Глава 27. Тайра

Я откровенно скучала, находясь взаперти в покоях Палача. Покидать их мне было запрещено, да я и не смогла бы этого сделать при всём своём желании. Палач заблокировал дверь так, что открыть её можно было только снаружи.

Даже есть мне было разрешено только здесь. Слуги-фаэлины приносили еду мне сюда, скользя безмолвным, но заинтересованным взглядом по мне. Хуже всего было не мучиться неизвестностью, но чувствовать себя предметом неумолкаемого обсуждения, проходящего за моей спиной, далеко за пределами этих комнат.

Недавний эпизод в столовой показал, что я могу не рассчитывать на кого-либо из фаэлинов. Для них я – лишь повод развеять скуку и немного набить свои карманы, сделав удачную ставку.

Я поймала на себе ещё один осторожный взгляд, брошенный на меня исподтишка девушкой-фаэлином. Быстрый, но цепкий и оценивающий.

– Что-то интересное?

Девушка подняла на меня тёмно-красные глаза, полные недоумения. Я неторопливо прошлась по комнате и села в кресло, в то самое, в котором так любил сидеть Палач. Поняла это уже после того, как опустилась в него, но… плевать. Он не запрещал сидеть на нём. Я положила ногу на ногу и заставила себя пристально оглядеть девушку с головы до ног, неспешно скользя взглядом. Она переминалась с ноги на ногу, явно чувствуя себя не по себе.

– Я жду, – нетерпеливо начала постукивать пальцами по подлокотнику, усмехнулась и склонила голову на бок. – Ты с таким интересом разглядывала меня, явно желая мне что-то сказать или поделиться ценой информацией?

– Нет, – потупив взгляд, проблеяла девица.

– Тогда займись своими обязанностями немедленно. Оставь еду здесь и убирайся вон. Вернёшься через полчаса за посудой и уберёшься быстрее, чем я смогу тебя заметить. Тебе всё ясно?

Я заставила себя говорить раздражённо и зло, не отрывая взгляда от девушки. Служанка торопливо поклонилась и скользнула в открытую дверь, бесшумно закрывшуюся за ней. Я облегчённо вздохнула, едва девицы след простыл.

Меня раздражал этот спектакль, хотелось разом закрыть рты всем, сплетничающим и праздно любопытствующим. Хорошо, что хоть эту девицу удалось приструнить так легко. Всего-то нужно было слегка изменить тон голоса, добавив в него суровых и нетерпеливых нот.

«Перенимаешь привычки Палача?» – ехидно поинтересовался внутренний голосок. Шепнул колкость исподтишка и спешно ретировался, не дав возможности оправдаться. Будет ждать нового удобного случая, чтобы в неожиданный момент огорошить чем-нибудь вроде этого.

Я немного поковырялась вилкой в содержимом тарелок и отодвинула от себя столик: есть совершенно не хотелось. Я лишь пригубила немного тёмно-красного сока и откинулась на спинку кресла, воздев глаза к потолку.

Дверь отворилась и в комнату вошёл он, Палач. Лёгок на помине, как говорится. Расслабленности во мне как не бывало, она уступила место настороженности. Я села в кресле, молча вглядываясь в лицо Палача, бывшее непроницаемым. Палач прошёл на середину комнаты, осмотрел столик с тарелками и перевёл тяжелый взгляд на меня.

– Ты ничего не ела, – констатировал он очевидный факт.

– Нет аппетита.

– Надеюсь, тебе в голову не пришло уморить себя голодом? Потому что в таком случае я буду кормить тебя насильно.

Я пожала плечами.

– Иного ответа я от тебя и не ждала. Насилие и принуждение – это полностью в твоём духе.

– Показываешь зубки, Тайра? Не рановато ли?

Я не нашлась, что ему ответить. Вошла девушка-слуга, недавно приносившая еду. Заметив Палача, она склонилась в подобострастном поклоне, тенью прошмыгнула к столику и, пятясь, вышла. Палач даже не удостоил её взглядом, будто и не было здесь никого, пустое место, и только. Сел напротив меня на диван, вытянув впереди себя длинные ноги.

– Настало время поговорить начистоту, Тайра. Поделись информацией, откуда ты знаешь наш язык? Я перерыл кучу информационных файлов и сводок Фаэлы, но не нашёл ни единой записи о том, что Тайра Тциран проходила специализацию. Заметь, я предлагаю тебе сделать это добровольно.

– Упустишь шанс поизмываться над своей жертвой? – язвительно поинтересовалась я.

– Если жертва будет настаивать на ином развитии событий, я охотно исполню её просьбу.

Чёрные провалы глаз зажглись недобрым огоньком интереса и предвкушения, будто зверь вышел на след дичи. Я колебалась недолго. Выводить Палача из себя, испытывая на себе его злость, не хотелось. Он добьётся своего, так или иначе. И кому станет хуже от того, что я отвечу на его вопросы?

Все те, кто могли пострадать при этом, уже давно мертвы. Кроме меня. Все они пали от рук Палача, сидящего напротив. Я вздохнула и принялась рассказывать, осторожно подбирая слова, понимая, что он – первый, с кем мне предстоит поделиться своей маленькой тайной.

Никогда бы не подумала, что именно он, собственноручно казнивший дорогих мне людей, станет моим собеседником в этом вопросе.