Глава 44

Сегодня Оскар решил немного развлечься и в карты с друзьями поиграть. На этот раз я сама выпросила у него хотя бы один танец отплясать, косточки, так сказать, размять. Согласился. Только предупредил, что если хотя бы один гад из его дружков хоть пальцем меня тронет — без предупреждение зубов лишится. И в этом горе в я буду виновата.

Четверо мужчин миллионеров, с сигаретами в зубах, бокалами коньяка, в дорогих шмотках, комфортно устроились в наполовину пустом зале, за овальным столом, заваленным картами и элитной выпивкой.

Один из мажоров глупость одну совершил. За что чуть было глаза не лишился. Когда он продул все свои деньги хозяину клуба, предварительно напившись, с дуру предложил на меня в покер сыграть. За право бесплатного пользования моим телом в течении целых суток.

Рудковский озверел.

В общем всё было бы ничего, веселье продолжалось, конфликт был улажен, монстр остыл, периодически поглаживая мои щиколотки, когда я тонкими каблучками по гладкой поверхности стола в сексуальном танце крутилась, пока в зале не появилась одна уж очень любопытная особа — длинноволосая, роскошно одетая блондинка с зелёными глазами, обрамлёнными нарощенными ресницами.

Породистая девица, сразу видно. Одна из этих… сливок общества. Только вот что тут забыла, было не понятно. Горделивой походкой манекенщицы дамочка точно к Рудковскому направилась, предварительно окинув меня брезгливым взглядом. Ведь Оскар, в момент её феерического появления, мои ноги ласково поглаживал и улыбался, когда я ему в ответ на эти головокружительные ласки рожицы строила.

— Озя, сладенький! Приветик! — у меня внутри все органы гневно заурчали, когда курва к Рудковскому в объятия кинулась.

— Привет, Сабрина. Чего хотела? — он небрежно оттолкнул куклу, недовольно прошипев с сигаретой в зубах, раскладывая перед друзьями карты.

— Да это, узнать, что ты, как ты? Уже ведь больше месяца не виделись. Я вот только с Милана вернулась. Жеееесть как соскучилась!

— Ага, ага, — как будто не слушал, на автомате отвечал. — Чего хотела?

— У брата моего, Рустама, днюшка намечается, хочу девочку ему заказать. Хорошая нужна! — ехидно улыбнулась, а когда заметила, как Оскар меня к себе подманил и, приобняв, нежно икры поцеловал, резко выпалила: — Как насчёт этой? Организуешь на выходные?

Мужчина метнул в Барби такой жуткий взгляд, что она на несколько шагов назад опешила, почти споткнулась о ножку стула.

— Нет, — зарычал. — Эта — МОЯ! — затем на ноги вскочил, за руку меня схватил, к себе притянул и со звериной жадностью в губы впился, так сильно, что думала сожрёт.

Подвыпившие товарищи тотчас же принялись в ладоши аплодировать и посвистывать, подбадривая лидера, пока тот, жадно проталкивал мне язык в глотку, руками шарил по спине, зарывался в волосы, вжимал в твёрдое, неистово горячее тело, настолько дико, что я думал прямо тут, при всех овладеет.

А когда, наконец, оторвался от сумасшедшего поцелуя, решительно отчеканил:

— К Анжелке обратись, она поможет. Самую лучшую подберёт. Братишке привет передавай. Ну всё, мне пора. — Снова меня бережно за подбородок взял, к себе притянул, с нежностью в глазах шепнул: — Не уходи никуда, я скоро. Дела кое-какие порешаю и домой тебя отвезу.

Сладко в губы чмокнул, попрощался с друзьями и быстренько испарился. Парни тоже разошлись. Да и я в гримерку направилась, как вдруг, меня кто-то за руку схватил.

— Эй, погоди. Тебя как зовут? — это была та самая недовольная Сабрина.

— Эм-м, Диана я. Ой… то есть Снежана.

— Слушай, малышка, дело у меня к тебе есть. Хочешь заработать? — красотка деловито выгнула брови.

— Даже и не знаю… А что за работа?

Естественно хочу! Мне совсем чуть-чуть для сестры на операцию не хватало. А ведь до осени всего пару недель оставалось. От Оскара почему-то подачки закончились. Весь в делах погряз. Не до игр ему сейчас.

— Да понты, а не работа! Потанцевать всего лишь полчаса и всё. Никакого интима. На днюхе, у человечка одного очень хорошего.

— Ну не знаю…

Сразу же вспомнила грозные слова Оскара:

«Теперь только для меня танцуешь! Ясно? Любого по стене размажу, если ещё раз хоть кто-нибудь девочки моей коснётся!»

— Пятьдесят тысяч. За час! — уверенно добавила, выдавив коварную улыбку на утиных губах.

— Увы, ничем не могу помочь. У Анжелы лучше спросите…

— Сто штук! — эта сумасшедшая Барби мне даже в руку вцепилась, словно в спасательный круг. — С ума сошла? Такие деньги терять? — И быстро мне в лифчик нечто шуршащее сунула. — Это аванс! Мне очень понравилось, как ты танцуешь. Сможешь повторить?

Я вообще-то отказалась, но девица даже слушать не желала.

— Боюсь, Оскар не позволит. Я ведь не могу без разрешения.

— А мы ему не скажем. Не узнает. Мы тебя в костюмчик медсестры нарядим, а на лицо маску наденем. Тебя вообще никто не узнает. Всего один час. И бабки твои. — По волосам погладила, не моргая на мне огромными глазищами застыла, будто гипнотизировала. — Братик у меня осенью в медицинский поступает. Хирургом стать мечтает, а мне вот порадовать его захотелось. Ты не переживай! Приставать никто не будет. Обещаю. Быстро приедешь, быстро уедешь.

Говорила она весьма убедительно. Поэтому, я согласилась.

Ну а что такого?

Действительно, Оскар не узнает. Я ведь быстро.

Туда и обратно.