Глава 12

Как можно осторожнее встаю с кровати и на несколько секунд прикрываю глаза. Чего же я такого выпила, раз на утро мне так паршиво? В мыслях всплывает образ Артёма, но я тут же отбрасываю находящее предположение. Нет, он же друг Андрея и не мог подкинуть мне что-то в бокал.

Или всё-таки мог?

Какая же каша творится в голове. Такого позора никогда в моей жизни не было. Вчера чуть не вляпалась в неприятности, сегодня вообще проснулась в квартире своего преподавателя. Хотя, Довлатов прав: если бы не он, не пойми, чем бы всё закончилось.

Запускаю пальцы в волосы и медленно провожу ладонью. Причёска окончательно испорчена и сейчас, наверное, напоминает гнездо. Шик и блеск. Выхожу в коридор и понимаю, что не знаю, где находится ванная.

Тихим, очень медленным, шагом ступаю по холодному полу, придерживаясь одной рукой за стену, пока передо мной не появляется фигура Довлатова.

— Такими темпами ты и через час не дойдёшь. — констатирует он в привычном насмешливом тоне.

— Ничего, Хатико ждал, и вы подождёте. — твержу и резко прикусываю губу. Вот не могу просто взять и промолчать. Поворачиваюсь в сторону собеседника и с облегчением замечаю, что его это, кажется, только забавляет.

— Не хочу тебя разочаровывать, но я не привык ждать. Давай провожу тебя, а то упадёшь где-нибудь.

Мужчина берёт меня за ладонь и молча ведёт в ванную. Казалось бы, обычное прикосновение, однако по телу распространяется жгучее тепло, кожа покрывается сотнями приятных мурашек, а к щекам приливает кровь.

— Смотри, — вырывает меня из размышлений лектор, когда мы останавливаемся возле умывальника. — Если нужна холодная вода, поворачиваешь кран влево, если горячая — вправо. Правая сторона, — он приподнимает мою ладонь. — Это вот. Обычно большинство манипуляций ты выполняешь данной рукой.

Недоуменно смотрю на вполне серьёзного преподавателя, а в голове так и мелькает мысль хорошенько треснуть его.

— Думаете, я совсем отупела после вчерашнего? — иронично изгибаю бровь и наблюдаю за довольным, словно у Чеширского кота, выражением лица Довлатова.

— Нет, мне просто нравится, как ты реагируешь на мои слова. Не люблю, когда женщина много болтает, но ты, похоже, вошла в число исключений.

— Да, однако я не женщина.

— Только не говори, что ты парень. — обречённо вздыхает мужчина, серые глаза слегка прищуриваются и наполняются лукавым блеском.

— Не буду.

— Вот и чудесно.

Опускаю свою ладонь из крепкой руки лектора и потупляю глаза вниз. Стоять так близко к мужчине как минимум некомфортно.

— Нравятся мои ноги? — издаёт смешок Дмитрий Константинович, и я резко вскидываю голову.

Вот же гад. Похоже, смущать людей — его увлечение.

— Нет, я просто увидела огромное пятно, поэтому так долго смотрела.

— И думала, что от этого оно исчезнет? — продолжает глумиться мужчина, криво улыбаясь, и придвигается ещё ближе.

По инерции делаю шаг назад и упираюсь ногами об ванну. Края футболки задираются вверх, часть волос спадает на лицо.

— Где моё платье? — слетает с губ неожиданный вопрос. Преподаватель останавливается и окидывает моё зардевшееся лицо внимательным взглядом.

— Сушится, а что?

— Можно вернуть его обратно? Не очень этично ходить перед вами в одной футболке.

— Почему же в одной? Ты забыла про бельё. — обыденным тоном продолжает он и с крайней степенью заинтересованности проводит кончиком пальца по стеклу. — Кстати, изображённый на нём уродец кажется даже милым.

От сказанных слов начинаю возмущённо кашлять. Ведь специально же провоцирует!

— Это Микки Маус! — бубню и стыдливо зажмуриваюсь. Чёрт, какая вообще разница? Довлатов рассматривал мои трусы, а я думаю лишь и том, что он не знает героя Диснея. Ну точно ненормальная.

— Да хоть Лунтик. — тихо смеётся лектор, наблюдая за моей реакцией. — Ладно, умывайся и проходи на кухню. Если что, топать прямо и налево. А твоё недоплатье вместе с телефоном я сейчас принесу.

Закрываю дверь и оценивающе смотрю в зеркало. Взлохмаченные волосы, раскрасневшееся лицо, подрагивающие губы и блестящие глаза с обилием растёкшейся туши. «Красота», конечно, ничего не скажешь.

Включаю холодную воду и начинаю смывать всю косметику с лица. Как же хорошо. Руками поправляю спутавшиеся волосы, наспех надеваю принесённое платье и включаю телефон. Несколько пропущенных звонков от Машки и Андрея, множество сообщений от Жени.

И два процента зарядки.

Быстро печатаю в совместной беседе короткое смс прежде, чем экран смартфона гастнет, и иду на кухню.

— Я уж подумал, ты там утонула. — произносит Довлатов и разливает по кружкам кипяток. Останавливаюсь возле двери и заинтересованно рассматриваю интерьер в коричневых тонах.

— Не дождётесь. И, вообще, меня не было пять минут.

— Ты невыносима, Суворова. — беззлобно хмыкает лектор и ставит чайник на плиту.

— Я вешу пятьдесят килограмм, так что меня легко можно вынести.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Знаешь, когда ты сказала, что уникальна, я не сразу обратил на это внимание, зато сейчас данное высказывание звучит донельзя правдоподобно. — Довлатов слегка приподнимает губы в улыбке. — Проходи, не стой в дверях.

— Вы перешли на «ты». — делаю несколько шагов и сажусь на тёмный диванчик.

— Это вопрос или утверждение?

— Скорее, констатация факта. — обхватываю ладонями горячую кружку и отпиваю небольшое количество жидкости.

— Да, после того, как тебя стошнило на своё платье, я решил, что это весомая причина перестать «выкать». Ну, а когда я увидел твоё бельё, то вообще почувствовал между нами особую незримую связь.

— Вы опять издеваетесь? — кидаю красноречивый взгляд с нотками укоризненности на лектора. Тот вольготно сидит на стуле и с привычным спокойствием пьёт ароматный кофе. Серая радужка темнеет, зрачки расширяются, а губы расползаются в обольстительной ухмылке.

— Что ты, нет, конечно. Бог свидетель, говорю как есть. Просто было неожиданно увидеть аномальную мышь на взрослой девушке.

— Его зовут Микки Маус. Вы что, не смотрели мультфильмы в детстве? — делаю ещё один глоток зелёного чая и прожигающе гипнотизирую фигуру мужчины.

— Смотрел и до сих пор продолжаю это делать, однако не ношу аппликационных героев на своей одежде.

— Могу подарить вам носки с интересным изображением, вот тогда и начнёте. — говорю прежде, чем успеваю подумать. Собираюсь добавить что-то в ответ, но меня прерывает звонок в дверь. — Вы ждёте гостей?

— А что, похоже? — Довлатов встаёт из-за стола.

— Нет.

— Значит, не жду. — он быстро ретируется в сторону прихожей и, посмотрев в глазок, возвращается с серьёзным видом. — Это Лидия.

— Кто? — непонимающе шепчу и прикусываю щёку с внутренней стороны.

— Моя мать.