Глава 15

В следующие дни Лисия осознала, как хорошо ей жилось с Верганом раньше. Прямо как сыр в масле каталась. До похищения он учил ее магии, отпускал на свободу полетать. Мило беседовал — а насмешки, которые прежде жутко злили ее и выводили из себя, теперь казались невинным подтруниванием. Как они с подружками иногда подшучивали друг над дружкой.

Даже секс был не таким и ужасным. Он действительно стремился доставить ей удовольствие… и вполне успешно. Она страдала только от того, что он принудил ее изначально. И что всячески вытаскивал наружу и высмеивал ее застенчивость и девичью стыдливость. Но боли он не причинял… и даже всегда заботился о ее комфорте. Не то что сейчас.

Нет, он не стал ее бить или калечить. Далила отчасти оказалась права — он не причинил ей вреда. Ни разу не ударил. Но заставил в полной мере прочувствовать свое ничтожество, беспомощность, полную зависимость от него.

Теперь, когда Верган перестал с ней общаться по-человечески, разговаривать, задавать вопросы, слушать и отвечать на ее вопросы, Лисия в полной мере прочувствовала одиночество, изоляцию от всего живого.

Она старательно гнала от себя мысль — стоила ли жизнь Лейса того ада, в который она попала сейчас? Она запрещала себе жалеть, что согласилась помочь Далиле и вытащила ее сына. Жизнь священна. Верган убил бы его… а ее не убил. Но можно ли назвать жизнью ее нынешнее существование?

И она даже не знала, был ли толк от их с Далилой жертв — или Верган все же настиг беглеца. Само собой, чародей не обсуждал с ней свои дела. Вообще ничего больше не обсуждал.

Лисия могла лишь догадываться по его вечно недовольному виду, по резким жестам, грубому голосу, что у мага что-то идет не так. Но почему он такой — из-за проблем во дворце, неудачи с поимкой Лейса, из-за поведения Гералии, его царственной невесты, или дело вообще только лишь в отношениях с Лисией — этого она знать не могла.

Верган допрашивал ее на следующий день после побега — жестко и дотошно, применяя магию. Он хотел знать каждую подробность ее разговора с Далилой, что ведьма говорила о том, кому Лисия должна адресовать плетение. Еще поэтому она предполагала, что Лейса все же успели спрятать.

Она не понимала, как ей удалось не выдать тайного соглашения с Далилой. Видать, магия крови надежно оберегала секрет со всех сторон. Лисия не могла не только проболтаться, но и попасть под действие магического допроса. Верган так и не почуял, что его жертва что-то недоговаривает.

Вот только как Лисии применить полученные знания, если она не может покинуть башню? Надо было бежать за Селиной сразу же, любой ценой оттащить служанку от госпожи и Лейса и потребовать отвести к своему покровителю. А теперь Верган не выпустит ее до конца жизни. И Лисия уже никогда не поговорит с Селиной.

Свою угрозу насиловать ее в рот каждое утро и вечер он выполнил наполовину. Теперь и вправду без этого не обходилось… и Лисия пожалела, что так и не освоила науку Амелии, столь желанную Вергану. Может, было бы легче переносить все, что он вытворял с ней нынче.

Но только на этом ее хозяин долго не продержался. Против воли его руки тянулись к телу девушки, трогая, оглаживая ее груди, живот, бедра. Он быстро перестал отказывать себе в поцелуях, хотя первые пару дней демонстративно обходился одним лишь жестким насилием. Но тело Лисии, ее кожа, складочки притягивали его как магнитом, и он не мог сопротивляться.

Все это она замечала и чувствовала. Но даже не могла вообразить, что можно пользоваться непреодолимой страстью мужчины, направлять ее в нужном русле, смягчить его отношение к себе и даже добиться для себя выгоды. Никто не учил ее этому. И негде было понаблюдать, как другие женщины ведут себя так и удобно устраиваются. У Лисии не было других способов реагировать на поступки Вергана, кроме как на импульсах и эмоциях.

Так, на эмоциях, она однажды не выдержала и спросила его, хотя разговоры с ней, в отличие от интимных ласк, он не возобновлял:

— За что вы так нас ненавидите? Женщин-ведьм. Ведь когда они были у власти… наши матери, бабушки — они не издевались над мужчинами так, как вы издеваетесь надо мной! Разве вас принуждали стать любовником женщины против вашего желания? Далила говорила, сама Верховная была влюблена в вас! Но когда вы выбрали ее сестру, она ничего не смогла сделать, никак не изменила ваш выбор! А сама Далила предложила вам себя как утешение, и когда вы бросили ее, не сумела вас удержать. А ведь она была ведьмой, у нее наверняка было больше власти, чем у вас! Так почему сейчас вы так жестоки с нами со всеми, почему так обращаетесь со мной? Меня ведь тогда даже не было на свете! За что вы мстите мне?