Глава 41. Палач

Тайру трясёт в моих руках. Моя маленькая птичка содрогается от наслаждения, заливая соком мои пальцы. Я чувствую каждое сокращение её лона, подрагивающего изнутри, всё ещё продолжающего сжиматься. И это её «да-а-а-а», сдавленное, чуть хриплое от того, что я сжал её хрупкое горло своими пальцами. Её «да» отзывается во мне неожиданным восторгом, разлетается внутри во всех направлениях, пронизывая каждую частичку меня какой-то сладкой истомой и пьяной радостью. Да-а-а-а....

Я готов слушать её «да» вечно, не хочу принимать отказ от неё и не приму никогда, заставлю стонать и извиваться в моих руках. Я заставлю Тайру кончать так часто, что это станет единственным словом, любимым ею. Глаза Тайры закатываются от удовольствия, она запрокидывает голову назад на мгновение и подаётся вперёд ко мне. Веки распахнулись, сиреневые глаза смотрят прямо на меня. Но я понимаю, что она, полная блаженного экстаза, мягкая и податливая. ещё не соображает ничего.

Я сгребаю её в охапку и опускаю на пол, поддерживая руками. Впиваюсь в её рот, пьянея от того, как послушно Тайра принимает меня. Мне мало этого, принимаюсь яростно таранить её сладкий ротик своим языком, который Тайра тут же обхватывает губками и начинает посасывать, едва не повиснув на мне, прижимаясь острыми холмиками сосков к моей униформе. А внизу… Я знаю, какая она мокрая и горячая там, внизу.

Меня ведёт от её близости и запаха, пропитавшего мои пальцы. И, кажется, весь воздух вокруг пахнет только ею. Каждая сраная частичка кислорода полнится ею, распыляясь мириадами частиц вокруг. У всего вокруг её запах и вкус. Я дышу ею и пьянею ещё больше, чувствуя, что вот-вот сгорю в этом безумии. Обхватываю плечи Тайры и толкаю вниз, заставляя опуститься на колени. Пальцы дрожат, как у законченного наркомана, когда расстегиваю застежку униформы и освобождаю член, возбуждённый до предела. Её всё ещё кружит в вихре оргазма, затмевающего рассудок.

Иначе чем объяснить то, что Тайра послушно касается члена своими красными губками, припухшими от поцелуя, едва он оказывается около её ротика?

– Та-а-айра…

Собственный голос кажется чужим, ломким, прерывающимся от тяжёлого дыхания. И то ли восторг, то ли отчаянная мольба слышится в нём, когда пухлые губы касаются головки члена, мягко обхватывая его. Пальцы зарываются в густые волосы, и я едва сдерживаюсь от того, чтобы не схватить её со всей силы и не насадить на член. Вместо этого крепко сжимаю пряди волос между пальцев и мягко толкаю её на себя, показывая, чего именно хочется мне. Губы скользят всё выше, погружая член в горячий ротик. Быстрое, нерешительное касание её языка подобно ожогу. Дёргаюсь и громко стону.

– Да, Тайра. Ещё…

Блядь, я едва не умоляю её продолжить. Только не останавливайся, полыхают красным слова в мареве тумана, сгустившегося вокруг, продолжающего всё плотнее окутывать меня своими кольцами по мере того, как её решительность возрастает, а прикосновения становятся всё более раскованными и уверенными.

Тайра водит губами по члену вперёд-назад, касаясь языком его изнутри, быстрыми ударами кончика языка подразнивая головку, обводя медленными движениями по кругу. Потрясающее чувство… Кажется, что лучше быть не может, но вдруг она втягивает щёки внутрь и принимается посасывать меня, облизывая головку, наращивая темп движений.

Я что-то говорю ей, не соображая, какие именно слова произносит мой рот. Возможно, мне это лишь кажется, а на деле из него вырываются лишь утробные, громкие стоны. Чувствую, что я на пике. Вот-вот меня подкинет оглушительным взрывом. Крепко обхватываю её голову и принимаюсь глубже погружаться в её ротик, не давая возможности отстраниться.

Долблюсь глубоко, едва не крича от того, насколько это хорошо. Краем сознания я отмечаю, что тело Тайры сотрясает мелкая дрожь, будто это возбуждает её едва ли не сильнее меня. Последний глубокий рывок, и меня бьёт изнутри, будто током. Я изливаюсь в неё, замерев от судороги, едва не сложившей меня пополам.

Мои пальцы всё ещё крепко, почти намертво зарыты в её локоны, заставляю себя разжать пальцы. Медленно, с трудом отрываю их и крепко обхватываю Тайру за плечи, поднимая с колен, обхватываю за талию, проводя руками по спине, покрытой мелкой испариной. Тайра смотрит мне в лицо глазами, едва поблёскивающими от влаги, а во внешних уголках дрожат драгоценные капельки слёз. Аккуратно стираю их пальцами, а самого едва не скручивает от небывалой нежности. Я наклоняюсь, чтобы поцеловать эти мокрые реснички, но меня встречают её губы, мягкие, но требовательные.

Тайра нагло обхватывает мои губы и проникает в рот языком, касаясь моего языка своим, растирая по нему мою же собственную сперму. Её глаза до сих пор открыты, в них читается вызов.

А мне плевать.

Сейчас я бы принял из её рук или рта всё, что угодно. Касаясь её языка, сплетаясь с ним в поцелуе, вожу руками по телу, разгоряченному и томному. После долгого поцелуя Тайра отрывается от моего рта, тяжело дыша, и прячет своё лицо у меня на груди, крепко обхватив меня за торс. И как же мне сладко в этот момент!.. Так сладко, будто не было в жизни ничего прекраснее этих минут, проведённых с ней.