Глава 37

– Все в порядке? – бросает на меня взгляд Тим, притормозив на светофоре.

– Да, – улыбаюсь я и тут же отвожу взгляд в сторону, чтобы не выдать настоящих эмоций.

Сутки пролетели слишком быстро. И мне теперь страшно оттого, что мне оказалось мало этого времени, и я боюсь, что не смогу так быстро забыть о случившемся. Кажется, что сводный открыл во мне нечто такое, о чем я даже не подозревала. И это нечто, похоже, живет отдельной жизнью от меня, требуя продолжения того, что было между мной и Тимуром в доме его друга. Вот только разум упорно твердит о невозможности этого.

– Не бойся, все будет хорошо, – говорит он, внезапно накрывая мою руку своей и сжимая ладонь, и так и оставляет, будто мы настоящая пара.

За эти сутки Тимур показал мне, какими могут быть отношения между мужчиной и женщиной, если между ними не просто притяжение, а что-то большее. И теперь это большее стало настолько осязаемым и неконтролируемым, что я не знаю, как это заглушить и вновь вернуть свое состояние до того уровня, когда я еще держала эмоции к сводному под контролем.

Если до прошлой ночи они казались мне чем-то вроде минутного помутнения, которое обязательно должно было рассеяться, то теперь я не знаю, что мне с ними делать. Ведь очевидно: продолжения не будет. Оно невозможно. Мы оба надкусили запретный плод, и теперь пора включить голову и вспомнить о том, кем мы друг другу приходимся.

Но только при мысли о том, чтобы вернуть все в исходную точку, по коже бегут мурашки и по позвоночнику ползет холод до самого затылка, сковывая.

– Конечно, – выдавливаю из себя улыбку.

Тимур убирает руку, чтобы перехватить руль на повороте, а я, чтобы избавиться от пустоты, образовавшейся после потери его прикосновения, достаю смартфон и читаю сообщения, скопившиеся в мессенджере за прошедшие сутки.

Виктор: “Привет! Надеюсь, у тебя нет никаких планов на завтра. Потому что мой приятель готов снова пообщаться с тобой, и если ты ему понравишься, он возьмет тебя администратором”.

Стефания: “Привет! Вау! Это будет просто великолепно! Напиши, пожалуйста, куда и во сколько подъехать. И спасибо тебе огромное за хлопоты”.

Виктор: “Без проблем. Надеюсь, все получится”.

– Что-то интересное? – спрашивает Тим.

– Прости, что? – поднимаю на него взгляд.

Его глаза опускаются к моим губам, и я только сейчас ловлю себя на том, что улыбаюсь.

– Улыбаешься – значит, либо тебе написали что-то приятное, либо просто что-то смешное, – он возвращает внимание к дороге.

– Да… Приятель обещал сделать кое-что для меня, и у него получилось, – почему-то мне не хочется в присутствии Тимура упоминать Гордеева-старшего.

– Приятель… – произносит сводный. – Значит, это парень? – стреляет в меня нечитаемым взором и снова сосредотачивается на дороге.

– Ну… да, – чувствую, как вспыхивают щеки и отчего-то становится неловко.

– Мхм… И насколько близкий приятель? – кажется, он не говорит ничего особенного, но мне отчего-то не по себе.

– Так… общаемся, – пожимаю плечами и смотрю прямо перед собой, пряча гаджет дисплеем вниз.

– Значит, он хочет тебя трахнуть, – внезапно произносит сводный, заставляя меня шокированно посмотреть на него.

– Что? Откуда такие выводы?

– Ну, если он обещал тебе что-то, то очевидно, что взамен рассчитывает получить нечто конкретное. А если говорить об отношениях между парнем и девушкой, то тут не нужно гадать, что именно. Никогда парень не станет ничего делать для девушки, не собираясь при этом присунуть ей хотя бы разок, – льются из него все эти неприятные откровения, и мне хочется заткнуть уши.

– Фу, Тим. Но не могут же все быть именно такими. Кто-то, может, просто делает это из желания помочь, – отказываюсь проецировать услышанное на свое общение с Виктором.

– Он, конечно, может хотеть помочь, но при этом он будет ожидать от тебя благодарности, и благодарить ты его должна натурой, – говорит все это с таким серьезным выражением лица, будто действительно верит в каждое сказанное слово.

– Неужели мужчины настолько примитивные, что все их поступки сводятся к желанию спариваться? Я не верю в это. А как же дружба? Хочешь сказать, что и дружбы между полами не существует?

– Нет, – усмехается он. – Дружба бывает, но обязательно с привилегиями, либо надеждой на эти самые привилегии.

– Ерунда какая-то! Потому что это совсем другой случай. Тут человек искренне захотел мне помочь.

– И что он сделал?

– Разве это имеет значение? – ощущаю, как лицо заливает краской.

– Давай ты мне расскажешь, что конкретно он пообещал, а я тебе скажу со стопроцентной гарантией, стоит у него на тебя или нет.

Обсуждать с Тимуром влечение других мужчин ко мне кажется чем-то неправильным, но в груди вспыхивает азарт. Внезапно мне хочется, чтобы он меня приревновал. И я не могу найти рационального объяснения этому желанию.

– Давай, мышка, вываливай, – подстрекает.

– Он пообещал найти для меня работу.

– Работу? – сводный бросает на меня удивленный взгляд. – Зачем?

– Ну… Я бы хотела жить отдельно.

– Для чего? Разве у тебя нет всего необходимого для жизни?

– Есть, но я… – набираюсь смелости и произношу наконец-то: – Я хочу жить так, как я хочу, а не так, как того от меня требуют.

– И как именно ты хочешь жить?

– Не ходить на бесконечные приемы, где должна выполнять роль, учиться там, где я хочу, а не где престижно, ну и… забрать бабушку из дома престарелых, – на последней фразе горло сковывает невидимыми тисками и я жалею практически сразу о произнесенном.

Но с другой стороны, между мной с Тимом произошло столько всего, что не должно выйти за пределы нашего общения. Поэтому одной тайной больше, другой меньше… Он ведь не подведет меня, да?

Тим замолкает, сжимая плотно губы, и молча ведет машину.

– И что это за друг, что, пользуясь твоей уязвимостью, гарантировал себе секс с тобой? – голос сквозит холодом.

– Тимур, не все в жизни сводится к сексу, – мне неприятен этот разговор и его тональность.

– Стефа, поверь мне, секс – главный двигатель и стимул в жизни каждого.

– Уверена, что ты преувеличиваешь.

– Вот увидишь. Примешь его помощь – и очень скоро его отношение к тебе изменится.

– А ты так и ждешь этого, да?

– Нет. Просто хочу тебе открыть глаза на жизнь, Стефа. Никто ничего не делает просто так.

– Благодарю за заботу. Но я уверена, что ты ошибаешься. Он не такой.

– Как скажешь, – отвечает он равнодушно и замолкает.

У меня в груди скребут кошки оттого, как мгновенно изменилось его настроение. И хочется плакать. Потому что кажется, этими проклятыми откровениями я самолично оттолкнула Тимура от себя.

– Даже если ты прав, я не собираюсь с ним спать, – для чего-то выдаю, будто пытаясь оправдаться.

– Так же, как не собиралась со мной? – спрашивает зло.

И у меня окончательно все опускается внутри.

– Хочешь сказать, что я такая ведомая и глупая дурочка, что готова лечь под каждого, кто хоть немного проявит доброты ко мне? – кажется, вся кровь отлила от лица.

– А разве это не так?

Теперь я понимаю, что между нами окончательно все. И то самое притяжение, что показалось мне чем-то особенным, на самом деле не более чем банальный инстинкт спаривания. Он спас меня и хотел получить благодарность в виде моего тела. Тимуру все удалось, и теперь я ему неинтересна.

Это открытие сковывает меня по рукам и ногам, и до самого дома я не то что не могу произнести ни звука, у меня даже не получается скосить глаза в его сторону. Меня будто парализовало.

А как только авто тормозит во дворе особняка, я пулей вылетаю на улицу и сбегаю в свою комнату. Закрываюсь на замок и не реагирую на стук снаружи.