ГЛАВА 47
Абсолютная темнота.
Её магия кончалась. Она сама исчезала, истиралась, уходила из этого мира. Ещё немного — и она погаснет. Кира не знала, дышит ли она или нет. Не знала, бьётся ли её сердце. Не могла ощущать своё тело. Но...
Но она могла думать.
Только что она была жива. Совсем недавно она держала в руках розы... улыбалась... стояла в ритуальном круге для малого ритуала. Она не должна была умирать.
Но она умирала. Так почему?
Потому, пришло осознание, что умирала та, в кого она попала.
Кира чуть не застонала. Так просто. Так обидно. Она попала в собственные воспоминания — снова, снова, снова! В чёртов ритуал с Тёмным Лордом, который, оказывается, чуть не убил её.
И она была в страшной опасности.
Выживет ли она? Юная Кира выживет, она знала — хотя и не знала, как. Неужели Тёмный Лорд вытащил её с той стороны?
Кира закрыла глаза, повторяя знакомую формулу снятия проклятия. Она знала, что ей это уже не поможет — её уже затянуло на место юной Киры, она уже умирала, и велики были шансы, что её ничто и никто не спасёт, даже профессор Деннет.
Но она хотя бы увидит, что происходило там, в прошлом. Даже если ей уже некому будет это рассказать.
Когда она выскользнула из тела юной Киры и встала невидимкой в ритуальной комнате, Кира выдохнула.
Она видела ярко горящие голубые руны — и неподвижно лежащую девочку в центре круга. И высокую тёмную фигуру, стоящую на коленях над ней.
Тёмный Лорд плёл заклятье за заклятьем совершенно беззвучно. На миг в свете рун на его левой кисти сверкнули два перстня-артефакта, показавшись Кире во всех деталях, вплоть до алого камня в одном из них, а потом его левая рука коснулась лба юной Киры через мешок, и перстни снова скрыл рукав.
Кира не помнила этих минут. Естественно: она же была без сознания. Девочка, дрожащая в ритуальном круге в футболке и старых джинсах, и Тёмный Лорд, рисующий на ней руны — вот и всё, что осталось у неё в памяти. Но дурацкое проклятие, похоже, решило открыть ей всё до последней детали.
— Что же мне с тобой делать? — пробормотал Тёмный Лорд, не отрывая руки от лба девочки. — Спеть тебе колыбельную? Глупая девчонка, очнись, ты же умираешь...
Далеко-далеко, на краю сознания, Кире показалось, что она слышит другой голос. Другой, куда более отчаянный, который терял не едва знакомую девочку, а другую женщину, близкую, родную, единственную...
Один-единственный призыв, одно единственное слово. «Вернись!»
Но Кира знала, что звали не её. Ни для кого она не была ни близкой, ни родной, ни единственной.
Она незримой тенью подошла к распростёртой на земле юной Кире. Коснулась её руки. Пусть они обе не могли почувствовать прикосновения, Кира не могла допустить, чтобы её юная версия в такой миг была совсем одна.
Тёмный Лорд поднял голову.
— Всё, — горько сказал он. — Эта девочка спасла тебе жизнь, а теперь её сердце остановилось, и никто не вернёт её тебе с той стороны. Идиот.
Никто, в ужасе поняла Кира. Никто.
Она уходила за грань вместе с юной Кирой, и никто не мог им помочь. Её юная копия должна была выжить, пусть Кира и не понимала пока, как.
Но она сама попала в умирающее тело — и, кажется, она уже не вернётся.
— Профессор, — прошептала она мёртвыми губами. — Заберите меня отсюда, пожалуйста. Кажется, я не помню, как прервать ритуал самой.
Райли учил её, учил их, учил их всех. Но им так ни разу и не удалось попрактиковаться, и Кире было слишком страшно сейчас, чтобы сосредоточиться.
Профессор вытащил Лорейн, напомнила она себе. Дважды. У него получится и сейчас.
Но Лорейн, напомнил ей внутренний голос, вообще не попадала в воспоминания профессора ни разу. И уж точно — не в свои собственные, где была на грани жизни и смерти. Она просто была слишком слабым донором и не смогла справиться с потоками энергии, а это легко было обратить — маг вроде профессора мог просто перераспределить потоки, что он и сделал.
Но Киру он не вытащит.
Тёмный Лорд прерывисто вздохнул, взял руки девочки в свои, и его высокий резкий голос, изменённый маскировочной магией, вдруг неуловимо изменился.
— Кира, — позвал он очень мягко. — Кира, вернись. Кира, маленькая, вернись. У тебя здесь есть будущее, Кира. Вернись, тебя здесь ждут, любят и надеются тебя обнять. Кира, любимая моя девочка, вернись.
Как странно, подумала Кира. Словно два голоса говорят это одновременно.
В вытянутой руке Тёмного Лорда блеснул кинжал, вокруг которого завертелся магический вихрь, и Кира вздрогнула, ощущая страшный, невозможный, чудовищный выброс силы. Будь это убийственное заклинание, полная площадь людей упала бы замертво. Такой энергии не могло существовать в природе — может быть, один-единственный раз, когда Райли Хили воткнул кинжал в грудь своей умирающей невесты, но больше никогда, больше... никогда...
Как она могла чувствовать подобную силу сквозь время? Как?
«Кира», прошептал невидимый голос, обнимая её магией, как рассвет обнимает землю. «Вернись».
И последним, что Кира видела, было то, как пальцы маленькой Киры сжимаются на рукаве Тёмного Лорда.
Она пришла в себя, лёжа у стены, подальше от магического круга. Профессор Деннет сидел рядом, обхватив голову руками.
И совершенно не замечал её.
— Я-то думала, вы будете держать меня за руку, — с лёгкой обидой заметила она. И кашлянула. — Простите. Вы ведь меня спасли и вытащили, да?
Профессор не ответил. Она коснулась его рукава.
— Ничего снова не получилось, да? Только мои воспоминания. То самое воспоминание.
— Ничего страшного, мисс Риаз, — безжизненно прозвучал его голос. — Я думаю, свои я ещё увижу.
Кира закусила губу. Она не могла понять, почему профессор Деннет всё ещё сидел, обхватив руками голову и не обращая на неё внимания, словно он... словно что?
— Тёмный Лорд, кажется, вложил в чары все силы, чтобы я выжила, и не успел восстановиться, — произнесла она. — Может быть, поэтому он и проиграл поединок с Райли?
— Нет, — глухо сказал профессор. — Думаю, он проиграл поединок по другой причине.
— По какой?
— Потому что должен был его проиграть.
Кира не поняла, но не стала уточнять. У неё ещё будет время расспросить профессора о его догадках.
Она помедлила, не отпуская его рукав.
— Вы тоже отдали много сил, правда? — тихо сказала она. — Я могу помочь?
— Можете. — Профессор Деннет встал. Его лицо было спокойным, как всегда. — Если пообещаете не устраивать скандалов и истерик.
Кира заморгала. От него она не ожидала подобных слов. Впрочем, он только что спас её и отдал немало сил — и имел право и на жёсткость, и на раздражительность.
— Конечно, — просто сказала она.
Она совершенно не чувствовала его эмоций. Никаких.
Полное, глубокое опустошение — и за ним глухая стена. За ней были эмоции, она знала. Но мальчик, долгие годы выживавший на улицах и ни разу не применивший магию, был более чем способен скрыть всё, что чувствовал. Даже от неё.
— Я не нуждаюсь в ваших услугах, — просто сказал он. — Поэтому с этого часа я вынужден от них отказаться.
Сердце Киры рухнуло. Что? Что?!
— На какой срок? — произнесли её губы.
— На неопределённый.
Его голос был по-прежнему совершенно ровным и спокойным.
— Но вы же всё ещё не вернули себе память, — прошептала она.
— Не вернул, — холодно подтвердил профессор. — К счастью.
Она моргнула.
— К счастью?
Профессор вздохнул.
— Да, прозвучало глупо. Всегда лучше знать, чем не знать. Боль преходяща. Нет, я не вернул себе память — я видел лишь то, что видели вы.
Его голос стал жёстким.
— Тем не менее, наши с вами отношения закончены. В любом качестве.
Он говорил правду, он не вернул себе память, Кира это знала. Ритуал не был завершён: её все ещё связывала клятва. Но профессор внезапно отказался завершать ритуал. Почему?
Она обещала не устраивать скандалов и истерик, невесело подумала Кира. Что ж, она их не устроит.
— Ритуал ещё не завершён, — тихо сказала она. — Вы уверены, что не хотите его завершить? Меня всё ещё связывает клятва на крови.
— Я не допущу вашей гибели, — сухо произнёс профессор. — Не волнуйтесь на этот счёт. И помогу вам завершить ритуал, но... потом. Сейчас мне несколько не до этого.
Кира встала. В её глазах блеснули слёзы.
— А до чего?
Он взглянул ей в глаза. Его губы дрогнули, будто он собрался что-то ей сказать...
И Кира не выдержала. Она бросилась вперёд и прижалась к нему. Ничего не говоря — ей нечего было сказать. Просто обнять его в последний раз — если получится.
И стены рухнули.
Профессор обхватил её в ответ, и она почувствовала, как его сердце раздирает жестокая боль. Боль, шок, ужас, неверие. Не просто раздирает — кромсает на части, бросает во тьму, и всё, что ждёт его в этой тьме — одиночество.
— Что произошло? — прошептала она. — Что вы увидели?
— Артефакты, — негромко произнёс профессор. — Тёмный Лорд был полным идиотом, надевая их куда ни попадя. Я не сделаю этой ошибки.
— При чём тут...
Он резко выпустил ее из объятий.
— Доброй ночи, мисс Риаз.
Решётка хлопнула за ним.
Он не вернётся, потрясённо поняла Кира. Он...
Он оставил её одну.