Глава 20

Королевская ночь в нашем любимом клубе означала бесплатные коктейли для девушек всю ночь. Мы с девчонками посещали его чуть ли не каждые выходные. Танцевали, веселились, отшивали назойливых ухажеров.

Но так было раньше. До смерти папы.

Яркие огни пульсируют в такт энергичной музыке, создавая завораживающую игру теней и света. Высокие потолки с цветными проекторами напоминают о звёздном небе, который стал завораживать меня спустя всего пару алкогольных коктейлей. Бит казался до дрожи притягательным, как магнит завлекая к танцполу.

Следую за подругами, погружаясь в этот вихрь веселья и беззаботности, которыми мне бы хотелось от них заразиться. Но все время что-то не дает мне это сделать. На шее, словно удавка. Которая затягивается все сильнее от одного взгляда Виктора в мою сторону.

Не могу расслабиться, не могу вдохнуть ту самую свободу, ощущая, что за спиной маячит невидимая нить контроля, связывающая меня с Дмитрием и его строгими правилами.

— Так! — Алинка оглядывается по сторонам. — Нам пора в туалет.

— Да я как-то не хочу, — пожимаю плечами, попивая коктейль через трубочку.

— А я сказала, пошли!

Доверившись подруге, иду за ней, стараясь не столкнуться с танцующими вокруг.

— Эй, эй, красавчик, — мурлычет она, прикладывая ладошку к груди Виктора, когда тот на автомате собирался зайти за нами в дамскую комнату, — дождись нас тут.

Как только дверь закрывается Алинка меняется в лице. Вся расслабленность и летучесть исчезает.

— Быстрее, — шипит она, указывая в сторону небольшого окошка практически под потолком, — лезь! Ника уже ждет нас с вещами на улице.

Адреналин бьет по голове. Как же это беспечно, дерзко и просто потрясающе!

За считанные минуты мы оказываемся на улице, где с восторженным видом нас встречала Ника. В спешке покинув клуб, я до последнего не могла поверить, что три девицы смогли облапошить взрослого мужика.

***

Уже через десять минут после нашего побега мой телефон разрывался от звонков Дмитрия. Но это не помешало мне продолжить алкотур по барам знаменитой улицы.

В голове приятная тяжесть, туман. Каждая мышцы приятно расслабленна. И это именно тот эффект, которого я добивалась, заказывая в каждом баре по небольшому сету шотов.

К назойливым звонкам я даже успела привыкнуть. Но у свободны оказалась вторая, неожиданная для меня, сторона медали – паранойя.

В лицах незнакомых мужчин я стала видеть бывших друзей и компаньонов отца. А огромный черный Гелендваген, который подметила на стоянке бара, вызывал колючую дрожь по телу.

Мне кажется, или я его уже видела у прошлого бара?

Но это мысль была стремительно забыта.

— Какой нервный, — заметила Ника, когда я сбросила очередной входящий звонок.

— Думаю, ему будет полезно ненадолго потерять свою игрушку, — улыбаюсь девчонкам.

Звон стекла наших бокалов – музыка для моих ушей на сегодняшний вечер.

— Так откуда взялся этот Дмитрий? — спрашивает Алинка.

Когда пару лет назад познакомилась с девочками в универе, на тот момент папа прекратил уже какие-либо дела со своим бывшим другом. И стараясь о нем забыть, как о самом страшном, но ярком сне, я никогда никому ничего не рассказывала.

— Они с отцом раньше работали вместе, — отвечаю коротко, рефлекторно бросая взгляд на потухший экран мобильника.

— И теперь он взял тебя под свое крыло?

— Крис, — Ника кладет свою ладонь поверх моей, — ты что, его боишься?

— Да, я тоже обратила внимание, как ты с опаской смотришь на его входящие звонки. Ты не его собственность и не обязана его слушаться.

Устало улыбаюсь и убираю телефон подальше в сумку.

— У нас действительно непростые отношения, но…

— Кристина Сергеевна, — меня резко прерывает спокойный голос Виктора, раздавшийся из-за спины, — вам пора домой.

Медленно поворачиваясь к нему на барном стуле и на секунды теряю дар речи. Охранник смотрел на меня с невозмутимым лицом. Даже в его глазах я не смогла уловить и тени злости.

— Как ты… — начинаю я. — А впрочем неважно. Не удивлюсь, если в моей сумочке жучок, — тихо бурчу, спрыгивая с высоко стула. — Девочки, спасибо за вечер.

— Не пропадай! — кричат они одновременно, находясь в таком же шоке, как и я от внезапного появления моей няньки.

***

При каждом шаге пол кажется мягче зефира. От этой мысли с моих губ слетает пьяный смешок, когда мы с Виктором уже переступили порог дома и оказались в гостиной.

Первое, что я замечаю – его напряженная спина.

Дмитрий, услышав нас, медленно поворачивается. Один его взгляд на меня рождает четкий привкус тревоги, от которого начинаю трезветь.

— Уволен, — бросает он четко, продолжая сверлить меня своими ледяными глазами.

— Что? — вскрикиваю. Вижу, как Виктор, сжав челюсть, кивнул и, развернувшись, вышел из комнаты. — Не надо! Я….

Дымка алкоголя не дает понять всю серьезность ситуации целиком, но сердце уже болезненно сжимается от собственной бессовестной выходки.

— Где ты была? — Дмитрий всего лишь задает простой вопрос, а я слышу это, как рык разъяренного хищника.

Нервно сглатываю. Его желваки до дрожи угрожающе играли в теплом свете лампы.

— В клубе, — переминаюсь с ноги на ноги, желая сейчас только одно – позорно не потерять равновесие.

Дмитрий прищуривается.

— Кажется, ты забыла, что ты моя и не имеешь права так себя вести?

— Я не могу встретиться с подругами? — чуть ли не кричу, пытаясь нападать на него в ответ.

— Ты не имеешь право сбегать, — чеканит каждое слово с такой яростью, что это ощущается хуже крика.

— А ты не думал, почему я это сделала? — ухмыляюсь, присаживаясь на мягкий подлокотник дивана. — Ты душишь меня, перекрываешь кислород к моей обычной жизни. Мне все это надело! Ты… — мой взгляд замирает и только сейчас… Только, черт возьми, сейчас я замечаю за Дмитрием накрытый стол, — ужин?

Весь мой запал высказать этому человеку все, что я о нем думаю, мгновенно улетучился. Распахнутыми от шока глазами разглядываю красивую сервировку, изысканные блюда и алкоголь.

— Я же обещал, — практически шепотом говорит он, отворачиваясь.

По сердцу словно провели ржавым гвоздем. До чего же неприятно и мерзко. Сама себе противна. Подставила Виктора, испортила сюрприз Дмитрия. И он… действительно для меня готовил? Босс многомиллионной компании стоял ради меня у плиты?

— Прости, я не знала… — шепчу, пытаясь избавить от комка слез, мешающим говорить.

Дмитрий хватает пустой фужер со стола и с силой бросает его в стену. Тот разлетается на тысячу осколков, несколько из которых прилетает к моим ногам.

Каждый орган, каждая клеточка холодеет от ужаса.

Дмитрий поворачивается и начинает медленно, походкой пантеры на охоте, приближаться.

— В очередной раз убеждаюсь, что доброту принимают за слабость.

В следующую секунду крепкая мужская ладонь обхватывает мою шею. Глоток воздуха так и застревает в гортани.

Дмитрий толкает меня назад, и я падаю спиной на мягкую обивку дивана.

— А теперь слушай сюда, малышка, — говорит с придыханием, нависая надо мной. — Твоя жизнь действительно круто изменилась и уже не будет прежней. Скажи спасибо своему папаше.

— Отпусти, — хриплю, ощутив всего на секунду, как его хватка на моей шее ослабла. — Ты меня пугаешь.

Его брови взметнулись вверх.

Пытаюсь вдохнуть хоть немного воздуха. Но не получается. Разъяренное лицо Дмитрия все больше и больше застилают черные пятна.

— Я тебя пугаю? — спрашивает язвительно. Его пальцы надавливают сильнее, неприятно перекатывая напряженную венку. — А тонированный гелик, который пас вас около бара, не пугает? И поверь, за долги они бы спросили с тебя не только деньги.

Его рука исчезает с моей шеи так же быстро, как и появилась.

В горле жжет. Но, несмотря на боль, пытаюсь откашляться и дышать ровно. Скребу по нему пальцами, фантомно ощущаю на себе удавку.

— Такого больше не повторится, — шепчу, смотря на Дмитрия снизу вверх.

Он делает шаг вперед. Двумя пальцами за подбородок вкидывает мою голову еще выше.

— За то, что побрезговала моей защитой, тебя ждет наказание. От нас троих. И поверь, я скажу парням, чтобы они не сдерживали себя.