Глава 8

Стефания

– Мне кажется, ты задолжала мне танец, – берет меня за руку Мик и тянет к танцполу.

Все происходит под недоуменные взгляды его старшего брата.

Я оборачиваюсь на Виктора, чувствуя себя неловко. Но он в ответ лишь откидывается назад, на барную стойку, опираясь на локти, и смотрит на нас неотрывно.

Мне же хочется провалиться сквозь землю от неловкости. Еще меньше минуты назад я смеялась над детскими выходками именинника, соглашаясь с тем, насколько тупо он вел себя в подростковом возрасте, да и сейчас не сильно умнее стал.

Витя поделился со мной лишь позорными историями, которыми любят вгонять в краску при друзьях все близкие родственники.

Про то, как его братец воровал яблоки у какого-то злобного соседа и получил в задницу разряд солью из ружья, а потом неделю не мог сидеть на пятой точке, и про то, как их мать отправила Мишу на фигурное катание, а он в знак протеста на выступление вышел в платье, тем самым раз и навсегда поставив крест на маминой мечте о сыне – великом фигуристе.

Рассказывал Виктор и о том, как Мик плакал над гусем, которого он несколько дней пас на лужайке в деревне у прадеда, а дед не раздумывая свернул ему шею прямо у мальчика на глазах.

Ну и, конечно же, о фиаско с первым сексом, когда отец его подружки заявился домой в процессе, а девушка так сжалась от страха, зажав член парня, что пришлось прибегать к врачебному вмешательству.

Мне было и жалко парня, и весело, и в то же время эти рассказы сделали Мика для меня более человечным, что ли, а не холодной машиной, каким был его лучший друг и по совместительству мой сводный брат.

– Кажется, у тебя хорошее настроение, – размещает мои руки у себя на шее именник, а я вспыхиваю от такого тесного контакта.

– Да, приятная компания способна поднять не только настроение, но и сделать вечер в целом.

– Хм, – говорит он задумчиво, блуждая взглядом по моему лицу. – Это ты обо мне или о моем брате? Хочу предупредить сразу, что его излюбленная игра – это порочить мое доброе имя и уничтожать мою репутацию.

– Зачем ему это? – невольно вспоминаю все те истории, что поведал мне Виктор, и, чтобы не засмеяться, прикусываю нижнюю губу.

– Наверное, чтобы все красивые девушки достались ему, – обаятельно улыбается Мик.

– И многих девушек он у тебя отбил? – мне по-прежнему не по себе от слишком тесного контакта.

– Бывало, – отвечает честно.

– Значит, Виктор – коллекционер? Или это чисто ваше соперничество? – бросаю взор за спину своего партнера и вижу, как рядом с Витей появляется Тим.

Он делает заказ бармену и что-то говорит старшему брату Гордеева.

Тот внимательно слушает его, а затем впивается в меня глазами, будто видит впервые и это не со мной он общался около пятнадцати минут.

Мне становится не по себе от этого взгляда, и я поднимаю глаза к Мику.

– Честно? Никогда не задумывался об этом. Но, наверное, скорее второе, чем первое. Хотя все любят красивых девушек. Особенно если эти самые девушки любят в ответ.

– То есть вы тут все как на подбор, да? Хотя что я спрашиваю… – вспыхиваю и отвожу глаза в сторону, вспоминая их бурное веселье у нас дома.

– Наверное, это потому, что еще не встретилась та самая девушка, – улыбается он.

– Хочешь сказать, что тебе хочется влюбиться?

– Честно? Не знаю, – пожимает плечами. – Наверное, это был бы интересный опыт. Но я не хочу эмоциональных качелей и привязанностей.

Мы замолкаем. Я обдумываю его слова. Но на самом деле каждый раз, когда Мик поворачивает меня лицом к барной стойке, я напарываюсь на пристальный взгляд Тима, что теперь стоит рядом с Виком и не сводит с нас глаз. Это дестабилизирует.

Но затем к нему подплывает та самая блондинка, с которой он обжимался на диванчике, и, приподнявшись на носочки, шепчет что-то. Но он лишь ухмыляется и продолжает следить за нами, позволяя этой девице лапать его за бицепс и, опустив руку к нему на грудь, скользить пальцами ниже.

– А ты? – снова привлекает к себе внимание мой партнер.

Я смотрю на него, встречаясь с внимательным взглядом. Кажется, будто я и правда интересна ему.

– Что я?

– Влюблялась?

– Нет, – не вижу смысла скрывать.

– Была в серьезных отношениях?

– И снова нет.

– Почему? Ты красивая девушка!

– Потому что мне встречаются только такие же потребители, как ты, твой брат и твои друзья, – настроение мгновенно падает. Потому что я понимаю, чего он хочет добиться от меня.

Мик тихо смеется, явно не ожидая от меня подобных обвинений.

– Чёрт! А ты не любишь ходить вокруг да около. Но тогда объясни мне, пожалуйста, почему ты решила подарить мне девственность сегодня?

Он обрушивает на меня вопрос, словно ушат ледяной воды. Я замираю, не двигаясь больше с места, и смотрю на него так, будто вижу впервые.

– Я что сделала?

Он тоже останавливается, немного нахмурившись.

– Ну как же. Твой подарок – твоя девственность.

Мне кажется, будто меня отхлестали по щекам, чувствую себя униженной и ничтожной. Меня бросает в жар, в глаза будто насыпали песка.

– А кто тебе сказал, что я девственница? – бросаю ему в лицо и вижу, как улыбка сползает с его лица.

– Но как же… Тим сказал, что…

– А ты меньше слушай Тима, Мик. И будет тебе счастье, – убираю руки с его шеи и подхожу к барной стойке, смотря прямо на сводного, которого хочется не просто убить, а четвертовать.

Он же разглядывает меня с легкой улыбкой на губах. Чертов мерзавец!

Но вместо того, чтобы накинуться на Тимура с обвинениями, я забираю со стойки клатч и поворачиваюсь к Виктору.

– Ты, кажется, хотел проводить меня? – ловлю смятение в его взгляде, а затем радостную вспышку.

– И до сих пор этого хочу, – он выпрямляется и, положив руку мне на поясницу, ведет меня к выходу.