Глава 46

Первый рабочий день проходит как в тумане. Голова гудит от изобилия информации. С одной стороны, все очень просто и понятно, но новый коллектив, пространство, как и сами обязанности, держат меня в тонусе настолько, что я даже не успеваю мысленно посмаковать то, как мы провели прошлый день с Тимуром.

Как валялись на той самой террасе голышом, занимались любовью и купались до позднего вечера. И вернулись домой уже тогда, когда даже Инга наглоталась снотворного и спала под боком у Алекса.

А утром сводный снова подбросил меня до работы и не выпустил меня из машины, пока губы не опухли от поцелуев.

И все происходящее между мной и им напоминает сладкий сон, от которого совершенно не хочется пробуждаться.

Но к концу рабочего дня, когда я уже чувствую себя вполне комфортно за своим рабочим местом и выполняю поставленные задачи, получаю сообщение от Виктора с напоминанием о встрече, и мой настрой немного портится.

– Хватит трудиться, пчелка, – подходит ко мне Вика. – Рабочий день закончился, можешь отправляться домой.

– Да? Я просто ждала разрешения.

– У нас не нужно ждать разрешения. К тому же на твоей должности можно спокойно уходить в указанное в договоре время. Это в других отделах могут быть задержки до тех пор, пока не будет выполнена текущая работа.

– Поняла, – киваю. – Тогда пойду?

– Конечно, – улыбается девушка.

– До завтра, – выключаю ноутбук и встаю из-за стола.

– До завтра!

Выхожу из кабинета и замираю, упершись взглядом в Виктора, стоящего напротив. Засунув руки в карманы брюк, он смотрит на меня и улыбается.

– Привет, – здоровается первым, а я от растерянности стою на месте и хлопаю глазами.

– Привет! Что ты тут делаешь? – наконец-то заговариваю.

– Да вот, к Андрюхе заходил.

– Точно… он же друг, – напоминаю сама себе и постепенно успокаиваюсь. – А то не хотелось бы получить выговор, что я работаю всего день, а за мной уже на работу мужчины приходят.

– Мне можно, – улыбается самодовольно Гордеев.

Между нами повисает тишина, потому что я теряюсь с тем, как реагировать на подобные заявления.

– Ну раз можно, тогда ладно, – улыбаюсь в ответ, стараясь сохранять дружелюбный тон, но внутри меня все сжимается от предчувствия разговора.

– Пойдем? – Виктор делает шаг в сторону выхода.

– Куда? – настораживаюсь.

– В ресторан рядом. Поговорить. Договаривались же обсудить детали насчет приема.

– А… да, – киваю, понимая, что откладывать этот разговор бессмысленно.

Мы выходим на улицу, и пока идем до ресторана, Виктор рассказывает что-то про Андрея, про их студенческие годы, но я почти не слышу его: мысли крутятся вокруг того, как я скажу ему, что передумала насчет его сопровождения.

– Так что, Стефа? – Виктор откидывается на спинку стула, после того как мы делаем заказ. – Насчет субботы. Во сколько мне за тобой заехать?

Я перебираю пальцами край салфетки, избегая его взгляда.

– Виктор, я… – начинаю неуверенно. – Я передумала.

Он замирает, его брови медленно ползут вверх.

– Передумала?

– Да. Я… не хочу тебя обременять этой историей. Это же семейный праздник, там будет скучно, да и…

– Стефания, – перебивает он, и в его голосе я впервые слышу холод. – Давай без лжи.

Я поднимаю на него глаза и вижу, как его взгляд стал жестким.

– Ладно, – вздыхаю. – Я не хочу, чтобы ты тратил на это время.

– Почему?

– Потому что… – чувствую, как щеки начинают гореть.

– Потому что теперь у тебя есть Тимур? – ударяет он прямо в цель.

Я открываю рот, чтобы возразить, но слова застревают где-то на подходе.

– Послушай, Стефа, – продолжает Виктор, отодвигая чашку. – Любому человеку с глазами достаточно одного взгляда, чтобы понять, что между вами что-то есть.

– Виктор, я…

– Ты даже не представляешь, во что ввязалась, – его голос звучит почти жалостливо.

– Что ты имеешь в виду?

– Тимур Залесский не тот парень, с которым стоит связываться. Особенно тебе.

Меня будто обливают ледяной водой. Внутри все холодеет, а в груди, наоборот, вспыхивает жар, расползаясь по венам.

– Он же друг твоего брата, зачем ты так говоришь? – мне неприятно, что он пытается опорочить сводного за его спиной, пусть я и сама еще пару недель назад думала о Тимуре то же самое.

– Я знаю о нем достаточно, не только его репутацию, а действительно знаю, какой он человек. Он не строит отношений, Стефа. Он использует девушек и бросает.

– Это не так, – шепчу, но в груди уже поселяется холодный червячок сомнения.

– Ты уверена? – наклоняется он ко мне. – Ты готова поставить на это свою репутацию? Свою семью?

Снова мне есть что возразить. Например, то, что никакой семьи по факту у нас нет. И по факту мы с Тимуром – два взрослых человека, вынужденных жить под одной крышей и испытывающих дикую тягу друг к другу, за которую ни один из нас не должен нести наказание, только потому, что кому-то хочется считать нас братом и сестрой. Но я молчу, потому что сейчас Виктор не услышит меня.

– Подумай, Стефа, – Гордеев вдруг смягчает тон. – Я не хочу, чтобы тебе было больно.

– Спасибо за заботу, – говорю автоматически, но внутри все переворачивается.

Нам приносят заказ, и мы едим в тягостном молчании. Когда выходим на улицу, Виктор вдруг берет меня за руку.

– Я все же считаю, что на годовщину ваших родителей нам стоит пойти вместе, чтобы не бросать на вас с Тимуром подозрение.

– Зачем тебе это? – единственное, что меня беспокоит.

– Потому что я хочу быть твоим другом, Стефа, без всяких “но” .

Меня успокаивают его слова, и я киваю, не найдя нужных слов.

– И работа твоя – это твое. Никаких условий.

– Спасибо, – улыбаюсь ему искренне.

– Поэтому я обязательно поддержу тебя в субботу, если ты не против?

– Наверное, не против, – я окончательно запуталась в том, что между нами происходит, мысленно оставляя себе напоминания, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию со сводным.

Виктор отпускает мою руку, и я иду к парковке, где меня должен ждать Тимур.

Но с каждым шагом слова Виктора о том, что для Тимура наша связь ничего не значит, звучат в голове все громче.

А что, если он прав?

Что, если для Тимура я просто очередная девушка для развлечений?

И самое страшное: что, если наша связь разрушит и без того хрупкий мир в семье?

Но когда я вижу его машину и улыбку, все сомнения отступают.

Пока он рядом со мной, пока он смотрит на меня так, как сейчас, я готова рисковать всем, что у меня есть. Даже если это ошибка. Потому что мое сердце уже принадлежит ему.