил, что не является алкоголиком,

— Злоупотребляешь ты едой, а не я алкоголем. Посмотри какая ты стала жирная, из красивой стройной девушки, на которую член стоял дыбом, превратилась в желе со складками. Думаешь тебя хочется? Отнюдь, — брезгливо произносит Сергей.

— Перестань меня оскорблять! Надоели унижения с твоей стороны. Я в курсе, что ты не любишь меня и вернулся, чтобы издеваться, только до какой поры? Не понимаю. Парой мы с тобой уже не будем и это очевидно, потому что я не могу быть с человеком, который меня не уважает, — с обидой объясняет Ева.

— Никто над тобой не издевается, подумаешь, пару фингалов получила, вспоминай народную мудрость. Бью? Значит люблю. Просто ты неуправляемая, а таким образом я занимаюсь твоим воспитанием. И хватит базарить о пустом, шуруй в магазин, — махает рукой в сторону выхода.

Ева выходит из комнаты и вздыхает. Все то, что происходит каждый божий день, уже стоит у нее "поперек горла". Последние несколько дней, женщина тайно занимается поиском съемного жилья и обзвоном хороших подруг и приятельниц, чтобы те, на время, ее приютили. В голове зреет план, как уйти от Сережи.

Понятное дело, выгнать из квартиры его не получится. Слишком упрям, груб и жесток ее супруг, чтобы уступить и, спокойно собрав вещи, оставить ее с маленькой Ксюшей в покое. Он будет сидеть рядом до последнего изводить и ее, и ребенка. Сергей получает от этого особое изощренное удовольствие.

Большой неожиданностью для Евы оказался тот факт, что супруг был циничен и неотёсан не только по отношению к ней, но и к дочери. Казалось бы, чем тебе навредила маленькая девочка, но для Сергея не нужен был повод, особенно под алкоголем, чтобы издеваться и над ней. И это было очень печально.

На работе у Сережи дела шли тоже не лучшим образом, что не могло не отражаться на финансах. Мужчина слишком много пил и не мог сосредоточиться на нормальном ведении бизнеса. Плюс, львиную долю денег от тратил на дорогие элитные напитки с градусом.

Наспех собравшись, Ева решает быстренько сходить в ближайший магазин, хочется успеть до того момента, пока не проснулась ее малышка. Доверять Сергею в уходе за ребенком сомнительное дело.

Выйдя на улицу, женщина направляется в магазин; там, взяв две бутылки дорогого виски, она занимает очередь к кассе, чтобы рассчитаться. Переживая, как там ребенок, ворчит себе под нос, негодуя, что в обеденное время, когда офисные сотрудники вышли за покупками, касса работает в магазине лишь одна.

Отстояв минут десять и расплатившись за покупку, Ева убирает бутылки в пакет и выходит из магазина. У выхода она чувствует как ее кто-то сильно толкает и пакет выскальзывает из рук — одна бутылка виски разбивается, вторая, каким-то чудом, остается целой.

От обиды Ева готова расплакаться, мало того, что алкоголь действительно дорогой, так еще и у нее нет времени снова идти в магазин и стоять в очереди, ребенок, наверняка, уже проснулся или вот-вот встанет и потребует еду. Зная Ксюшу, женщина уже представляла, какой концерт та укатит Сереже, когда увидит, что никто ее не спешит кормить.

Чертыхнувшись, Ева поднимает целую бутылку и убирает ее в сумку.

— Господи! Извините, пожалуйста, я совсем не хотел, чтобы так случилось, — произносит мужчина и берет ее за плечо. — Я могу купить новую бутылку для вас? Очень некрасиво вышло.

— Уберите от меня свои руки, нужно смотреть куда вы идете. Я очень спешу и у меня нету времени ожидать, пока вы сходите в магазин и возместите мне разбитый алкоголь, — отрезает Ева.

Затем женщина поднимает глаза и видит перед собой молодого мужчину. На вид ему лет тридцать пять, хорош собой, одет в костюм и, кажется, действительно испытывает неудобство за ту ситуацию, которую сам же и создал. Лицо у него миловидное и располагающее, глядя на него, Ева чувствует, что ее злость утихает.

— Любите виски? Хороший сорт, кстати, одобряю выбор, — комментирует он. — Меня зовут Арсений, я тут неподалеку работаю. А вас? — вежливо интересуется.

— А меня зовут Ева и я спешу. Виски, кстати, я не пью. Мне пора, — отвечает женщина и удаляется.

Буквально через минуту ее нагоняет Арсений и на ходу произносит:

— Ева, оставьте мне, пожалуйста, Ваш номер телефона, я бы хотел компенсировать разбитый напиток, но, увы, на данный момент все деньги у меня на карте, а ждать пока я куплю виски, у вас нет времени. Продиктуйте, я свяжусь с Вами и мы разберемся в этой неприятной ситуации, — запыхавшись произносит мужчина.

Ева на секунду замирает, соображая, стоит ли незнакомому мужчине оставлять свой номер. Следом, диктует цифры, решая, что лишних денег у нее все равно нет, а раз человек желает оплатить испорченный им же товар — пусть платит.

— Спасибо! Я вас обязательно наберу, — обещает Арсений. — У вас невероятно красивая улыбка, почаще улыбайтесь, — добавляет он и удаляется.

На секунду Ева замирает и понимает, что только что ей сделали комплимент, и, сама того не ожидая, начинает плакать. В последнее время в ее сторону летят только оскорбления и унижения из уст Сережи, и вот этот чужой человек, так просто сказав пару слов, напомнил ей о том, кем она была раньше. Комплименты были в ее жизни нормой, Ева тонула во внимании мужчин и их ухаживаниях, а сейчас? Сейчас она превратилась в побитую собаку…побитую не кем-то там, а своим собственным хозяином.

Зайдя в квартиру, женщина встречает на пороге Сергея. Тот, в нетерпении, просит свои бутылки, сообщая, что Ксюша не просыпалась. Выдохнув, что дочке не пришлось контактировать с отцом, Ева отдает мужу виски и снимает обувь.

— Ты что, тупая? Идиотка, я же просил купить две!

Не успев ничего сообразить и ответить, Ева чувствует, как Сергей наносит удар по ее голове.