Глава 30. Тайра

– Для начала тебе следует вспомнить азы обучения, восстановив в памяти полученные ранее сведения. Надеюсь, хоть что-то удержалось в твоей хорошенькой головке с той поры?

Голос Палача звучал ехидно, а сам он расположился у стола, пальцы его быстро бегали над сенсорной панелью. Я молча кивнула в ответ, не зная, каким будет его следующий шаг, и что на самом деле ему от меня нужно.

– Для этого не потребуется специального разрешения. Вот тут ты сможешь найти все необходимое. Вся информация для нынешнего этапа находится в свободном и открытом доступе.

Палач махнул рукой, приглашая меня подойти ближе. Я двинулась вперёд, поневоле впиваясь жадным взглядом в открывшееся окно информационной панели, подсвеченное мягким голубым светом.

– Располагайся поудобнее в кресле и приступай. Садись…

Палач легонько подтолкнул меня в спину, перехватил мой взгляд, устремлённый на то самое кресло, в котором мне уже довелось побывать, и усмехнулся.

– Не нравится?

– Не думаю, что кому-то на самом деле это кресло нравится, кроме тебя.

Слова опять вылетели из моего рта быстрее, чем я подумала, к месту ли будет их употреблять. Провоцировать или злить Палача неосторожно брошенной фразой очень не хотелось.

– Разумеется, оно мне нравится…

Опять кривая усмешка. Что смешного было в моих словах?

– Думаю, оно тебе нравится от того, что ты не сам в нём находишься.

– Хочешь попробовать себя в роли кого-то другого, Птичка? Дерзай.

Палач взял меня под локоть и повел в другой конец кабинета.

– Для начала тебе нужно будет активировать панель управления. Кажется, тебе это не составит большого труда. Я настрою её на тебя. И мы посмотрим, как далеко ты сможешь зайти.

Я недоверчиво посмотрела на Палача. Очередная из его шуточек, которые казались весёлыми только ему одному? Не похоже. Более того, он пробежался пальцами по панели управления, приглашающе махнул рукой.

– Оно в твоём распоряжении.

Я осторожно подошла и несмело коснулась пальцем сенсорной панели, на экране услужливо высветилось изображение кресла и меню задач сбоку.

– Можешь приступать

Палач отошёл назад и начал расстёгивать рубашку, обнажаясь до пояса. Мои брови изумлённо поползли вверх. Это ещё зачем? Хотя, если ему так хочется, пусть на себе испробует свои же игрушки.

– Чего ты ждёшь?

Палач уселся в кресло с довольным видом, будто ему преподнесли долгожданный подарок. Я пробежалась глазами по сенсорной панели, с первого раза явно не овладеть управлением этого приспособления, но кое-что ясно сразу, нажала на кнопку !фиксация конечностей».

Запястья Палача оплели серебристые плотные ленты, прижимая к подлокотникам. Внутри поднялась какая-то странная волна злорадства, смешанного с радостью. Что было следующим пунктом в списке развлечений Палача? Смутить жертву? Он-то с явным удовольствием разглядывал всё, что ему было интересно. Стоит ли подвергать его подобному? Подняла взгляд на него, заметив усмешку, едва затронувшую уголки губ. Будто знал, о чём я думаю. Нет, на такое я явно не решусь.

Что-то мне подсказывало, что его это не заденет, а скорее позабавит, ещё и поддразнивать начнёт. Краска бросилась в лицо от картин, промелькнувших в голове. Тихий низкий смех Палача мешал сосредоточиться. Я нахмурилась и вновь начала листать меню управления.

– Я жду, – скучающим голосом произнёс Палач. – Или ты решила меня уморить ожиданием? Можешь порыться вон на тех полках, что позади тебя.

Издевается. Думает, что всё это лишь игра, в которой он дал мне иллюзию свободы, а на деле держит ситуацию под контролем. Не учёл маленькую деталь: именно он сейчас обездвижен, а не я.

– Хорошо, будь по-твоему

Я подошла к нишам, содержимое которых было спрятано за туманной завесой, вытянула руку и наугад коснулась предметов. Холодный металл обжёг кожу. Я схватилась за предмет, вытягивая его. Это был острый клинок с длинным широким лезвием.

– Осторожнее, Тайра, – голос Палача уже не звучал столь беспечно. – Можешь и порезаться ненароком.

И снова промелькнула белозубая улыбка, смотрящаяся нелепо и чуточку ужасно на лице, затянутом в чёрную маску. Мгновенная и острая, будто укол иглой.

– Я не собираюсь резать им себя…

Я наклонила голову набок, с улыбкой рассматривая Палача, ожидая его реакции на свои слова. Медленно подошла к нему, не зная на самом деле, чего я хочу. Я же не такая, как он. Я не изверг и никогда им не была. Я не истязала животных и не издевалась над слабыми. Я постоянно старалась жить по заветам Предков и предписаниям Храма.

Но противный голосок внутри шептал, что так было до того момента, как яд знания терраэнов отравил мою жизнь, сорвав с глаз обманчивую пелену. С той самой поры я больше не чувствовала себя частью Фаэлы и была словно отрезанный ломоть, упавший со стола и оставшийся лежать на полу никем не замеченным.

И разве я преступала законы совести и морали? Нет. По доброй воле я бы не стала издеваться над кем бы то ни было. А сейчас… Что-то сломалось во мне. В этот момент или немногим ранее, я не могла сказать точно.

Но я ощущала странное возбуждение от металлического клинка, приятно тяжелившего ладонь. Во мне росло и ширилось стойкое убеждение правильности происходящего, хоть оно и чудовищно смотрелось на общем полотне моей жизни.

Я остановилась около Палача, раздумывая, с чего начать, и сомневаясь, хватит ли мне сил осуществить задуманное.

– Просто сожми его покрепче и приступай, – услужливо подсказал Палач, глядя на меня с каким-то алчным, голодным интересом. Его слова подстегнули меня, мне чудилась в них насмешка и превосходство. Зря смеёшься, Палач, пора и мне сделать свой ход.

Я сжала рукоять покрепче и обвела взглядом мускулистое тело Палача, обнажённое до пояса. Выступающие бугры тренированных мышц, крепкие руки и гладкая кожа с редкими застаревшими шрамами, видневшимися кое-где белёсыми полосками. И всё это – он, прекрасное мужественное тело и бездушная машина для убийства.

Стоит ли жалеть такого и бояться причинить ему боль? Клинок опустился на кожу очень быстро. Рука не дрогнула, как я этого ожидала. Я сделала надрез от косточки чуть ниже ключиц к груди. Лезвие легко и без усилий вспарывало кожу, оставляя за собой кровоточащий след. Я изумлённо уставилась на дело своих рук, не веря, что это происходит в действительности, а не в кошмарном извращенном сне.