Глава 34

Подобрав свою одежду, Стефа неуверенно идет к дому. Я держу ее за руку, но от моего внимания не ускользает то, как ее ноги слегка дрожат при ходьбе. Так, будто она только что объездила самого буйного жеребца. Почему-то это сравнение вызывает у меня улыбку, а вид ее подрагивающих ног снова заводит. Кровь опускается в пах, не давая нормально двигаться.

Дом действительно пуст. Показываю сводной ванную, а сам ищу смартфон, чтобы решить сразу все вопросы с отцом и Ингой.

Слышу, как в ванной включается вода, представляю обнаженную Стефу и возбуждаюсь от этих фантазий, будто я только вчера вошел в пубертат, обнаружив основную функцию члена.

– Ты не вовремя, – рявкает в динамике отец.

– Я быстро. Мы со Стефанией уехали за город к друзьям. На ночь не вернемся.

На пару мгновений на том конце повисает тишина.

– Что значит “уехали”?

– Ты сам просил ввести ее в мой круг.

– Но ты уже ввел ее настолько, что мне пришлось подчищать за тобой, – бросает он раздраженно.

– В этот раз без подпольных боев, – стараюсь звучать как можно более расслабленно, хотя вся эта херня с предупреждениями вообще не про меня. Да, батя никогда особо и не парился на мой счет. Порой даже не замечал, что я не нахожусь дома сутками. Но вот над падчерицей трясется, сука, так, будто она курица, несущая золотые яйца. И меня это нереально бесит. – Поваляемся на солнце, поплаваем и вернемся.

Отец молчит, явно переваривая мои слова.

– Давай так, чтобы девочку никто не обидел. Присматривай за ней, – шумно выдыхая, наконец-то дает он свое благословение.

– Ингу предупреди, – правда, я сильно сомневаюсь, что ей есть дело до того, где находится ее дочь, до тех пор, пока в ее окружении есть детки богатых родителей.

– Разберемся. Все, до связи, – отец сбрасывает вызов, и я откладываю смартфон, думая над тем, должен ли сейчас вломиться к ней в ванную или дать ей возможность переварить случившееся.

Тяжесть в паху решает все за меня.

И я направляюсь к ванной, но, дернув за ручку, получаю огромный болт. Стефания закрылась изнутри, оставив меня снаружи мучиться от стояка.

Херня какая-то.

Ломиться к ней сейчас будет совсем по-варварски. А вариант с тем, что она там будет одна думать о произошедшем, мне не кажется таким прекрасным. Кто знает, до чего она может додуматься. По-хорошему, ей не нужно давать возможность анализировать все, что произошло, до возвращения домой. К тому моменту я утолю голод и выполню условия спора. А пока я хочу ее как следует распробовать.

Поэтому приходится поступить как настоящий мудак.

Я просто прокручиваю на ручке углубление, вставив кончик ножа, и открываю дверь снаружи.

Ванная комната заполнена густым паром, за которым с трудом угадываются девичьи очертания в душевой кабине.

Пульс мгновенно учащается.

Черт, я и правда как подросток, которого только мысль о голой девушке заставляет подрочить несколько раз подряд.

Я скидываю шорты и подхожу к запотевшему стеклу, отодвигая дверцу, и сразу попадаю под горячие капли.

Стефа стоит спиной ко мне. Но, видимо, ощутив шевеление воздуха, резко оборачивается.

– Что ты делаешь? – спрашивает испуганно.

А я вместо ответа обнимаю ее со спины, прижимаясь к обнаженной пояснице стояком, а второй рукой обхватываю ее под подбородком и поворачиваю лицо на себя, впиваясь в пухлые губы.

Она не сопротивляется. Сразу отвечая на мой поцелуй. Скользкий язычок, обмен слюной – и мозг отключается. Скольжу руками по ее охуенному телу. Сжимая груди и соски и накрывая ладонью лобок.

– Тим… – стонет Стефа. – У меня там болит.

– Я всего лишь хочу обезболить, – шепчу, как гребаный озабот, потому что остановиться нет сил.

Меня кроет от ее тела, от того, как она раскрывается со мной и слепо доверяет. Кажется, что давно меня так не вставляло ни от одной девчонки. И точно я не рассчитывал на подобный эффект от перепиха с убогой, которая с каждым днем открывается для меня с новой стороны, заставляя залипнуть на ней все сильнее, занимая собой все мои мысли.

Нахожу пальцем клитор и осторожно кружу чувствительную горошину.

Стефа напрягается, но при этом ее ножки раздвигаются шире, а упругая попка сильнее вжимается в мой пах.

А я, в такт движениям руки, скольжу между аппетитными полушариями членом, желая хоть как-то избавиться от этого зуда, что рядом с ней просто невыносим.

Кусаю ее за подбородок и шею, когда она откидывает голову мне на плечо и сама охотнее начинает двигаться, помогая мне.

Ее дыхание учащается, и наконец я чувствую, как сводная содрогается всем телом.

Как только спазмы затихают, я разворачиваю ее лицом к себе, взяв за руку и опуская ее ладонь себе на ствол.

– Сожми и подвигай рукой, – наблюдаю за тем, как она накрывает член, но длины ее пальцев не хватает, чтобы обхватить его полностью. Стефания опускает взгляд, наблюдая за тем, как обнажается головка.

Зрачки расширены, а мне хочется стонать вслух, такими крышесносными эмоциями меня накрывает от ее робости и неумелости.

Впиваюсь в ее сладкий рот и накрываю ее руку своей, помогая задать необходимый темп.

Отстраняюсь, когда по позвоночнику проносится жар, и выстреливаю прямо на живот Стефании, наблюдающей за моей эякуляцией широко распахнутыми глазами. А я понимаю, что даже без проникновения смогу многому научить ее за эти сутки.