Глава 16

Ева Мы оказываемся на борту небольшого самолета. Частного, по всей видимости. Я такого вблизи никогда не видела. Только на картинках и в кино. Но я не могу получить удовольствия ни от этой роскоши. Ни от предстоящей поездки. Слишком уж сильно давит на легкие. И переживания закручиваются внутри тугими узлами. Гранд не спрашивает меня о деньгах, об отсутствии паспорта и обо всем остальном. Даже если он что-то заподозрил, не дает об этом знать. Мы усаживаемся в кресла. Они пахнут кожей. Настоящей. Наверное, одно такое стоит как среднестатистическая машина. Но я стараюсь не думать о том, в какую авантюру вляпалась и почему оказалась тут. Об этом в принципе сложно задумываться, когда твои трусики насквозь мокрые от возбуждения. Шарики выполнили свою функцию, отлично подготовив меня для плотских утех. И я не знаю, в чем дело: в самой игрушке или моем отношении к ней. Помимо меня и Джейсона в салоне еще двое мужчин в строгих костюмах. Они общаются на английском, и я ничегошеньки не понимаю. Зато эти люди точно знают, зачем я здесь. Уверена. От этого мне хочется забиться в самый угол и не отсвечивать весь полет. Брагин сказал, что в среднем время полета до Лондона занимает четыре часа. Кошмар. Как выдержать столько? Симпатичная бортпроводница в обтягивающей униформе старается услужить пассажирам. Особенно Гранду. Наверное, этот самолет принадлежит ему. Как и стюардесса. Мне кажется, даже она знает о том, что я прячу внутри себя. И от этого становится только гаже. Но возбуждение никуда не девается. Меня буквально пронзает разрядом тока, когда Джейсон кладет свою крупную ладонь на мою коленку. Он специально. Знаю. Хочет усилить эффект от девайса, который вынудил использовать. Я борюсь с желанием раздвинуть ноги и умолять миллионера коснуться ноющих складочек. Немного поласкать меня. Там. Где все так неприлично набухло. Мужчина помогает мне пристегнуть ремень, когда наш самолет готовится к взлету. А после он так же легко отстегивает его, а потом протягивает мне руку. – Пойдем, Ева, – спокойно произносит Джейсон, а в моей голове это звучит совсем не так. Он будто при всех произносит: «Пойдем, девочка, пора тебе поработать ртом». Я невольно кошусь на других мужчин, но им плевать на меня. Видно, у Гранда столько шлюх, что его друзья предпочитают не обращать на них внимания. Слишком много чести. Мы проходим буквально пару метров прежде, чем упираемся в дверь. Я заприметила ее ранее. Мужчина продолжает держать меня за руку. Его ладонь сухая и теплая, в отличие от моей заледеневшей конечности. Джейсон открывает дверь, и мы оказываемся в небольшой спальне. На полном серьезе! Здесь помещается только двуспальная кровать, кресло и небольшой столик в углу. Только тут Гранд выпускает мою руку. Он закрывает дверь. Мы остаемся наедине. С этим красивым богатым мерзавцем. Он делает все не спеша. Все его движения уверенные, четкие, хищные. Я не могу так. Трусливо жмусь у самого входа, стыдливо опуская глаза. Кажется, по ту сторону двери уже собралась толпа, чтобы послушать, что происходит между нами. Но Гранду плевать. Он преспокойно усаживается на кровать, ожидая от меня дальнейших действий. – А если кто-то зайдет? – решаю уточнить. Мне бы не хотелось, чтобы другие люди увидели меня в столь неприглядном свете. – Это не должно волновать тебя, Ева. А вот мое удовольствие – очень даже. И мой член – главное, что должно заботить такую, как ты. Гранд будто намеренно делает ударение на слове «такую». Не понимаю, чего он добивается? Хочет унизить меня? Или преследует другую цель. Давит на больное, чтобы сдавалась, раскрыла карты? Но я не рискну. Через несколько часов я окажусь в другой стране без денег и возможности вернуться. Мне нужно удержаться рядом с Джейсоном, во что бы то ни стало. Я вновь становлюсь объектом его плотоядного взгляда. Мои руки невольно повисают по швам, потому что прятаться от него нет смысла. Я уже принадлежу этому мужчине. Он заплатил за меня. Гранд начинает изучение моего тела. Темный взгляд скользит по фигуре. Задерживается на вздымающейся груди и спускается к обнаженным ногам. Миллионер смотрит внимательно. Разглядывает меня как свою игрушку. Вещь. И здесь для него отличный обзор. Утреннее солнце бьет прямо в иллюминаторы с одной стороны. А я забываю собственное имя от этого взгляда. Он точно парализует. Ни дышать, ни говорить, ни двигаться не выходит. Только стягивается внутри. Сильно. Сгущается желание внизу живота. Гранд в костюме. Интересно, он вообще снимает его? Подойдя ближе, начинаю раздеваться. Джейсон ждет от меня этого. Действий. Тянусь к молнии на платье. Стягиваю его очень медленно, будто играю с желанием мужчины. Завожу. Завлекаю собой. А он все смотрит. Голодно. Вижу, как горят в холодных глазах огоньки возбуждения. Теперь я остаюсь перед ним в белье. Тонком. Оно почти не скрывает меня. Это все, что смогли найти подельники Брагина посреди ночи. Соски сжимаются. Вытягиваются от внимания Гранда. Он ни на секунду не отводит глаз. – Думаю, мне не стоит напоминать тебе, зачем мы здесь, Ева. Если я захочу посмотреть на девиц в белье, то выберу другое место. У меня мурашки бегут оттого, как Джейсон произносит мое имя. Будто ласкает. Перекатывает его на языке. И я чувствую эти прикосновения физически. Хочу, чтобы он потрогал меня, этот сильный, уверенный в себе мужчина. Расстегиваю лифчик. Отбрасываю в сторону. Поддеваю пальцами резинку трусиков. Краснею и едва дышу. – Смелее. Раздевайся до конца. Мне не терпится трахнуть тебя. В какой позе ты хочешь? Тебе понравилось, как я брал тебя сзади? Мои щеки горят огнем. Стыдно. Ведь мне понравилось. А еще, если Гранд вновь заберет мои трусики, он снова узнает о моем позорном возбуждении от шариков и чувства принадлежности этому мужчине. – Значит, больше понравилось сосать? – Джейсон реагирует на мое замешательство, еще больше вгоняя в краску. – Хорошо. Тебе еще представится такая возможность.