Глава 44

Между ног пульсирует и тянет. Каменный член скользит между ягодиц, а ладонь сжимает грудь, перетирая между подушечками пальцев сосок. Мне кажется, я стала нимфоманкой, если даже во сне мне мало и я снова хочу, чтобы меня заполнил до упора толстый и твердый член.

– М-м-м, – слышу сквозь сон свой голос, инстинктивно прогибаясь сильнее в пояснице, отклячивая попку, открывая сводному более удобный доступ.

– Чш-ш, – он прижимается к моему плечу губами и языком вырисовывает узоры на моей обнаженной коже. – Ты же не хочешь, чтобы нас прервали, – подставляет головку к моему стертому за ночь, измученному, но снова текущему входу во влагалище. – Хочешь или нет? – обхватывает губами мочку моего уха и облизывает раковину.

– Что? – пытаюсь насесть на член, но Тим продолжает дразнить, потираясь головкой о вход и клитор.

– Хочешь, чтобы нас поймали? – шепчет.

– Нет, – снова выстанываю, находясь в пограничном состоянии между сном и реальностью, не до конца понимая, что все происходит на самом деле в моей спальне, которую мы оскверняли всю ночь до самого утра.

– А что хочешь? – щиплет за сосок, и электрический разряд простреливает через все тело прямо до клитора.

– Ти-и-им, – хнычу жалобно. – Тебя.

– Вот так? – продолжает блуждать вокруг дырочки, но так и не вонзаясь в меня.

– Нет.

– А как?

– Хочу твой член глубоко внутри, и резко, – так и не могу разлепить тяжелые веки.

– Резко и глубоко, значит, – одним рывком он переворачивает меня на живот, подсовывает ладонь под меня, приподнимая таз, и резко насаживает на свой ствол, до самого упора.

У меня даже глаза распахиваются от неожиданной вспышки боли, что сопровождает его вторжение. Но вместо крика я прикусываю нижнюю губу, что за ночь искусала до крови. Но уже спустя пару мгновений я привыкаю к этому ощущению и со следующим толчком бедер Тимура у меня закатываются глаза в наслаждении.

Сводный же стоит позади меня на коленках и выполняет мое требование, вгоняет в меня член на всю длину, резко, с размахом и оттяжкой.

– Так, мышка? – шепчет он.

– Да, – постанываю в подушку, чтобы нас не услышали.

– Нравится пожестче?

– Да, – подаюсь бедрами назад, но Тим фиксирует меня на месте, не давая брать инициативу в свои руки.

– Вот так? – и снова с разгона вторгается в меня.

– Да, да! Резче, быстрее! – с жаром шепчу, желая ощутить эту смесь легкой боли и наслаждения, на которые он меня подсадил. И пусть мне кажется, что он проткнет меня насквозь, но я кайфую от этого ощущения.

Тимуру не нужно объяснять конкретнее, он делает все так, как нужно мне. Резко, на скорости, на всю длину, пронзая меня до самой матки, так, что, не будь родителей в доме, я визжала бы в голос от того удовольствия, что мне доставляет эта долбежка.

Да, сводный успел пристрастить меня к разному виду секса. Как к нежному и размеренному, так и к быстрому и необузданному, такому, как сейчас.

Меня первой начинает сотрясать в оргазме, и я сжимаю мышцами влагалища его член так туго, что он не выдерживает и буквально спустя пару толчков выходит из меня и кончает мне на поясницу, а затем падает, тяжело дыша, рядом на кровать. Именно в этот момент начинает огрызаться на наше прекрасное утро будильник, своим уродливым выкриком напоминая о том, что мир не ограничивается моей спальней и нами двумя, а за ее стенами существуют другие люди и наши какие-то обязанности перед ними. Вот и мне пора собираться на собеседование.

Правда, как появиться перед потенциальным работодателем после ночи необузданного секса, я пока еще плохо представляю, потому что в голове кисель, а изо рта я способна издавать только стоны и хрипы.

Выключаю будильник и только после этого поворачиваю голову к Тимуру, пытаясь перестать дышать так, будто я та самая загнанная лошадь. Хотя по факту Тимур этим и занимался пару мгновений назад – объезжал меня, как дикую кобылу.

Боже, что за пошлость?! В кого я превратилась?

– Похоже, теперь тебе гарантировано хорошее настроение, – говорит он тихо.

– Откуда такие выводы? – понимаю, что улыбаюсь как идиотка, но я не в состоянии придать своим губам спокойное положение.

– Твоя улыбка.

– Это потому, что ты превратил меня в озабоченную маньячку, думающую только об одном.

– Вот как? – усмехается Тимур. – И о чем ты думаешь?

– О том… – чувствую, как к лицу приливает кровь. – О таком даже говорить стыдно.

– То есть кричать: “Глубже и резче, с разгону” – это не стыдно, а поделиться своими мыслями вслух страшно?

– Именно так, – прикусываю губу, продолжая любоваться им.

– Понял, значит, нам есть над чем работать. Но если ты хочешь еще, то можем повторить.

– Прекрати! – откатываюсь в сторону, подобрав с пола свою сорочку и вытирая со спины сперму. – Мне пора собираться на собеседование.

– Значит, решила пойти? – сразу же меняется его настроение.

– А почему я не должна? Место хорошее. А работа мне правда нужна.

– Могла бы попросить меня, – хмурится он, наблюдая за тем, как я поднимаюсь с кровати.

– Тим… Вик мне сразу обещал помочь. Еще до того, как наши с тобой отношения вышли за рамки взаимных оскорблений.

– Ты можешь передумать.

– Давай так, я схожу на собеседование, и если мне не понравится, то я с радостью рассмотрю твой вариант. Если он у тебя есть.

– Заметано, – говорит он, закинув руки за голову и наблюдая за мной.

– А теперь тебе пора в свою комнату. Не хватало еще, чтобы тебя кто-то застал выходящим из моей спальни с утра пораньше.

– Разве это не романтично? – усмехается он.

– Только в книжках. В реальности все может плохо закончиться, – накидываю на себя халат и жду, когда он сделает так, как я его прошу.

– Может, тебя хотя бы отвезти? – улыбка сползает с его лица.

– Не знаю, будет ли это уместно… к тому же может вызвать ненужные разговоры.

– Да брось, Стеф, – Тим встает с кровати и, выловив свои шорты, натягивает их. – Сводный брат всего лишь подбросил сводную сестру. Я сейчас в душ, а после встретимся внизу. Отвезу тебя на твое собеседование. А после решим, стоит нам отпраздновать или рассмотреть другие варианты. Идет? – приближается ко мне.

Виктор не обещал меня отвезти, а просить водителя – это все равно, что лично признаться матери в том, что я ищу работу. Поэтому предложение Тимура звучит вдвойне приятно.

– Да, это будет чудесно, – соглашаюсь я. Поцеловав сводного, выпроваживаю его из спальни и запираюсь в душе. Но стоит взглянуть в зеркало, как мне хочется догнать Тимура и настучать ему по голове. Потому что благодаря этому мерзавцу я похожа на гепарда. И платье на годовщину родителей, по всей видимости, мне придется искать с горлом и рукавами.

Остается молиться, чтобы эти пятна поддавались тональным средствам, иначе нас немедленно раскроют, и тогда… мне даже представить страшно, что будет тогда.

И по всей видимости, я не зря с таким ужасом жду того самого званого ужина, потому что чем ближе к нему, тем отчетливее я испытываю страх, но пока я списываю его на волнение перед собеседованием. Потому что мне хорошо, а все остальное… неважно.