Глава 5

Стефания

– Что-то не так? – спрашиваю я, в очередной раз поймав на своих коленях взгляд Тимура.

– Решила пойти по мамочкиным стопам? – вместо ответа спрашивает он и возвращает внимание к дороге.

– Не понимаю, о чем ты, – пытаюсь натянуть на ноги подол платья, стараясь прикрыться немного и не смотреть на сводного, разглядывая пробегающие за окном улицы.

– Ну как же, чем короче платье, тем больше вероятности подцепить какого-то идиота, падкого на узкие вагины.

Щеки вспыхивают, и кажется, я краснею до линии роста волос.

– То есть кого-то вроде тебя и твоих дружков? – оборачиваюсь к нему, испытывая острое желание вцепиться ногтями в его самодовольную рожу.

– Ни одна вагина не способна на такие чудеса, благодаря которым хоть один мой бро поплывет мозгами и позволит крутить собой, – отвечает он лениво, останавливаясь на светофоре и снова мазнув взглядом по моим коленям.

– А тебя, похоже, это беспокоит? Больная тема? – меня злит, что он считает меня какой-то охотницей за богатыми мужиками. Хотя я бы все отдала, чтобы не встречать больше ни его, ни его так называемых бро. Потому что более неприятную компанию сложно представить. И уж тем более я не хочу знакомиться с кем-то из них ближе.

– Что именно? – он поднимает глаза к моему лицу, а затем резко отворачивается и трогается с места.

– Неужели судишь по личному опыту? – хочется задеть этого наглого индюка, вызвать у него хоть долю того дискомфорта, что доставляют мне не только его оскорбительные намеки, но и его компания в целом.

– Разве я похож на лоха? – снова поворачивается он ко мне, выскакивая на встречную полосу и обгоняя машину.

Я вижу, как нам в лоб несется серебристое авто. Кровь в жилах леденеет, и я вжимаюсь в кресло от страха.

– Смотри на дорогу! – выкрикиваю я, с ужасом ожидая столкновения.

Но машина делает рывок и возвращается на свою полосу движения за секунду до того, как мимо со свистом проносится та самая серая машина.

Я шумно выдыхаю, понимая, что не дышала все это время, вцепившись до побелевших костяшек пальцев в дверную ручку.

– Так о чем мы с тобой говорили? – его голос звучит так спокойно, будто ничего такого не произошло и он только что не пытался нас убить.

– У тебя явно не все в порядке с головой, – вдохнув глубже, я беру себя в руки, думая о том, что каким бы придурком ни был Тимур, он явно не похож на самоубийцу.

– Поверь мне, сестрица, – последнее слово он произносит с издевкой, – моя голова работает как самый точный механизм. И я, как никто другой, знаю, что делаю.

Мне бы прислушаться к его словам и запомнить, но я пропускаю их мимо ушей, надеясь лишь как можно скорее выйти из этой машины и при первой же возможности вернуться домой.

Остаток пути мы больше не разговариваем.

Атмосфера в салоне машины напряженная, и я не могу дождаться, когда наконец-то выйду наружу.

Мы въезжаем в центр города и, лавируя в потоке машин, подъезжаем к огромному ночному клубу. Свет, исходящий от него, похоже, освещает целый квартал.

Медиафасады с названием клуба “Глубина” и танцующими силуэтами мелькают так ярко, что хочется зажмуриться. Но мне некогда об этом думать.

Сводный выходит из авто и отдает ключи парню в форменной жилетке с названием заведения.

Я самостоятельно открываю дверь и покидаю салон машины, зная, что сводный предпочтительнее забудет обо мне, чем откроет дверь и сыграет джентльмена. Тимур презирает меня и не стесняется демонстрировать это всем своим существом.

А я слишком хорошо помню наши стычки во время его вечеринок. Пусть я до конца и не верю в то, что его угрозы реальны, но проверять их на себе мне не хочется.

Только дойдя до очереди, что растянулась у клуба на десятки метров, Тимур оборачивается, вспоминая обо мне.

Молча дожидается, пока я догоню его. Охранник пропускает нас внутрь, ограждая от остальных посетителей, ожидающих своей очереди.

Признаться, я всего раз была в ночном клубе, и он и близко не похож на то, что я вижу.

Нас встречает охрана и провожает до лифта, что везет на самый верх. Тимур больше не смотрит в мою сторону и, вообще, будто бы воспринимает меня как вынужденное зло.

Я вообще не понимаю, зачем отчиму понадобилось, чтобы я сопровождала его сына, если он всячески старается показать, что мы не вместе.

Нервы натянуты как струна. Кажется, тронь – и я зазвеню от напряжения. Под кожей легкий зуд, от мандража, что я невольно испытываю.

С одной стороны, я очень рада, что празднование дня рождения его друга проходит не в особняке или где-то в пентхаусе. Есть надежда, что здесь я не увижу столько мерзости, свидетелем которой мне довелось стать у нас дома.

Но дискомфорт в груди, не дающий свободно дышать, с каждым шагом становится все сильнее.

Весь этаж располагается вокруг центральной части клуба и отделен от нее стеклянной стеной, через которую можно наблюдать все происходящее несколькими этажами ниже и на танцполе. А если выключить звукоизоляцию, то можно слушать ту же музыку, что играет модный диджей внизу.

Здесь есть бар и много столиков с диванчиками, зона, отделенная портьерами, и танцевальные платформы, на которых крутятся танцовщицы, одетые лишь в крохотные трусики и в краску, которой расписаны их обнаженные тела.

Чуть поодаль стоит вертушка с личным диджеем, а за его спиной – огромный аквариум с рыбками.

По залу блуждают десятки людей с бокалами в руках, пританцовывая и общаясь между собой.

– Идем, поздравим Мика, – снова вспоминает обо мне сводный.

Лавируя между извивающимися телами и то и дело останавливаясь для того, чтобы с кем-то поздороваться, мы наконец-то добираемся до столика, где сидят все те же парни, которые отрывались у нас дома.

– Тимурсио! Ну наконец-то! – расплывается в улыбке тот самый брюнет, что мерзко облапал меня тогда в саду. – Ты и киску с собой притащил! Иди ко мне, кошечка, – он хлопает по сиденью рядом с собой, а я отворачиваюсь от него, стараясь спрятать отвращение.

Тим здоровается со всеми за руку и только именинника обнимает, хлопая по спине и говоря что-то, что услышать может только виновник торжества.

Но чем дольше говорит Тим, тем шире становится улыбка Мика. Его взгляд находит меня и замирает, осматривая с ног до головы. От его взора меня кидает в жар и хочется прикрыться, так пристально он рассматривает меня, задерживая взгляд на декольте.

Ненавижу такие откровенные наряды. Но разве мою мать можно переспорить? Она лучше знает, что и куда мне носить. И я это ненавижу!

Тимур отходит в сторону, а Мик делает несколько шагов навстречу ко мне.

– Привет! – говорю смущенно. – С днем рождения! – переминаюсь с ноги на ногу, потому что подарок должен был дарить Тимур.

– Ну, привет, – довольно улыбается он и приобнимает меня, прижимаясь своей щекой к моей, так, будто мы старые знакомые. – Спасибо! – отстраняется и довольно улыбается. – Не ожидал тебя увидеть. Но очень рад и заинтригован, – слегка прикусывает нижнюю губу.

– Эм-м-м, – не понимаю, о чем он говорит. – Чем?

– Твоим сюрпризом, – подмигивает он. – Но мы оставим его на потом, да? А пока пойдем выпьем в мою честь, – берет меня за руку и тянет к столу. – Отказ не принимается.

А я чувствую, что прямо сейчас меня втягивают во что-то липкое, то, на что я не давала согласия.