Глава 101. Рэмиан Гай
Потому что я знаю (пусть это кощунство. но это так): праздник только с нею, пюлько тюгда, если она будет рядом, плечом к плечу. А без неё завтрашнее солнце будет только кружочком из жести, и небо — выкрашенная синим жесть, и сам я.
План почти сработал идеально. Небольшая осечка. С моей стороны. Хотелось дать Кейт понять, чтобы она держалась в стороне. Потому что её папаша — просто конченый уёбок, если втянул свою родную дочь во всё это. Климент Роу — силён.
Его сила и ярость наполнены злобой обречённого на смерть.
Ему нечего терять, потому что он уже кажется мне потерянным… Выстрел звучит очень громко. И среди творящегося хаоса я различаю отголоски эмоций Кейт.
Потрясение, шок, мгновенная радость и тоска, раскаяние. Девочка моя, твои родные не стоят ни секунды твоих сожалений. Пора кончать с этим балаганом, надоевшим мне до зубного скрежета.
Я вытягиваю на поверхность всё, вкладывая в удар всю силу и мощь. Нужно с одного раза разорвать путы, которыми меня удерживает отец Кейт, и смести в сторону назойливых мошек, трущихся рядом. Их дополнительная атака скорее выматывает, заставляет распыляться на несколько фронтов сразу же. Я отпускаю на мгновение защитные блоки и стягиваю энергию в единую точку, сжимаю и резко распрямляю, как будто ударяю кулаком сверху по столу.
Оглушительный взрыв и волна следуют за моим ударом. Они прокатываются очень далеко и вытягивают из меня силы. Противники падают, бьются в судорожной конвульсии. Красным заливает их лица. Булькающие хрипы доносятся из горла.
Надавить ещё немного и прекратить даже эти последние предсмертные мгновения их убогих жизней.
После финального рывка я и сам падаю на колени, трясясь от адовой перегрузки.
Перед глазами всё плывёт и кажется, я сам ни хрена не вижу. Только пытаюсь нащупать энергию Кейт, дотянуться до неё. Меня обхватывают её руки и едва слышный шёпот царапает нутро.
— Рэм… Рэм… Рэм…
Её энергия кажется мне потоками нирваны. Кейт прижимается изо всех сил, поднимая моё лицо. Сухие горячие ладони обхватывают мои щёки Кейт то приближается, то отдаляется от меня. Лицо расплывается и двоится перед моими глазами. Замечаю, как её бледная кожа окрашивается красным.
Пытаюсь разлепить губы и сказать что-то, но лишь мычу, не в силах шевельнуть языком… Кейт целует меня, пачкаясь моей кровью. Она настойчиво пытается достучаться до меня и вливает в меня порции своих сил, охотно делясь тем, что у неё осталось. Становится легче… И дышать, и воспринимать мир, собирающийся в единую картинку.
Я словно возвращаюсь в себя, к себе. Именно сейчас, рядом с ней, когда Кейт плачет и цепляется за меня, заползая ко мне на колени. Этот миг единения посреди поверженных тел — единственно верный и правильный за всё последнее время.
Мало… Мне мапо Кейт. Я стискиваю её хрупкое тело в объятиях и не могу заставить себя двигаться. Но надо…
— Кейт, надо убираться отсюда. Пойдём…
Я поднимаюсь сам и подхватываю её на руки, заставляя обвить меня ногами за торс. Остаётся сделать только одно — активировать взрывное устройство и свалить отсюда. Местный притон воров ждёт приятный сюрприз. В каждом из контейнеров, что перетаскивали эти болваны, загружено взрывное устройство. И когда мы с Кейт рванём отсюда, будет грандиозное шоу. Этот фейерверк запомнят надолго. Не они.
Но все прочие.
Я успеваю добраться до отсека с аварийной капсулой. Мы не доберёмся на ней до конечного пункта. Но это и не нужно. Убраться с Базы и ждать, пока меня отследят по сигналу патрульные корабли. Те, что следовали за мной на значительном расстоянии.
Мы стартуем вовремя. Базу будто всколыхнуло. Эти муравьи всполошились, потому что их местонахождение раскрыли. Они беспорядочно и хаотично стартовали, пытаясь удрать как можно дальше. Поэтому взлёт ещё одной капсулы смешался с общим хаосом.
Через полчаса полёта запиликал передатчик: там, внизу, творился хаос. Взорвался сам корабль, начинённый под завязку высокотоксичным взрывчатым веществом, и все прочие взрывные устройства тоже рванули…
Я установил режим автопилота и обессиленно сполз с кресла прямо на пол рубки.
Я стянул с себя защитный костюм, который немного изменил мою фигуру в глазах посторонних. Со стоном облегчения я притянул к себе Кейт.
— Я знала, что ты найдёшь меня, — тихо шепчет Кейт, гладя моё лицо.
— У меня просто не было выбора. Ты мне его не оставила, невозможная девчонка.
Я бы сдох без тебя, — собственный голос кажется сухим и едва слышным, как шелест бумаги.
— Я едва тебя ощущаю… Очень-очень тихо и так непривычно мало… Рэм…
— Ерунда. Я восстановлюжь. Теперь точно восстановлюсы…
Я вдыхаю аромат кожи Кейт, блаженно расслабляясь. Накачиваю себя им под завязку, чувствуя, как всё внутри налаживается и встаёт на свои места. Рядом с ней я словно собираю себя по кирпичику заново… Один за другим. Это не любовь и не жажда близости, это дыхание моей жизни. В ней. Вдох-выдох. Пауза. Опять… И меня поднимает высоко вверх, наполняя самыми невероятными эмоциями.
Кейт цепляется за меня, сцепляя тонкие руки за моей шеей, и прижимается всем телом. Дрожь её тела постепенно затихает. Кейт расслабляется и упорно продолжает делиться со мной крохами сил.
— Прекрати… Запрещаю.
— Нет. Не сможешь. Только не сейчас, когда мы так нуждаемся друг в друге… И ребёнок, ты его чувствуешь?. Просто почувствуй, Рэм…
Наша близость — невероятнейшее из всех чудес, о которых я слышал. Наше чудо.
Одно на двоих. Мы замираем в объятиях друг друга, лёжа на полу рубки аварийной капсулы, ожидая, пока нас подберёт патрульный корабль. Сигнал уже отправлен.
Я рассказываю Кейт о том, как проходили мои дни без неё, как я разработал план, поняв, что не всегда нужно действовать нахрапом. Я воспользовался их же методами и не прогадал.
— Акто разговаривал с отцом по видеосвязи?.. — спрашивает Кейт.
— Один из служащих. Маскирующий чип с встроенным модулятором голоса…
Такой, же, каким воспользовался я… Геммел Тит попался на одном из переходов.
Об этом ещё мало кому было известно. Я воспользовался шансом. Только и всего.
С тобой всё в порядке, маленькая?
— Кроме того, что меня держали вдали от тебя так долго. всё в порядке. — говорит Кейт со вздохом облегчения, прося. — Не отпускай меня.
— Не отпущу. Ни на шаг. Это дурацкая затея.
— Самая идиотская. Я всегда буду рядом, куда бы ты ни отправился. Можно?..
— Нужно, Кейт Ты так нужна мне.
Кейт приподнимается, вытирая пальцами лицо. Смеётся, размазывая слёзы с кровью по щекам, пытается оттереть их и с моего лица, но это у неё не выходит.
— Бесполезно, Кейт. Мы запачкались друг в друге.
Я притягиваю её к себе на грудь, замирая под стук наших сердец в унисон.
— Теперь это точка, да, Рэм? — спрашивает Кет, не называя имён, но я понимаю, кого она имеет в виду.
— Да. Прости.
— Не проси прощения. Теперь ты — моя единственная семья. Но когда они забрали меня, я вдруг поняла, что даже той семьи, за которую я так цеплялась, у меня никогда не было. Их не было. Ни отца, ни брата. Это были другие…
Бесконечно чужие, в которых нет и не было ни капли того, что должно быть в настоящей семье.
Кейт расстроена. Она пытается не подавать виду, но я её хорошо понимаю и знаю.
Пусть её папаша оказался редкостным куском дерьма, но он всегда останется с ней. Крошечное тёмное пятно в её памяти, которое не стереть. И не нужно…
Всего остального, чем я собираюсь окружить её и нашего ребёнка, будет гораздо больше. Кто-то зовёт это любовью, но мне кажется, что у этого всепоглощающего чувства нет ни имени, ни названия. Ты просто тонешь в нём и не пытаешься всплыть. Оно разрушает тебя до основания и отстраивает заново. Можно пытаться плыть против этого течения, но лучшие дать ему заполнить тебя. Дать шанс себе стать чем-то большим.
— Просто отпусти.
Кейт смотрит мне в глаза, мигая. Капли слёз дрожат и из-за них её глаза кажутся ещё больше, чем есть на самом деле. Не успеваю за мгновенно меняющимся выражением, просто смотрю, наслаждаясь. пока она не выдыхает и не успокаивается, начиная дышать легче. Напряжение последних дней покидает наши тела вместе с последними судорожными вздохами и наступает долгожданный момент единения.
— Я тебя поцелую, можно?
Смеюсь.
— Если ты не сделаешь этого, я решу, что всё было напрасным, жестокая.
Губы Кейт сопоноватые, с металлическим привкусом крови. Но мне они сейчас кажутся самыми вкусными из всего, что я пробовал в своей жизни. Кейт устраивается у меня на груди, сливаясь со мной в бесконечно долгом поцелуе.
Завихрения энергий наших полей становятся ярче и сильнее. Потоки черпают силы друг в друге и становятся интенсивнее и полнее.
— Я ни минуты не сомневалась в том, что ты нас найдёшь. Это был только вопрос времени, — шепчет Кейт. — Ты — самый невероятный из всех, Рэм.
Кейт устраивается в моих объятиях и переплетает свои пальцы с моими, укладывает мою ладонь к себе на живот Она закрывает глаза и накачивает меня своими эмоциями под завязку, в которых я явственно различаю ещё один яркий, пульсирующий источник энергии.
Новый и всё-таки знакомый, потому что в нём есть что-то от меня и от Кейт. Но эти завихрения породили что-то совершенно необыкновенное. И вот этот крошечный комочек уже отвоевал огромный кусок моей души. Всего одно шевеление, едва ощутимое… Но меня уже расплющивает от нежности и размазывает от умиления.
— Девочка, — шепчу я, понимая, что с этого момента могу считаться самым счастливым во всей Вселенной. Две самые невероятные… Обожаемая мной девочка и дочка… И обе — мои.