Глава 20

Внутри все замирает, а потом в грудной клетке вспыхивает огонь и вены обдает кипятком.

Я не могу пошевелиться, загипнотизированная его взглядом, направленным на меня, и словами, что наполняют это огромное пространство, полностью в его власти.

Теперь я особенно остро чувствую каждый звук, наполненный смыслом. Денис смотрит прямо на меня, пробуждая внутри то самое волнение, что испытываешь только раз…

Все внутренности сжимаются. Каждый новый вдох сопровождается дрожью. И мне не хватает воздуха. Все это слишком. Меня накрывает эмоциями так, что кажется, я просто не выдержу этого напряжения и рассыплюсь на осколки.

Зачем? Ну зачем он такой? Почему он не может быть обычным студентом, не кричащим о своих чувствах, и просто не переключится на кого-то другого? И почему у меня под ребрами так сильно колотится сердце, когда я вижу его?

Все мои эмоции во время выступления Дениса, уверена, видны как на ладони. Вопреки боли и отчаянию, я наслаждаюсь музыкой, которая в другой аранжировке звучит не менее трогательно, и не могу оторвать взгляд от высокой мускулистой фигуры парня, понимая, что ни к кому меня так не тянуло, как к этому юнцу.

– Выпьешь? – слышу голос Жени, что встает рядом со мной и протягивает бокал мохито.

– Да, конечно, – с последними аккордами песни с трудом отрываю взгляд от парня на сцене и смотрю на своего спутника. – Спасибо.

Пульс зашкаливает, и картинка вокруг расплывается. Меня мутит, и не хватает воздуха.

– Что-то случилось?

– Мне нужно в уборную, – возвращаю бокал на столик и, взяв сумочку, иду к лестнице.

Проталкиваясь сквозь толпу, беснующуюся уже под песню другого исполнителя, пытаюсь понять, в какую сторону идти. Из-за огромного количества людей, теряюсь. Сердце колотится так быстро, что кажется, выпрыгнет из грудной клетки. Кружу вокруг, но лица размываются, и мне становится страшно, потому что я заблудилась.

В голове пролетает вихрь мыслей, сбивая меня еще больше с толку.

Зачем я пришла?

Для чего?

Кому и что хотела показать, когда мне все это не нужно?

Пошатываясь, протискиваюсь между телами. Меня хватают чьи-то руки, и паника затапливает с головой.

Нет! Бью по рукам того, кто трогает мои пальцы, мои предплечья. Стараюсь убежать дальше. Мне хочется на улицу. Нужен свежий воздух.

Вырываюсь наконец-то из тесного плена чужих тел и рук. Выбегаю в холл, как меня снова кто-то удерживает за руку и тянет на себя

– Оля… – замираю, услышав знакомый голос.

Вижу Дениса, находящегося всего в нескольких шагах от меня. Сердце спотыкается, а затем летит вперед с немыслимой скоростью.

Внезапно Руднева грубо отрывают от меня и в лицо парню прилетает кулак.

Я вижу этот удар, как в замедленной съемке.

Голова Дениса отворачивается, он пошатывается, но не падает. Кровь отливает у меня от лица, и я не знаю, что делать, когда завязывается потасовка.

Евгений будто с цепи сорвался, наносит удары парню один за другим. Но Руднев совсем не слабак, и он мгновенно начинает отвечать.

Мне бы вмешаться и прекратить это, но я будто кол проглотила. Язык немеет, страх сковывает мускулы. Вижу подоспевшую охрану, растаскивающую парней, и облегченно выдыхаю.

– Ты, блядь, охуел? – рычит Руднев.

– Я тебя сейчас с землей сравняю, тварь! Думаешь, покрасовался на сцене и можешь домогаться девушек? Оль, ты как? – поворачивается ко мне Евгений.

– В порядке, – нахожусь в смятении.

– Я видел, как он пытался зажать тебя на танцполе, а затем проследовал за тобой, – зло сплевывает Женя.

До меня только теперь долетает смысл случившегося и сказанного Женей.

– На улице разбирайтесь, – толкает парней к выходу охрана.

Я иду следом за ними, начиная приходить в себя и испытывая жгучий стыд, за то, что допустила подобное. Почему я сразу не обернулась? Как не могла узнать его прикосновения?

Выхожу на улицу. Прохладный воздух обдувает разгоряченное лицо, и я слышу разъяренные голоса.

– Я никого никуда не пытался затащить. Просто хотел поговорить с Олей.

– Она ясно дала понять, что не желает этого, когда скинула с себя твои лапы! Оль, ты в норме?

– Да, – поднимаю глаза, сталкиваясь с хмурым взором Руднева, и осматриваю его лицо в поисках следов драки.

Вижу кровь на его губах, затем смотрю на Женю, отмечая ссадину на скуле, и испытываю жгучий стыд. Беру себя в руки.

– Жень, правда все в порядке. Мне просто стало плохо, и я не узнала Дениса.

– Так ты его знаешь?

– Да, он мой… – почему-то кажется, что назвать Руднева просто студентом перед мужчиной, который набросился на него с кулаками, – все равно что унизить его еще больше.

Мне больно за Дениса и стыдно перед Евгением.

– Он твой кто? – слышу напряжение в голосе Жени.

– Знакомый… – наконец-то выдыхаю, ощущая, как кровь приливает к лицу.

– Знакомый, значит? – в голосе Руднева слышится агрессия, и он сжигает меня взглядом. – А это тогда кто? – парень оборачивается к тренеру. – Твой ёбарь?

– Что ты, сука, сказал?

– Ты, значит, с ним пошла на мой концерт?

– Извинись перед девушкой, – вмешивается тренер, который здесь становится лишним.

– Да пошел ты!

– Я не знала, что ты будешь здесь, – голос дрожит, когда я отвечаю.

Понимаю, как вся эта история выглядит для него, и ощущаю себя тварью. Но у меня не было цели позлить его. Я просто пыталась перестать думать о своем студенте.

Мне хочется провалиться сквозь землю от неловкости. Женя переводит взгляд с меня на Дениса и обратно.

– Ты получила мое приглашение, – игнорирует он моего спутника.

– Так, стоп! – вмешивается Евгений. – Если девушка не приняла твое приглашение и пошла с другим, то тебе не кажется, что это жирный намек на то, что ты в пролете? – смотрит на Руднева.

– Значит, вот какие тебе нравятся? – Денис не обращает внимания на Евгения. – Грубые и наглые?

– Прости, Денис, – говорю я, чувствуя, как сердце обливается кровью. Но так к лучшему. Так должно случиться.

– Что ж, – горько усмехается он, и я вижу в его глазах разочарование, – раз так, то совет да любовь, – сплевывает кровь на асфальт и уходит, оставляя меня один на один с Женей.

Провожаю взглядом своего студента, под молчаливым взором Евгения. Мы оба молчим. Я – потому что боюсь расплакаться, а он – явно оттого, что в шоке от такого свидания.

– Жень, прости, – наконец-то нахожу в себе силы извиниться. – Не думала, что так все выйдет.

– Роковая ты женщина, Оля, – усмехается он. – Так свела парня с ума.

– Понимаю, что ты не на такой вечер рассчитывал. Но я вряд ли смогу веселиться. Поеду домой.

– Я отвезу тебя.

– Не стоит. Возвращайся в клуб, уверена, для тебя вечер еще может быть спасен. И вообще, это было глупо – дать тебе надежду. Я не готова к отношениям.

– Не нужно извиняться, Оль. Я все понял.

Через сорок минут я выхожу из такси возле своего подъезда, полностью разбитая. Отчего-то кажется, что сегодня я совершила самую большую глупость в своей жизни. И ни один довод разума больше не помогает мне принять ту реальность, где я все делала правильно.

Хочется спрятаться под одеялом и горько плакать.

Выхожу из лифта, едва передвигая ноги. Ощущаю себя так, будто добровольно отказалась от чего-то важного.

Достаю ключи и слышу сзади чьи-то шаги.

Оборачиваюсь на звук и замираю, хотя сердце, наоборот, набирает разгон.

Денис стоит напротив и смотрит тяжелым взглядом. А у меня в животе леденеет, а затем начинает трепетать. Чертовы бабочки сходят с ума от радости, что вот он – объект их страсти, стоит передо мной.

Не знаю, что сказать и как себя вести.

Слышу шум в соседской квартире и следую импульсу: открываю дверь в квартиру и оставляю ее распахнутой, предоставляя Денису право выбора.

Он хмурится, явно размышляя.

И пока он думает, у меня сердце замирает от страха. Боюсь, что он уйдет. Но уже через мгновение Руднев перешагивает порог моей квартиры, закрывая за собой дверь.