Глава 72

Мне плевать на то, что там говорит отец, и то, что собирается сказать, поэтому следую его совету.

Прохожу в дом и поднимаюсь по лестнице, уверенный в том, что сводная уже в комнате.

Со стороны кухни доносится голос мачехи:

– Маленькая шлюха! Ты опозорила Алекса и меня. Теперь все будут тыкать в нас пальцами и говорить, какую шлюху мы вырастили. Не удивлюсь, если и на Алекса ты тоже залезла.

Застываю на месте, вслушиваясь в каждый звук, сказанный этой дрянью. Ни одна мать не смеет так разговаривать со своей дочкой, не говоря о том, что она не смеет так обращаться с ней. Сука!

– Что ты говоришь? Я бы никогда…

– Пошла вон! И больше никогда не попадайся мне на глаза.

Тут мне стоит порадоваться, что все вышло именно так, как я планировал. Но отчего-то внутри все будто бы разъедает кислотой и к горлу подкатывает изжога.

Поднимаюсь на второй этаж, слыша, как позади стучат каблуки по лестнице. Оборачиваюсь, мгновенно встречаясь с голубыми глазами, наполненными водой.

– Зачем? – в ее взгляде нет ненависти или презрения, лишь… разочарование.

В груди что-то сжимается при виде ее слез, но я гашу это чувство и беру над собой контроль.

– Ты здесь лишняя, как и твоя мать. И теперь она уйдет следом за тобой. Я сразу говорил, что ненавижу шлюх, – ни слова лжи. Чистая правда.

Шлюхам не место под нашей крышей и в моей голове. С глаз долой – из сердца вон.

– Ты же сам… – запинается она. – Зачем ты все это снял? И показал всем этим людям?

– А ты забыла про спор, мышка? Одно из условий – показать, что все действительно было. Все вы одинаковые.

И я в этом лишний раз убедился.

– Гори в аду, ублюдок. Ты сам все разрушил. А теперь, даже если приползешь на коленях, я тебя не прощу. И когда ты сдохнешь от одиночества, я приду станцевать на твоей могиле, – обходит меня по кругу, будто я заразный, и скрывается в своей комнате, оставляя внутри меня пустоту.

– Тимур! – рявкает снизу отец.

Если бы не музыка в саду, что долбит так громко, что уши закладывает, то он явно не позволил бы себе подобного.

Бросаю взгляд на комнату Стефании, надеясь, что ее сборы займут какое-то время. Потому что все еще есть вероятность, что Антипов захочет отыграться не только на отце, но и на сводной, которую пообещали ему без ее на то согласия.

– Тимур! – снова доносится до меня крик родителя, и тогда не остается ничего иного, кроме как спуститься вниз.

Он стоит у лестницы, красный как рак, и смотрит на меня с такой лютой яростью, которую я видел однажды. В тот день, когда застал ее с отцовским инвестором, прямо у нас на кухне, в разгар вечеринки в честь выхода какого-то из его крупных проектов.

– Ты! – надувается он, словно рыба-еж, но вместо слов, брызжет слюной. – В кабинет! – разворачивается и уходит в свой склеп, в котором проводит большую часть времени.

Не успеваю закрыть за собой дверь, как мне в лицо прилетает кулак.

Голова отворачивается в сторону, и я замираю, стараясь не вспылить, потому что если я дам себе волю, то все может закончиться слишком плохо.

– Мелкий ублюдок! – кричит отец, пока я двигаю челюстью, проверяя, не вывихнул ли, и дотрагиваюсь до выступившей на губе крови. – Я же просил! Просил тебя! А ты, как настоящая падаль, опустил собственную семью! Зачем? – хватает меня за лацканы пиджака, приближая разъяренное лицо, и я вижу, что от гнева у него лопнул капилляр в левом глазу. – Кто ты после этого?

– Человек, – смотрю прямо ему в глаза. – Парень, под боком у которого крутилась аппетитная соска.

Снова удар в челюсть, и во рту появляется вкус металла.

– Она твоя сводная сестра!

– Надолго? – этот вопрос волнует меня больше всего. – Насколько тебя хватит на этот раз, м? Поиграем в семью и снова запустим кастинг на роль новой пассии?

– Ты не представляешь, что наделал. Из-за тебя мне теперь дерьмо расхлебывать.

– Правда, что ли? – не выдерживаю, сплевывая кровь на пол. – А не потому, что ты решил поиграть в сутенера?

Отец тяжело дышит, но ничего не говорит.

– Я блокирую все твои карты. Про отдельную квартиру забудь. Машина…

– Машину я сам купил. Ни хуя ты у меня ее не заберешь.

– А еще ты сделаешь заявление, что это видео – постановка.

– Нет.

Он замахивается снова, но я перехватываю его руку.

– Осторожно, Алекс, – не отвожу взгляда, всматриваясь в его разъяренный взгляд. – Ты знаешь, что если я дам сдачи, то ты можешь не встать.

Отец замирает, играя желваками, а затем отпускает меня так, будто я мусор.

– Сделаешь, как я скажу. И в обмен… ты сам найдешь, кого подсунуть Антипову. Делай. Или придется тебе и дальше обеспечивать себя самому.

– Не проблема, – выхожу из кабинета, громко хлопая дверью, и вижу, как Вик забирает чемодан Стефы и выводит ее на улицу.

Значит… Я не ошибся.