Глава 13. Пила ли ты из Кубка, Тина?

Гаро

Остаток вечера и ночь прошли беспокойно. Несколько раз я порывался вернуться в комнату Хана. Уже жалел, что оставил Тину наедине с братом.

Теневая магия, отравлявшая его тело, была слишком непредсказуема. А учитывая неприязнь Хана к ведьмам, кто знал, чем всё могло обернуться.

Какое-то время я даже прислушивался к звукам, доносящимся из комнаты брата. Боялся, что под влиянием ядовитой магии Тени Хан способен навредить Тине.

Собственно, поэтому я и рассказал ей вкратце историю бурного, но недолгого романа моего брата и другой ведьмы.

Её звали Лорина. Она была первой и последней любовью Хана.

Мой брат не простил ей предательства. И всю ту ненависть, которую испытывал к ней, он переносил на других женщин. Особенно, если им не повезло родиться ведьмами.

Я и сам не слишком-то доверял ведьмам. Но при этом не желал, чтобы Тина отвечала за грехи Лорины.

Всё-таки Тина была нужна мне живая. И Хан отлично знал, что мы охотились на неё не для того, чтобы убить ради магии.

Довольно долго мы тайно следовали за ней по пятам. Из одного убежища в другое. Наблюдали издалека, изучали характер, привычки, повадки…

Иногда попутно избавляли и себя, и Тину от других Охотников.

Тот спектакль, который мы с братом весьма удачно разыграли в лесу, был не ради целительской магии Тины.

Эта ведьма обладала иной, уникальной, бесценной магией. Такой же, какая текла в крови моей матери.

Тина единственная из всех смертных могла проникнуть в мир Теней и свободно покинуть его. Она могла сломать печать на дверях склепа, где Король Теней вот уже почти тридцать лет был заперт вместе со своей сестрой… моей матерью.

Не считая её и Тины, ведьм с подобной магией когда-то существовало всего две.

Опасаясь, что любая из них была способна освободить Короля Теней, другие Охотники убили их обеих. И я понимал, что однажды они могли узнать о Тине так же, как узнали о ней мы с Ханом и Тени.

О том, что Тени уже знали, я догадался, когда увидел на пороге квартиры полуживого брата.

Вчера после визита в ресторан с дурацким названием «Чёрный Единорог», мы с Ханом поехали за город.

Узнав во мне единственного наследника теневого мага Арле́уса ди То́рвуса, хозяин ресторана рассказал всё, что знал.

И о том, где скрывалась Тень, служившая Королю. И о том, что Король Теней приказал найти Кубок и ведьму.

С их помощью он собирался взломать магическую печать, покинуть склеп и вернуться в мир людей в своей новой ипостаси.

От хозяина ресторана я вообще узнал много чего интересного. Но делиться этой информацией с Ханом и тем более с Тиной было пока ещё очень рано…

Добравшись до той части пригорода, о которой говорил хозяин ресторана, я привычно скрыл внедорожник мороком. Затем велел брату раздеться и обратиться в волка.

Однако в таком облике он был виден Теням, а значит, слишком уязвим.

С помощью теневой магии я превратил брата в Призрачного волка, надел на его шею медальон-ловушку и назвал адрес.

Хану нужно было пробраться в дом, поймать Тень и вернуться.

Я, словно предчувствовал недоброе.

— Хан, действуй осторожно, но быстро. Учти, если через полчаса не вернёшься, я пойду за тобой.

— Не дури, Гаро! — прорычал Призрачный волк. — Я справлюсь и вернусь домой в таком виде. Хочу посмотреть на выражение лица Тины. — Он несколько раз тихо рыкнул, будто смеялся. — А ты, давай, поезжай домой. Не хочешь ведь, чтобы с нашей ведьмой что-то случилось, и все поиски и усилия пошли прахом?

Я не хотел, чтобы что-то случилось с Тиной.

И не хотел уезжать. Как будто какая-то невидимая сила держала меня, мешая повернуть ключ в замке зажигания.

Однако Хан был прав.

— Ладно, будь по-твоему. — Я потрепал переливавшуюся серебряными бликами призрачную волчью шерсть. — Ну, всё, вали уже, псина блохастая! И давай, без геройств там…

Если бы я только знал тогда, в тот момент, что хозяин ресторана солгал мне…

Выскочив из внедорожника и бросившись по следу Тени, перевернувшей нашу квартиру вверх дном, Хан шёл в западню.

***

Раннее утро не принесло облегчения.

В коридоре я случайно столкнулся с Тиной. Она как раз выходила из спальни брата.

Застыв на месте, я, наверное, впервые не знал, что сказать и как реагировать.

У нас с Ханом был чёткий уговор на счёт Тины.

— Ой, привет. Прости… — Она затараторила первая. — Я вчера потратила столько сил на твоего брата. Совсем не заметила, как уснула.

Я прошёлся взглядом по её хорошенькому личику. Глаза лихорадочно блестели. Припухшие, красные губы были искусаны.

Сглотнув судорожно, я опустил глаза.

Между ней и Ханом что-то произошло этой ночью.

Что-то, что заставляло её глаза сиять.

Что-то, о чём она не хотела говорить мне.

— Как Хан? — поинтересовался я сухо.

— Жить будет, — засмеялась она. И, словно опомнившись, тут же заторопилась: — Пойду, приведу себя в порядок и займусь завтраком. Встретимся через час в столовой, хорошо?

Я молча кивнул. А Тина грациозно проскользнула мимо меня и исчезла за дверью комнаты, которую мы с братом вчера отдали ей в пользование.

И вот я уже четверть часа сидел один в столовой. Ждал нашу ведьму и буравил взглядом стену.

— Надеюсь, ты не пытаешься от голода поджарить взглядом стену?

Голос брата прозвучал нарочито бодро.

— Хан, во имя всех Теней! — несмотря ни на что, я искренне обрадовался, что он жив. — Как же ты нас вчера напугал! И как же я рад, что всё обошлось.

Перед глазами на миг всплыло воспоминание о вчерашнем вечере. Жуткий вой Призрачного волка и голый полутруп в крови на пороге.

— Угу, знал бы ты, как я этому рад, — оскалился в ухмылке Хан, обнажив белоснежные клыки. — Повезло, что у нас теперь есть персональная ведьма с задатками начинающего некроманта-любителя.

Я предпочёл сделать вид, что не уловил в его словах сарказм.

— Никогда не прощу себе, что уехал, — покачал я головой, чувствуя свою вину в произошедшем с братом.

— Ой, да брось, Гаро! — Хан приблизился к столу и ловко оседлал стул, стоявший напротив меня. — Мы же оба понимаем, ты ничем не мог помочь. Пойди ты со мной, Тине просто пришлось бы выбирать, кого из нас спасать первым. И готов поспорить на свой ритуальный нож, она выбрала бы не меня.

— Послушай, Хан. — Его последние слова чертовски задели за живое. Я просто не смог промолчать. — Я видел, как Тина рано утром вышла из твоей спальни. Между вами что-то… произошло?

Брат придавил меня тяжёлым взглядом.

— Понятия не имею, — качнул он головой. — От целительских манипуляций нашей ведьмы меня вырубило почти мгновенно. А когда проснулся, её уже не было.

— Хочешь сказать, ты с ней… не спал?

— Ну, ты же сам сказал, что она теперь наша жена. — Он с наглой ухмылкой, как ни в чём не бывало, развёл руками. — Так что теоретически я мог воспользоваться этим маленьким бонусом. К чему вообще все эти вопросы, Гаро?

— Может, к тому, что она нужна нам не для кувыркания в постели?! — Я чувствовал, как во мне полыхнула пожаром злость.

— Правда? — приподняв изогнутую бровь, брат взглянул на меня. — Так ты поэтому попёрся к ней в первую же ночь в лесу. Расскажешь, чем вы там занимались, пока она была под воздействием твоих любовных чар?

— Да ничем таким, — буркнул я, не собираясь вдаваться в подробности. — Просто не спалось и хотелось развлечься.

— Ну, да! И ты просто развлёкся! — зло огрызнулся брат. — А ритуал утром чисто случайно пошёл не по плану.

Я прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.

Какого дьявола происходило сейчас? Мы ссорились из-за ведьмы, которую поймали лишь ради её магии? Ещё вчера она не была нужна нам ни для чего другого. А теперь мы оба готовы были затащить её каждый в свою спальню? И из-за этого вцепиться друг другу в глотки?

— Скажи, Хан, Тина тебя хоть немного волнует? Как женщина?

Хан метнул в меня убийственный взгляд и издал странный хрюкающий звук.

— Ты спятил, Гаро?! Думаешь, мне было мало Лорины? Думаешь, после того, что она сделала, у меня снова встанет на ведьму?

Я покосился на дверь, после чего вновь перевёл предостерегающий взгляд на брата.

Тина могла появиться здесь в любой момент.

— Тише, Хан. Не бесись так. Я ведь просто спросил.

— Не надо, Гаро! — Он ткнул в меня пальцем. — Не надо больше спрашивать меня об этом. У нас уговор, помнишь? Я помогаю тебе поймать последнюю ведьму, отмеченную в детстве Тенью. А за это ты помогаешь мне.

— Хорошо-хорошо. Всё. Давай закроем эту тему, пока Тина нас не услышала. — В примиряющем жесте я поднял руки. — Расскажи лучше, что тебе удалось выяснить.

— Да ни черта не удалось! — Хан смачно выругался. — После того, как мы расстались, я шёл по следу. Он привёл меня в какой-то жуткий двор.

— И что там было?

Хан задумался на несколько секунд. Затем пожал плечами.

— Два старых барачных дома. Ещё был тупик. И Тени.

— Тени?! — Я дёрнулся. Хозяин ресторана уверял, что была только одна Тень. Та самая, что сделала его своим Пленником. — Их было несколько?

— Их было много, Гаро! Штук пять или шесть. — Он тряхнул головой и поморщился, видимо, от неприятных воспоминаний. — Прости, я не успевал считать, пока эти твари пробивали во мне дыры своей грёбаной магией.

— Что они там делали?

— Стреляли сигареты, мля… — матюкнулся Хан. — Гаро, что, по-твоему, они могли там делать? Кроме как попытаться убить меня. Это была западня! Нас заманили, врубаешься?! Ты сделал меня Призрачным, невидимым, но эти твари отлично видели! Первым делом с моей шеи сорвали и раздавили медальон-ловушку. И они ждали, что мы придём вдвоём. Им явно приказали убить нас. Догадываешься, почему?

К тому моменту я уже догадывался.

— Они знают, что у нас теперь есть и Кубок, и ведьма. Скоро они попытаются выкрасть Тину.

Тактичное покашливание со стороны двери заставило нас с Ханом непроизвольно вздрогнуть от неожиданности.

На пороге столовой стояла и смотрела на нас Тина. В одной руке она держала поднос с пирогом, а в другой нож.

— Мальчики! Кто и зачем попытается меня выкрасть?

Мы с братом переглянулись, будто переговариваясь безмолвными взглядами. Мне следовало ожидать, что все эти наши разговоры рано или поздно могла случайно услышать Тина.

В мои планы это пока не входило. Но, похоже, у нашей бесценной ведьмы имелся ещё один уникальный дар.

Одной-единственной фразой каждый раз разрушать все мои планы.

— Погляди-ка, братец! Жёнушка решила побаловать нас пирогом, — с наигранной весёлостью воскликнул Хан. — Клянусь своими клыками, она сама его готовила.

— Ты прав, Хан, я приготовила его сама. Потому что сбе́гать в супермаркет из-за магической защиты, которую поставил Гаро, не вышло.

Не знаю, уловил ли Хан в голосе и словах Тины тонкую, лёгкую иронию. Он ведь так лучезарно лыбился, глядя на Тину, пока она говорила.

Во-первых, это было вообще ему не свойственно. А во-вторых, вызывало у меня дикое желание двинуть ему в челюсть в отместку за прошедшую ночь.

И всё-таки я был благодарен брату за попытку отвлечь Тину от того, что она услышала. Жаль, только у него это не особенно получилось.

— Итак, мальчики. — Тина приблизилась к столу, поставила пирог и, недвусмысленно поигрывая ножом, поинтересовалась: — Кто собирается украсть меня у вас?

— Вообще-то Тени, — не раздумывая, сдал наш секрет Хан.

— Тени? — Ведьма захлопала ресницами и опустилась на стул с видом обречённой на смерть. Что в принципе было не так уж далеко от истины.

— Ну, и кто тебя тянул за язык? — проворчал я, зыркнув на Хана.

Он был хорошим братом. Но иногда мне хотелось его пристукнуть за несвоевременную прямолинейность.

— Постойте… — оторопела наша ведьма. — А разве Тени не заперты навсегда в своём мире? Разве могут они свободно разгуливать по городу и похищать всех, кого вздумается? Да и зачем я им?!

— Они заперты, — процедил Хан сквозь зубы. — Да не все. Парочка этих тварей спряталась в телах Пленников и осталась здесь. В нашем мире.

— То есть ты хочешь сказать, это Тени тебя вчера так отделали?

— А ты думаешь, я сам себя отметелил и отравил чужеродной магией? Наверное, ради того, чтобы ты поглазела на меня голого?

Тина прищурилась, недоверчиво поглядывая на брата. Затем повернулась ко мне и положила нож рядом с пирогом.

— Так. — Она решительно встала из-за стола и важно упёрла руки в бока. — Я рассчитывала на пирог и кофе. Но теперь мне кажется, здесь нужно что-то покрепче. Поэтому сейчас я вернусь, и вы мне расскажете, наконец, какого чёрта тут у вас происходит.

Не дожидаясь, ответа, она резко развернулась и зашагала на кухню.

Стоило ей покинуть столовую, как Хан тотчас набросился на меня.

— Не вздумай врать ей, Гаро! Расскажи ведьме правду, — подавшись вперёд, зашипел он мне в лицо.

— Какую ещё правду? — уставился я на него недовольно.

— Что значит, какую?! — Хан вперил в меня взгляд прищуренных глаз. — О том, кто мы. И о том, зачем на самом деле она нужна нам.

— Успокойся, Хан, — осадил я брата. — Я всё ей расскажу. Как только будет подходящий момент.

— Гаро, мать твою! Ты же понимаешь, что держать её в неведении опасно? Для всех! — Он непроизвольно рубанул по столу кулаком и, тотчас осёкшись, понизил голос до шёпота. — Я даю тебе десять дней, Гаро. Если ты не скажешь ей правду, это сделаю я.

Продолжить спор мы не успели. В столовой снова появилась Тина. На этот раз в одной руке у неё была бутылка вина, купленная накануне в «Чёрном Единороге».

В другой руке она держала два бокала и Кубок.

Его истинный вид для большей надёжности скрывали теневое заклинание и морок. Он был невидимым для всех, кто не обладал моей магией.

Но я его видел. И он был в руках у Той-Самой-Ведьмы…

Вскочив со стула, я ринулся к ней.

— Ты пила из него? — Выхватив Кубок, тряс его перед Тиной. — Во имя всех Теней! Тина, скажи мне, что ты не пила из этого Кубка!

Наша ведьма растерянно моргала, глядя то на Хана, то на меня, то на Кубок.

— А что? Этот бокал какой-то особенный? — Она вдруг ни с того ни с сего вздрогнула.

На миг мне показалось, что в её глазах промелькнул страх. Она как будто увидела всё то, что скрывала магия.

А потом Тина взглянула на руку. Туда, где обычно оставляли свои отметины Тени. Когда касались ведьмы, избранной для их Короля.

— О, нет… — Я моментально всё понял. — Ты выпила из Кубка.

— Ну-у… да. Да, вчера я взяла три бокала под вино. — Тина прижала к себе бутылку вина, как родную. — Этот бокал был самый пыльный. Когда я мыла его, меня стал душить кашель. И я сделала всего один глоток…

Я судорожно пытался сообразить, что же нам теперь делать. Но в голову как назло не приходило ни единой здравой мысли.

— Проклятье, Тина! — Я схватил её за плечи и встряхнул. — Ты хоть понимаешь, что наделала?!

— Что? Я теперь умру? — Она явно не понимала, какие нас всех ждут последствия.

— Ты доволен, Гаро? — Голосом, холодным, как сталь его ритуального ножа, поинтересовался брат. — А я ведь столько раз предупреждал. Скажи ей правду, пока не поздно.

Отпустив Тину, я отошёл на шаг назад.

— Вчера как-то не до правды было, Хан, — качнул я головой. — А теперь… уже поздно.

Осторожно держа Кубок в вытянутой руке, я провёл над ним другой рукой, снимая магию морока.

Обычный с виду бокал начал преображаться. Тонкое прозрачное стекло стало утолщаться и окрасилось в чёрный цвет. По высокой ножке снизу вверх поползла, распускаясь мёртвыми цветами, серебристая дымка.

— Это Кубок Чёрного Трона! — будто проводя презентацию, произнёс я, сразу же как только завершилось преображение Кубка. — Выпив из него, ты не умрёшь. Но…

Я замолчал и, пронзив Тину взглядом в упор, покосился на брата в поисках поддержки.

— Но очень скоро тебя захотят убить абсолютно все. Все, кроме нас и Короля Теней, — со свойственным ему непробиваемым цинизмом закончил Хан вместо меня.