Глава 29

Глава 29

Получаю заряд электричеством прямо в сердце. Кровь вспенивается только от одного брошенного в ее сторону взгляда, и грудак распирает так, что кажется, сейчас разнесет к чертям.

Отворачиваюсь от нее… От них. Потому что никакой выдержки не хватает наблюдать эту идиллию.

Запускаю двигатель. Он ревет как раненый зверь, и этот рык на секунду заглушает голоса в моей голове. Пристегиваюсь, обхватываю оплетку руля и смотрю на полосу перед собой, уходящую в ночную тьму.

Соперник в машине рядом, кажется, пытается в моей голове дыру своими глазенками просверлить. Вот только сверло еще не доросло, чтобы тягаться с серьезными дядями. Все мое внимание на асфальте и на тахометре.

Виляя задницей, из толпы выныривает грид-гёрл. Сейчас меня даже не впечатляют ее коротенькие кожаные шорты. На улице глубокая осень, а на ней трусы, которые она выдает за одежду.

Снова мажу взором по ведьме. Она, в отличие от основной массы здесь, одета нормально. Джинсы и стеганая белая куртка, что будет для меня тем самым маяком на финише, к которому я буду лететь.

Грид-гёрл с флажком выходит на старт. Она поднимает руку. Обороты взвиваются до предела. Мое сердце колотится в такт мотору. Шум крови в ушах заглушает все остальные звуки.

Вспышка.

Мы срываемся с места. Асфальт превращается в размытую полосу, мир по бокам сливается в кашу из света и тени.

Я чувствую скорость, забывая на какое-то время обо всем. Только скорость. Она выжигает все из меня: злость, ярость, боль и ревность. Все же это ревность… Но я подумаю об этом после.

А пока… Я обгоняю “субару” своего соперника на первом же вираже, входя в контролируемый занос. Мы сливаемся с машиной в единое целое. Моя зверюга несет меня вперед.

Пиздюк на субарике садится на хвост, но я мешаю ему совершить маневр и едва не сталкиваюсь с отбойником. Черт! Я почти вылетел.

Я выравниваю машину и мчусь к финишу. Желаемый рубеж рядом. И… Победа!

Зрители встречаю меня криками и моего зверя сразу же окружают.

Я глушу мотор и восстанавливаю дыхание. Адреналин пока шпарит по венам, но скоро его действие закончится и начнется откат.

— Отличная работа, бро! — стучат мне по стеклу.

Я отстегиваю ремни и наконец-то распахиваю дверь, окунаясь в гвалт и шум.

Меня окружают люди, лица которых я плохо вычленяю из общей толпы, хлопают по плечу и что-то говорят. Но на меня это не производит никакого впечатления. Вкус победы как пепел во рту.

Я глушу мотор и выхожу из машины. Ко мне подходит рыжая.

— Это было нереально! — кричит она, а потом обхватывает мои щеки и впивается в рот влажным поцелуем.

Но стоит мне отвести глаза в сторону, как я замечаю ведьму. Она смотрит прямо на меня, и в ее взгляде столько отвращения, что мне хочется еще сильнее щелкнуть ее по носу.

Я обхватываю мясистую задницу в коротких шортах, вдавливаю ее в себя, тычась эрекцией, что давит в ширинку из-за избытка тестостерона и присутствия девушки брата.

Рыжая оживляется, активнее двигая языком у меня во рту. А я имею в ответ ее языком так, как позволил бы заглатывать мой ствол еще пару недель назад. Теперь же… Стреляю глазами туда, где находится Вик со своей телкой, и отталкиваю рыжую. Потому что единственный зритель, ради которого я тут распинаюсь, больше не смотрит на меня. Я ее вообще не вижу.

— Уединимся? — жарко шепчет соска, накрывая ладонью мой пах.

Но я скидываю ее руку и пробираюсь сквозь толпу.

Осматриваюсь по сторонам и наконец-то замечаю их. Вик обнимает Ари со спины и разговаривает с кем-то.

Меня потряхивает от увиденного, потому что она в его руках млеет, словно это самое прекрасное, что с ней когда-либо происходило. Мне хочется немедленно свалить отсюда. Но впереди еще пара заездов. И кассу заберет тот, кто выиграет их все.

— Так и будешь пожирать ее глазами или начнешь действовать? — за спиной раздается голос Тима.

— Не понимаю, о чем ты, — оборачиваюсь к нему и смотрю прямо в глаза.

— Думаешь, никто не видит, как ты капаешь слюной, смотря на нее, — кивает он в сторону сладкой парочки.

— Иди к черту! Она девушка брата, — отворачиваюсь, стараясь не смотреть на девчонку. — Тебе показалось, — сжимаю плотно челюсти, чтобы раздавить чертову злобу, всколыхнувшуюся изнутри.

— И что? — хмыкает Тим.

— Я сказал — отвали, — отворачиваюсь от него и жду чего-то.

— Или тебя устраивает то, что он забирает все, что тебе нужно? Так и хочешь быть на вторых ролях? — словно демон-искуситель, Тим продолжает настраивать меня на нужный ему исход.

— Это не твое дело, но она мне не нужна, — закипаю внутри.

— Нравится быть в его тени? Тем самым братом-неудачником, которого затмил старшенький? Почему он уводит у тебя из-под носа все, что ты хочешь? — продолжает давить на больную мозоль, и мне уже хочется сломать нос Залесскому.

— Что тебе нужно? — встречаюсь с Тимом взглядом.

— Поставь его на место. Покажи, что ты лучше. Или слабо?

— У тебя есть конкретное предложение?

— Раз она тебе не нужна, то тем легче тебе будет его осадить, затащив ее в постель.

Эта фраза должна показаться безумием, но отчего-то внутри меня все откликается на нее. Потому что… черт возьми, я хочу иметь повод сделать так, как хочется мне, не оглядываясь на нормы морали.

— Мы больше не играем, — это единственный довод против, вспыхнувший у меня в голове.

Пит слился со спора, Дэн… пожалел, что сыграл. А Тим поплатился за параллельные игры, и теперь его не просто отчислили из универа, но и подали иск.

— Последний спор. И каждый получит то, что хочет. Осадим Вика, и параллельно ты поимеешь свою зазнобу. Ты в деле? — смотрит внимательно.

— А тебе-то что с этого? — ищу подводные камни, а затем меня озаряет. — Да ну нах! Ты… из-за нее закусился на Вика, из-за сводной? — жду ответа, хотя уже знаю его, как и то, что я готов согласиться на последний раунд…

— Тебе показалось, Мик, — хмыкает он. Но я точно знаю имя причины, по которой для Залесского мой брат как красная тряпка. Все дело в его сводной.