Глава 78

Оля

– Что мне с тобой делать, Денис? – мы сидим друг напротив друга на постели прямо в одежде.

Я не ждала его возвращения. Как бы у меня ни обливалось кровью сердце, но я знала, что поступаю правильно, отталкивая его.

До сих пор помню, как хрустели кости Антона, друга моего мужа, когда тот у меня на глазах ломал его в наказание мне, ему и в назидание любому, кто решит в будущем мне помогать. До сих пор помню безжизненный взгляд парня, истекающего кровью.

И если бы не тот случай, то ни за что на свете генерал самолично не организовал бы мое исчезновение. А теперь, когда мой ночной кошмар вот-вот догонит меня, я не уверена, что останусь в живых после этой встречи. И тем более не хочу, чтобы его гнев зацепил Дениса.

Мой ласковый и храбрый мальчик просто не понимает, что говорит. Даже если знает, он и понятия не имеет, как это – столкнуться с настоящим монстром лицом к лицу. Ведь это будет последнее, что он увидит.

Если друга не пожалел, который не был моим любовником, то Дениса он и подавно не пощадит.

И как я могу допустить, чтобы этот каток прошелся по Рудневу? Как? Гореть мне в аду после этого.

– Любить, – улыбается наглец.

У меня от его улыбки под ребрами растекается тепло, но тревога лишь становится ярче, острее.

Я собрала сумки и готова уезжать. Но Денис ведь не отпустит меня одну. Он ясно дал это понять.

Что мне делать? Что делать?

– Денис, я должна уехать, одна. Ты просто не понимаешь, он не в себе.

– Как же ты с ним связалась, с таким психом? – взгляд прямой, и сейчас в нем я вижу его отца, потому что от этого взора невозможно спрятаться.

– Как все юные и неопытные, – усмехаюсь. – Я ведь девочка была совсем, когда мы познакомились. Легкая, веселая… И тут он. Уже закончил университет и отслужил. Красивый, высокий, байкер, да еще и музыкант, – вижу, как Руднев сжимает челюсти. Не нравится ему слышать, как восхищенно я говорю о другом, да еще и о том, с кем у него, оказывается, есть что-то общее. Да, мальчик мой, я снова на те же грабли. – Когда он подъезжал на байке к университету за очередной подружкой, все девочки на него слюни пускали, старались перед ним покрасоваться. Только мне было это неинтересно. Наверное, этим и зацепила.

Первое время после побега мне было тяжело вспоминать начало наших отношений, когда я еще не знала, какой он настоящий. Время, когда у нас все было настолько идеально, насколько это возможно.

– Он красиво ухаживал, был таким внимательным и заботливым, быстро сделал мне предложение, и мы сыграли свадьбу. И первый год мы жили достаточно хорошо, хотя сейчас я знаю, что уже тогда были тревожные звоночки.

– Какие? – спрашивает хрипло Денис.

– Он стал мне запрещать выходить куда-то с подругами. Фотосессии, куда меня часто приглашали в качестве модели, тоже оказались под запретом. И если поначалу я считала его ревность и собственничество милыми, то постепенно все превращалось в настоящий кошмар. Контроль становился все жестче. Поездки к семье оказались под запретом, общение допускалось только с его друзьями, ходить куда-то – только в его сопровождении. В то время как сам он мог уйти в клуб или просто не прийти ночевать. И первый раз, когда это случилось, я вспылила, устроила скандал. Тогда-то я и получила по лицу впервые… А потом… потом он стал так меня воспитывать. Но учитывая ошибку прошлого, когда я две недели не могла выйти из дома с синяком на все лицо, делал это по-умному: бил там, где никто не увидит. А потом совсем озверел. За малейшую провинность я получала. Иногда он делал это даже при друзьях. Поэтому один из его товарищей и решился помочь мне уйти от него. Но… – думать о том, что по моей вине пострадал человек, невыносимо.

– Урод, – рычит Денис. – Теперь я еще больше хочу встретиться с ним лицом к лицу.

– Он опасен, Денис. И любой его беспредел будет прикрыт.

– Неправда, Оля. Всегда на одну силу находится еще большая сила.

– И где она, Денис? Где?

– То есть меня ты в расчет не берешь? – и смотрит так серьезно, что я ощущаю себя настоящей сукой только за мысли о том, что он не способен противостоять чудовищу.

– Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ни за что не смогу себе простить это.

– Оля, Оль, – Денис придвигается ближе и берет меня за руки, – а теперь послушай меня, – смотрит в глаза. – Ты рассказала мне про это чудовище и хочешь, чтобы я оставил любимую девушку разбираться с ним один на один? Ты вообще себя слышишь? То есть ты не простишь себя, если со мной что-то произойдет, а я как должен жить дальше, зная, что бросил тебя в самый трудный миг ему на растерзание? Ты об этом подумала? Как мне потом в глаза людям смотреть? Существовать с осознанием того, что как мужик я провалился.

– Денис… – выдыхаю я тяжело.

– Все, это даже не обсуждается. Лучше иди ко мне, – он притягивает меня к себе, а во мне, кажется, совсем не осталось сил на сопротивление. – Все будет хорошо, я что-нибудь придумаю.

– Зачем тебе это? – вместе с ним опускаюсь на подушку, лежа щекой на его груди.

– Потому что ты моя любимая женщина, а я твой мужчина. И это то, как должен вести себя любой нормальный человек.

– Мне страшно…

– Чш-ш-ш, – отдыхай, убаюкивает он меня, перебирая волосы, и незаметно для себя я проваливаюсь в сон.

А утром я вижу все свои вещи у порога.

– Что происходит? – спрашиваю сонно.

– Мы переезжаем к прокурору.

– Что?

– Там твой бывший тебя точно не тронет. И отцу придется нам помочь. Кстати, нужно решить вопрос с твоим разводом.

– Но как?

– Вот и обсудим все это с отцом.