Глава 25. Карина

Я могу отказаться. Никто не заставит меня играть, пусть только попробуют. Можно улыбнуться, пожать плечами и сказать, что мне такое не подходит. Сделать вид, что меня не волнует их близость и губы не покалывает от желания очередного поцелуя.

У меня есть способ сбежать от этой игры, конечно. Проще простого, даже напрягаться не нужно. Но пока я решаю нужно ли мне это, мужчины всё решают за меня.

Один рывок, чтобы я оказалась напротив Ника. Наши носы соприкасаются, его дыхание ласкает кожу. Мгновение до того, как весь мир взорвется.

– Нельзя же касаться, - шепчу, страшно говорить громче. Словно тогда мужчина поймет всё. – Это проигрыш.

– Мы ещё не начали. Но меня радует, что ты помнишь правила.

Не помню.

В голове вакуум, будто кто-то ластиком прошел. Или дыма напустил, закрывая обзор на всё, что было в голове. Мысли становятся недоступными, чужими.

Потому что Ник целует.

По-новому, будто в первый раз. Медленно прикасается, едва сминает губы. Пробует, неспешно растягивает удовольствие. Так обычно целует парень впервые, когда провел до дома. Точно не Ник, никогда ещё так не делал.

И от этого эффект сильнее. Лучше бы мужчина накинулся, как обычно. Выдавил бы всё сопротивление, подчинил себе. Потому что сейчас я медленно растекаюсь. Мышцы становятся ватой, нужно за что-то удержаться. Невыносимо тянет провести пальцами по мужскому лицу, обхватить за мощные плечи.

Прижаться, усилить давление. Пусть между нами не будет расстояния, ни сантиметра. Тело к телу, прикосновения по всем участкам. Чувствовать жар, запускать его под кожу.

А то, что происходит сейчас, напоминает пытку. Невыносимую сладостную пытку. Желание острыми шипами царапает кожу, именно в тех местах, где так не хватает ладоней мужчины. Задыхаюсь в поцелуе, не сдерживаю рвущийся тон.

Я будто таю, как та Снегурочка у камина. Растекаюсь от нежного поцелуя, сдержанного и такого чувственного. Язык Ника едва касается моих губ, толкается внутрь, а после обратно. Мазком проходится по нёбу, а меня током простреливает.

Двести двадцать, без перестану. По всему телу, длинными разрядами. Я начинаю дрожать, едва не всхлипываю, когда Ник усиливает поцелуй. По капле добавляет жару, терзает нутро своими прикосновениями.

И их отсутствиями.

Вздрагиваю, когда на талию опускаются ладони. Сжимаю сильно, комкают платье. Мне кажется, что тело чем-то накачивает. Легкостью, эйфорией. Тем, что было так нужно.

– Проиграл, - выдыхаю, а сама тянусь дальше целовать. Задыхаться, умирать. Мне это так нужно. – Коснулся.

– Не я, красивая.

Ник отрывается лишь на секунду, чтобы показать свои ладони. А хватка с тела никуда не пропадает. Становится сильнее, давит ладонями на низ живота. Накрывает той бушующий пожар, который расцветает внутри.

– Клаус.

– Угадала, красивая.

– Это… Нечестно.

– Про меня в правилах ни слова.

Не контролирую себя, откидываюсь на грудь мужчины. Мне нужна опора, а он сейчас кажется самым стабильным, что есть в моей жизни. Нерушимым.

Щетина мужчины щекочет шею, кожа горит от нового поцелуя. Мужчины вдвоем целуют мою шею, а я могу лишь подставляться. Принимать их ласку, наслаждаться. Ощущать каждой клеточкой острое возбуждение, которое не жалеет.

Накрывает, сметает своей силой. Погребает, не оставляя вариантов.

Черт.

Откровенно стону, когда Ник прижимается сильнее. Моя грудь касается его, платье больно царапает затвердевшие соски. Кажется, что мужчина это чувствует, знает, как действует на меня.

А после обрушивается на мои губы новым поцелуем. Грубым и сильным, как я привыкла, как хотела. Не оставляя шансов на спасение, кусая и втягивая, толкая в порочный круг.

Сжимаю волосы мужчины, тяну ближе. В страхе, что сейчас он отстраниться или снова вернется к медленному режиму. Нет. Только не сейчас. Потом. Когда-то.

Сейчас мне нужно больше.

Сильнее.

Тихий мужской стон кажется выстрелом в сердце. Меня подбрасывает, а между ног становится нестерпимо жарко. И влажно. Смазка течет, выдает меня с головой. Им нужно только прикоснуться, чтобы всё понять.

Ник прикусывает мою нижнюю губу, тянет на себя, оттягивая. Под закрытыми веками всё пляшет яркими огнями. Голова кружится, душно и жарко, меня плавит.

– Проиграла, - выдает тихо и самодовольно, касается моего лица. – Ты первая коснулась, красивая. И проиграла.

Проиграла.

И кажется, не только в игре.

Меня бьет мелкой дрожью, и объятия Клауса совсем не согревают. Едва слежу за Ником, даже не жду, что он сделает дальше. Сейчас волнует совсем другое.

Будто красные фонари загораются в сознании, а после оказываются бомбами, которое всё разрушают. Подрывают, сметают ударной волной. Полностью меня уничтожают.

Всё, во что я верила, оказывается мыльным пузырем. Лопается, а вместо этого… Осознание. Горькое, непонятное осознание происходящего. Что меня ведёт от двух мужчин, которых я не знаю. Что они кажутся мне надежнее всего прошлого.

Но так ведь невозможно!

Никаких свиданий, никаких встреч. Всего одна ночь, которая сейчас напоминает вечную западню. Я их не знаю, даже банального имени. А меня тянет так, словно к самым родным.

Если отбросить всё, что происходит в мое жизни, оставить только факты… Это всё равно глупость! Даже если бы мы были простыми попутчиками, застрявшими в снежную бурю… Ничего не получилось бы. Разошлись бы утром, когда дурман возбуждения развеялся.

Никто не строит отношений после такого. Особенно, когда мужчин попалось двое. Поэтому я простоне должначто-то к ним чувствовать, испытывать эту невыносимую тягу.

Неправильно.

Фатально.

Без будущего.

– И что? – спрашиваю, желая отвлечься от своих мыслей. Потом буду решать, как жить дальше и справиться со всем. Всё потом. – Я проиграла и… Какое желание?

– В конце вечера, - Ник проводит по моим губам, подмигивает. Ненавижу. Хочу. – Посмотрим, как много желаний ты нам задолжаешь. Пока начнем второй уровень.

– Второй?

Голова не работает, всё так сложно воспринимать. Тянусь за бокалом вина, опустошаю в несколько глотков. Мужчина ищет бутылку, чтобы не оставлять меня без алкоголя.

А мне кажется, что я сопьюсь.

Или сойду с ума.

– И что будет на втором уровне? Сколько их всего?

– Столько, сколько мы придумаем, - Ник мягко смеётся, откидывается на диван. – Лимита нет, пока мы все получаем удовольствие. Сейчас всё наоборот, красивая. Касаться можно и нужно. А проигрывает тот, кто первым остановит.

– Глупо, - фыркаю, стараюсь отстраниться от Клауса. – Вы тогда выигрываете, это понятно. И нечестно! Потому что… Потому.

Выдыхаю, не желая говорить на столько откровенные темы. Но это ведь правда. Я попрошу остановиться, не смогу перейти грань. А мужчинам только это и нужно.

Обнимаю себя за плечи, стараясь защититься. Эйфория от поцелуя немного развеивается, лишь теплым коконом обволакивает. Но страх никуда не уходит, свербит под кожей. Не подпускать, не позволять. Всё путается, я разрываюсь между двумя вариантами.

И двумя мужчинами.

– Нет, - Клаус отвечает резко, рубит своим решением. – Мы не зайдем дальше, не так, как ты боишься. Можем перефразировать условия.

– Как?

– Кто первым не сможет выдерживать возбуждение и продолжать – тот проиграл. Если такая формулировка тебе нравится больше.

Пожимаю плечами, не находя нужного ответа. Пошлые слова румянцем ложатся на лицо. Прячу взгляд, не зная, как выйти победителем. Как не сделать ещё хуже, не наломать дров.

– Но… Но в этот раз с моими условиями. Один на один, второй из вас не вмешивается. Потому что тогда шансы не равны. Согласны?

– Конечно, - Клаус кивает, разворачивает меня лицом к себе. – Так ты будешь только в моем распоряжении, красивая.

– Ох.

То, как просто это произносит Клаус, вызывает бабочки в животе. Сам факт, что мужчина об этом заявляет, хочет этого. Сглатываю, когда он тянет на себя. Усаживает сверху, сжимает мои бедра. Платье задирается до пояса, холодок змейкой ползет по ногам. Крепче сжимаю бокал, вино едва не расплескивается.

– Аккуратнее, Кара.

Киваю, принимая этот совет. Аккуратнее. И это касается совсем не алкоголя. Нужно быть осторожной, не втягиваться в игру. Потому что мужчины… Завтра мужчины отвезут меня в пункт назначения и продолжат жить привычной жизнью. А вот я…

Жмурюсь, когда мужские ладони медленно проходят по спине. Клаус играется с молнией замка, тянет собачку вниз, но почти сразу же отпускает. Только будоражит, доводит до кипения моё возбуждение.

Делаю глоток холодного вина, стараясь держать себя в руках. Не поддаваться, но… Но при этом получать удовольствие. То, чего я хочу. И если совсем немного поддаться, то не страшно? На сантиметр вперед, ближе к Клауса, чувствуя, как его грудная клетка вздымается.

Это всего лишь игра, без продолжения?

Отставляю бокал подальше, не хочется потом оказаться грязной и в алкоголе. А после, задерживая дыхание, укладываю ладони на плечи мужчины. Веду по мышцам, обтянутыми рубашкой.

Касаться ведь можно. И очень приятно.

– Клаус.

Выдыхаю его имя, когда мужчина целует меня. Не в губы, совсем рядом. Спускается цепочкой коротких касаний ниже, к моей шее. Втягивает кожу, наверняка оставляя следы.

И мне бы попросить его остановиться, прекратить всё. Потому что увидят засос, будут вопросы. И то, о чём врали мужчины моему отчиму, станет правдой. Прямое доказательство, насколько распутной я стала.

Жадной до чужой ласки.

Ерзаю на коленях мужчины, когда его губы спускаются до груди. Тонкой полоски нежной кожи, которая не спрятана за лифом платья. Это невыносимо, насколько сильно мне хочется большего. Между ног влажно и жарко, сводит судорогой от желания.

Возбуждение течет по венам, раздирает острыми когтями. Опьяняет и дурманит, заставляя выгнуться навстречу. Позволить стянуть немного платье, сжать мои ягодицы.

Клаус не допускает ни секунды промедления, ведет себя совсем не так, как Ник. Мужчина касается везде, его ладони хаотично летают по моему телу. Сжимают, задирают платье выше, проводят по чувствительной кожи возле лона. Господи, он точно почувствует, насколько я возбуждена.

И дразнящая ухмылка только подтверждает это. Когда прикосновения становятся настойчивее, пальцы всё ближе подбираются к самому сокровенному. А мужчина втягивает мой сосок губами, прикусывает, заставляя меня кричать. Выплескивать своё состояние звуками, делиться, насколько мне хорошо.

Стыдно. Должно быть стыдно за эту порочность, но сейчас это такое пустое. Мне нравится Клаус. Ник. Они вдвоем. И где-то в глубине души мне жутко нравится то, что они со мной делают.

Почему мы не встретились раньше? До свадьбы моей мамы, до всех проблем? Без будущего, без… Просто встретились. Хотя бы на миг смогла бы отпустить себя, насладиться этим безумием. Как они смотрят и касаются, словно я самая желанная, самая необходимая.

Я не могу, больше не могу. Это пытка. Издевательство. Слишком. Всё пульсирует, взрывается. Если Клаус сейчас не остановится, то я проиграю. Снова. Во всех смыслах.

Просьба почти срывается с моих губ, но я замираю. Вдыхаю аромат похоти и мужчины, смешанный воедино, вина и костра. А после обнимаю Клауса за шею.

Это ведь обоюдная пытка.

И я могу ответить теми же дразнящими касаниями.