Глава 58

Селина ойкнула, зажав рот ладошками. Долман, поддерживающий ее под руку, тоже дрогнул. Он подвел Лисию к расстеленному на полу кафтану, помог сесть и завернуться в него. Оказавшись на полу, в относительном тепле, Лисия ощутила, как нещадно она устала и проголодалась. Файлин не позаботилась накормить и напоить пленников.

— Что нам нужно сделать для этого? — практично спросил Долман.

— Вам — ничего. Только мне. Не подвести в нужный момент…

— Чем могу вам помочь?

— Поспать бы… — пробормотала Лисия. — Хоть немного.

— Укладывайтесь и спите. Обе. Я не потревожу вас.

— Вы тоже ложитесь, милорд, — предложила Селина. — Втроем теплее будет.

— Она права, — кивнула Лисия. — Нам всем надо отдохнуть. Сколько получится.

Отбросив стыдливость, девушки скинули одеяния, которые отдал им Долман, перестелили так, чтобы уместиться втроем и накрыться сверху. Затем последовали пререкания, кому спать в середке.

Долман попытался ненавязчиво затолкать туда Селину — и Лисию явно устраивал такой вариант. Но Селина тут же начала пихать туда его — чтобы им с Лисией поровну греться от крупного мужского тела. Но тут обоим пришло в голову, что раз от Лисии зависит их освобождение, то ей и нужно больше тепла.

Не слушая ее возражений, Селина оттянула ее в середку, велев Долману скорее ложиться. Кое-как все трое улеглись. А потом Долман уловил еле слышный шепот Селины на ухо Лисии:

— А Лейс? Его можно будет спасти?

Мужчина мягко произнес:

— Селина, ты ничего мне не должна. Можешь не таиться, что тебе дорога судьба Лейса. Я не имею права вмешиваться в твои чувства. Если мы все спасемся, и ты захочешь быть с ним — я не буду препятствовать.

Селина вспыхнула.

— Я не…

— Эй, чем это вы двое тут без меня занимались?! — буркнула Лисия. — Если успели шуры-муры закрутить, то давайте и дальше без меня, а то выспаться надо.

Пара поневоле, разделенная телом Лисии, умолкла. Оба легли и постарались не шевелиться, чтобы не мешать девушке. Лисия засопела уже через минуту. Остальные тоже быстро провалились в сон — усталость и напряжение взяли свое.

Лисии показалось, что прошло всего несколько минут, когда грубый пинок под ребра выдернул ее из забытья. Она не успела очнуться, как ее подхватили под мышки и поволокли в коридор. Одежду, как и в прошлый раз, не принесли. Не дали даже завернуться в кафтан Долмана, так и потащили голышом.

— Создатель, помоги! — донеслись до девушки всхлипывания Селины, прежде чем тюремщицы захлопнули дверь темницы снаружи.

Недосып, голод, усталость слетели с Лисии. Неужели свершилось, Верган уже пришел?! Ее ведут показать ему, голую, грязную, замерзшую, лохматую, истощенную? Или заставить сделать что-то, нужное Файлин, угрожая убить Лисию?

Ее протащили по холодным коридорам в ту самую залу, куда Долман трансгрессировал их. Создатель, это ведь было только вчера… а казалось, что прошла не одна вечность, а три! Столько тяжелых событий пришлось пережить за это время, столько гнетущих новостей узнать…

Испуганную, стучащую зубами Лисию поставили перед Файлин. Девушка озиралась по сторонам в поисках знакомого… почти родного лица. Но в зале собрались только женщины с жесткими, воинственными, напряженными лицами. Охотницы, загнавшие добычу.

— Твоего ебаря тут нет, — ехидно бросила Файлин. — Пока нет. Я только отправила ему… приветственное послание.

На этих словах губы ведьмы скривились в ядовитую усмешку злорадствующего торжества.

— Но он не заставит себя ждать, не сомневайся. Мы встретим его во всеоружии. Он изведает на своей шкуре, что такое беспомощность и унижение.

Лисию захлестнуло отчаяние. Совсем недавно она желала Вергану этого. Теми же словами, что Верховная Ведьма. А сейчас молила Создателя помочь ему, наделить силой, ловкостью, хитростью против Файлин. Направить саму Лисию в нужный миг, не дать ошибиться.

Файлин принялась что-то говорить помощницам, отдавать приказы. Лисия почти не слышала, что говорит ее суррогатная мать. Холод и страх сковали ее от макушки до пят, дрожь и слабость пронизали все тело.

Так прошло полчаса, а может час. Лисия была не в состоянии определить время. Все, о чем она думала, как ей подбежать к Вергану. Некромант сказала, этого будет достаточно, чтобы разблокировать его магию…

И тут воздух вдруг завибрировал — как будто подул порыв ветра. В центре зала начал закручиваться сгусток непроглядной черноты. Лисия уже видела такое, когда Долман открывал портал…

— Готовься! — рявкнула Файлин. — Блокируем его!

Черная дыра расширилась от пола до потолка. Из нее в зал шагнула мужская фигура — до боли знакомая Лисии.

— Бросай! — взревела Файлин.

Лисия почувствовала, как воздух словно налился тяжестью. От десятков ведьм, собравшихся в зале, исходили эманации чего-то давящего, удушающего… Она по-прежнему чувствовала свою магию… но все вокруг стремилось задавить и отсечь ее контакт с маной.

Черное зияние за спиной мужчины погасло. Лисия увидела Вергана ясно и отчетливо… и не смогла узнать.

Она помнила насмешливого, самоуверенного мужчину, полного сил физических и магических. Он казался ей несокрушимым. Не было препятствий, которые он не мог превозмочь. Все ему было по плечу. А она была лишь игрушкой в его всемогущих руках.

Сейчас в зале стоял изможденный, осунувшийся, похудевший человек. Волосы растрепаны, как и у нее. Под глазами запали темные круги. Взгляд безумный и одержимый — похлеще, чем у Файлин. Человек, осмелившийся сунуться в логово врагов, мог быть только одержимым.

Верган тоже сразу же увидел Лисию и впился в нее взглядом. Девушка пошатнулась. Боль, отчаяние, страдание, вина полоснули ее острее, чем все темное колдовство Файлин с ее приспешницами.

Она не знала этого Вергана. Таким она видела его впервые.

Между ними застыла целая вечность. На деле же их обмен взглядами длился не дольше секунды. Верган взметнул руки… и замер. Файлин расхохоталась противным скрежещущим гоготом.

— Ну что, нерадивый ученик? Бестолочь, лопушок! Попался? Ты ведь не думал, что сможешь явиться и атаковать меня? Что я буду не готова к твоему приходу? Я подчинила элементалей земли, чтобы они сохраняли в этих стенах только мою магию и моих учениц! Вся чуждая магия блокируется. Ты беспомощен, как слепой щенок! Ты и есть слепой щенок. И сдохнешь сейчас собачьей смертью. Но перед этим насладишься всеми прелестями, которые познает твоя дочь. Которую ты трахал! Введите рабов!

В зал вошли знакомые Лисии тюремщицы. Они вели шестерых мужчин, на ногах у которых гремели кандалы. Руки были свободны — но никто не пытался напасть на тюремщиц, хотя их было только две женщины.

Рабов подвели к Файлин. Та схватила Лисию за плечи и толкнула прямо на мужчин.

— Выебите ее! — скомандовала она! — Порвите до крови! Кто будет лучше всех стараться, получит свободу!

Рев Вергана оглушил девушку. Он молнией метнулся со своего места — но его тут же отшвырнуло назад магической волной, ударяя затылком о стену.

Мужчины обступили девушку. Глаза шестерых вспыхнули — не вожделением, а надеждой. Грязные, израненные руки потянулись к Лисии.

Сейчас. Она не сможет это выносить — как не сможет и Верган. Сейчас или никогда.

Лисия потянулась к источнику маны. Зачерпнула все, что смогла. Швырнула от себя. Рабы, тюремщицы, помощницы Файлин и сама Верховная Ведьма отлетели назад. Девушка бросилась прямо к Вергану.

Она не видела, как за миг до этого он сунул руку в карман. Не смотрела на странный угольный предмет в его руке, направленный на Файлин. Не заметила, что очутилась ровно между Верганом и Верховной.

Лишь услышала щелчок и громкий хлопок. А в следующее мгновенье грудь разорвало нестерпимой пылающей болью. Воздух вырвался из легких. Смерть, поняла она и рухнула на пол, подкошенная безжалостной косой судьбы. Это конец.