Игрушка моего сына. Запретная страсть. 1 · 36. Ника

36. Ника

Вечером у меня смена в ресторане, поэтому так и придется из дома выйти.

Всю дорогу до работы я оглядываюсь, но никого. И я даже успокаиваюсь немного. Может, и правда отстал. Ну зачем ему такие проблемы? Думаю, у него есть много, кто хочет и поговорить, и все остальное. Я помню эту грудастую блондинку с варениками вместо губ. Вот с ней пусть и разговаривает!

В ресторане я переодеваюсь и иду в зал. Сегодня аншлаг. Все столики заняты. Это хорошо. Значит и чаевые будут на уровне.

Работая, я отвлекаюсь. Забываю обо всем.

- Вероника, - подзывает меня Лена. – Там, за пятым столиком друг Бориса. Обрати внимание. Надо все сделать красиво.

- Конечно, - поправляю форму и натягиваю дежурную улыбку.

Я безукоризненно, как мне кажется, выполняю свою работу. За что получаю щедрые чаевые от друга Бориса и его спутницы.

Оставляю им на столе чек и отхожу. Они еще сидят какое-то время. Я занимаюсь другими клиентами. Устала адски. Ноги как ватные. Чувствую, приду домой и вырублюсь сразу же. До конца рабочего дня остался час.

- Вероника! – ко мне подбегает Лена. – Ты с пятого столика бумажник не брала?! – дергает меня за руку. Глаза у нее круглые.

- Нет, - хмурюсь я. – Какой бумажник?

- У гостя бумажник пропал! Говорит, что положил его на стол, вышел покурить. Вернулся – нет. А к столику только ты ведь подходила! Посуду убирала. Так?

- Нннууу, подходила, - тяну испуганно. – Но там не было бумажника. Не было, Лен! Клянусь! Я только тарелки убрала!

- Блин, - смотрит на мигающий телефон. – Борис уже звонит. Блин, Ника. Это капец. Вспоминай! Может, видела бумажник? Иначе нам всем тут конец. Всем!

И она убегает.

Я стою и хлопаю глазами.

Ну, не было там никакого бумажника! Не было! Я не брала ничего!

Дрожащими пальцами тереблю салфетку и кусаю губы.

- Так, - опять голос Лены. – Иди давай.

- Куда? – оборачиваюсь и спрашиваю испуганно.

- Борис хочет с тобой переговорить. Этот приятель ему уже позвонил. Будем все вместе искать бумажник! Пока не найдем. Иди.

- Лен, я боюсь, - признаюсь честно. – Что я ему скажу-то?

- Ну вот, как есть, так и скажешь. Не брала значит не брала. Иди. Ничего не поделаешь. Еще не известно, сколько там бабла было. Карточки, говорят, какие-то золотые. Блин. Лучше бы он и не приходил к нам в ресторан. Иди, Ника, иди. Борис, вон, опять звонит. Ждет. Давай. Не зли его еще больше.

Я кладу смятую салфетку на стол и потираю нос, чтобы не расплакаться.

Я ведь не брала. Ничего плохого не сделала. Надо просто рассказать об этом. И все.

Лена по-дружески хлопает меня по плечу, кивает.

И я иду в кабинет Бориса.

Он на втором этаже. Длинный узкий коридор и вот нужная дверь.

Стучусь.

- Да! – мне кажется, я даже в этом голосе слышу злость.

Несмело открываю дверь. В кабинете почему-то полумрак. Слабый свет от настольной лампы.

- Здравствуйте, Борис Андреевич, - тихо произношу я. – Лена сказала, вы хотели поговорить со мной.

Делаю еще шаг и дверь захлопывается. Я даже вздрагиваю.

- Ну вот, что же ты, Вероника, тут бежишь по первому зову, чтобы поговорить, а, когда я попросил, спектакль устроила? С собакой.

И я замираю.

Это не Борис.