8

Пальцы, сдавливающие ее шею, трупы на ковре, превращающиеся в дым, страх и шок — все это вдруг перестало быть не то чтобы важным, а вообще существенным. Весь мир сузился до точки слияния их губ. Только бы он не выпустил ее из рук. Только бы не разорвать этот поцелуй!

Рубашка расстегнута, под ее пальцами — горячее тело. Слишком горячее, неестественно горячее — словно в лихорадке. Да у него же температура за сорок!

Еще одна странность… Одна из многих.

Почему-то это вмиг отрезвило.

Инга словно увидела себя со стороны. Зареванная, взлохмаченная, в разорванной одежде и одеяле она пристает к постороннему мужчине. Который, между прочим, и виноват во всем, что тут случилось.

Он будто бы тут же почувствовал эту перемену — разжал руки, отстранился.

— Извини… — сказать это было трудно. Дыхание все еще было неровным, голос вибрировал, выдавая волнение. Инга избегала смотреть Стасу в глаза.

Теперь он точно черт знает что о ней подумает.

— Нет, это ты извини. Я не должен был…

Он не договорил, но она закончила за него сама: вообще не должен был появляться в ее жизни и пускать все под откос.

— Тебе пора!

Стоило ей произнести эти, в общем-то, простые два слова, как страх вернулся. Не страх — ужас! Она ни за что не хотела оставаться в квартире одна. Сколько бы ни убеждал ее ночной гость, что все будет в порядке и странные сущности, которые напали на нее, уже не вернутся, она не могла в это поверить до конца.

— Ну хочешь, я останусь? — спросил он.

— Да, — не задумываясь, выпалила она и тут же поправилась: — Нет… Я не знаю… Я боюсь.

— Тебе необязательно оставаться здесь, я отвезу тебя в гостиницу, переночуешь там. Хочешь, завтра найдем тебе новую квартиру?

Инга уцепилась за эту мысль: в гостиницу, конечно, в гостиницу, там кругом полно народу. И ничто не будет напоминать ей об этой квартирке, где теперь, кажется, даже стены пропитаны страхом.

И новую квартиру она тоже найдет, но, разумеется, без него. Сюда даже не будет возвращаться. Потом когда-нибудь приедет за вещами. А пока возьмет только самое необходимое.

— Хорошо, я сейчас соберусь.

Сборы заняли совсем немного. Косметичка, ноутбук, документы, деньги, белье, комплект одежды на завтра и на всякий случай еще два: вдруг будет не то настроение. Инга задумалась и высыпала в косметичку украшения, потом бросила следом флакончик духов, поколебалась мгновение и отправила туда же еще один, зашла в ванную и сгребла с полочек… не так уж много и сгребла, только самое необходимое.

Да уж, ее тревожный чемоданчик оказался куда увесистее, чем тот, что она тащила от мусорных баков.

— Готова?

Стас уже стоял в прихожей, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. На его губах играла все та же улыбка. Ничто в его внешнем виде не указывало на то, что только что она рыдала у него на плече, а потом они страстно целовались, стаскивая друг с друга одежду. Ну ладно, одежду с него стаскивала только она. Надо же было так глупо сорваться!

— Это стресс. Ты еще молодцом держишься.

Ну как же она могла забыть: тут кое-кто читает мысли!

— Спасибо, — буркнула она. — Такси догадался вызвать?

Он улыбнулся:

— Я его и не отпускал.

Стас легко подхватил сумку и вышел из квартиры.

* * *

Гостиница, в которую привез ее Стас, была не дорогая и не дешевая. Самая обычная, с уютными номерами и улыбчивым персоналом

Инга уже приготовилась вести долгие баталии на тему того, кто будет платить за номер. Она была уверена, что Стас, который, в общем-то, виноват в том, что ей пришлось в спешке покидать собственный дом, постарается взять расходы на себя. Но она уже твердо решила, что не будет брать у него ни копейки, а потому прямой наводкой направилась к администратору и протянула ему карточку.

Стас, как ни странно, не возражал. Видимо, не хотел с ней спорить, когда она и так была на взводе.

Она уже заранее представляла себе, как он занесет ее вещи в комнату, вроде как чтобы убедиться, что она нормально устроилась, будет долго мяться, не желая уходить и оставлять ее одну. И даже заготовила речь о том, как она устала и как хочет скорее отдохнуть, а завтра еще и рано вставать.

Но подниматься в номер он тоже не стал — передал вещи носильщику, пожелал ей доброй ночи и ушел.

«Негодяй!» — почему-то подумала про себя Инга, потом вздохнула и вспомнила: негодяй, читающий мысли. Он не дал ей ни единой возможности покапризничать и исчез.

На этот раз, наверное, навсегда.

* * *

Как ни странно, она отлично выспалась. Организм почему-то среагировал на стресс глубоким здоровым сном.

Проснулась Инга на удивление свежей и бодрой. Посмотрела на часы: ничего себе, еще не было и шести! Второй день подряд ранний подъем. Ну что ж до работы еще полно времени. Ехать выручать чужие сумки ей не нужно, а в номере похоже отличная ванная, она вчера видела краем глаза. Уж точно лучше, чем тесная посудина в ее съемной квартирке.

На работу она пришла раньше времени. Отдохнувшая, причесанная и даже при полном макияже. Если ты встаешь в шесть, ты успеваешь делать огромную кучу всяких странных вещей.

— Как ты себя чувствуешь? Я за тебя волновался, — из-за угла появился Виталий.

— Отлично, — улыбнулась ему Инга. — Ты прости, что я вчера так быстро отключилась…

— Не извиняйся. Это ты прости, что я побеспокоил тебя так поздно. Я иногда бываю жутким параноиком. Все время думал, вдруг с тобой что-то случилось.

Еще один экстрасенс на ее голову! Инга вздохнула. Откуда их только понасыпалось? Она резко остановилась: а ведь действительно, откуда? Очень странно: новый оператор появился у них сразу же, как только в ее жизнь ворвался кое-кто излишне наглый.

— Извини, Виталий, мне нужно кое-что обсудить с начальством.

Она, кажется, на самом интересном месте прервала анекдот, которым он пытался ее развеселить. Но это было непринципиально. Расскажет позже.

— Кого я вижу, Гарипова! Неужели солнышко ушло в отпуск, и ты его заменяешь, сияя нам по утрам, — радостно встретил ее редактор.

Инга посмотрела на часы: действительно, до начала рабочего дня еще минут двадцать. Вежливо улыбнулась, показав, что оценила тонкий юмор, а потом, вмиг посерьезнев, спросила:

— Что за Виталик? Откуда он здесь появился? Почему именно вчера? Почему так резко?

— Что приглянулся? — радостный редактор «понимающе» ей подмигнул.

Ну не объяснять же ему, что ей все это кажется подозрительным! Поэтому Инга просто кивнула.

— Понимаю, хороший парень, но имей в виду, если шуры-муры будут мешать работе…

Началось!

— Работе ничего не помешает, — твердо заявила Инга. — Так откуда он вдруг здесь взялся?

— А он не вдруг, он уже месяца два ходит, пороги обивает. Я и работы его видел и самого его наизусть успел выучить. А куда я его возьму, если вакансий нет?! А тут Саныч берет и ломает ногу. Вот я и сказал Оленьке позвонить кому-нибудь из претендентов поприличнее. И он тут же — как штык!

Инга выдохнула. Кажется, она теперь тоже немножко параноик. Вряд ли вся эта история началась два месяца назад, а Стас столько времени прикидывал, как бы половчее попасться ей на глаза голым и избитым.

* * *

Рабочий день шел своим чередом. Сегодня они снимали выставку художника-авангардиста. Виталик периодически шептал ей на ухо, что, по его мнению, хотел сказать автор, и Инга ухохатывалась, настолько смешно и похоже получалось.

— Прекращай, нас отсюда выгонят.

Она пыталась его одернуть, но он словно решил поднять ей настроение до невиданных доселе вершин. И надо сказать, у него получалось. Когда Инга просила художника сказать несколько слов о том, что же на самом деле хотел сказать автор, она с трудом сохраняла серьезное выражение лица. И снова монтаж занял мало времени. Сидеть до ночи не пришлось. Более того редактор заявился и изрек:

— Уже справились? Чего сидим, казенным воздухом дышим? А ну кыш по домам, чтобы завтра были свежими. Завтра с вас два репортажа, но один в воскресный выпуск. Несколько слов о презентации дорогих спонсоров.

Как же хорошо почувствовать себя свободным человеком! Не измотанным в конец винтиком новостной системы, а просто вот себе человеком, который идет себе по улице, ест мороженое и ему совершенно некуда податься. Возвращаться в свою квартиру Инга не хотела, ей все еще было жутковато. Пожалуй, Стас прав, надо искать себе какой-то другой вариант. Но она займется этим завтра, а пока поживет в гостинице, не так уж это и дорого. Инга брела по улице и просто наслаждалась жизнью.

Кафе…

А почему бы не выпить чашечку кофе, глядя на прохожих!

Кинотеатр…

Да она сто лет не была в кино! Что там, на дневных сеансах? Полнометражный мультфильм — идеально.

В гостиницу она пришла просто в великолепном настроении, сама себе удивляясь. Ей действительно было хорошо, словно что-то тяжелое перестало на нее давить. А еще и работа стала спориться. Нет, жизнь определенно налаживается.

И только засыпая, Инга почувствовала досаду, мимолетную, едва уловимую.

Почему-то ей казалось, что Стас должен был появиться. В своей обычной манере, не терпящим возражения тоном заявить, что нашел для нее милую квартирку. Или позвать ужинать… Или нет. Квартира и ужин — это для него слишком просто. Он наверняка сделал бы что-то такое — из ряда вон. Но он не сделал. И не появился. И, наверное, это хорошо.

Да, однозначно, это хорошо, просто великолепно!

Она поймала себя на том, что повторяет это про себя раз за разом, словно пытаясь себя в чем-то убедить.